Новый год с оборотнем (СИ), стр. 3
Голым, блин!
Этот факт никак не желал покидать сознание. Возможно, потому что раньше я никогда не видела голых парней, только плавках. Но там не особо-то было на что посмотреть, а тут прямо-таки во всей красе деталями любоваться приходилось. Густая капля уже стекла с головки, оставив след на моём белом горнолыжном костюме. А до меня запоздало дошёл ещё один факт.
На улице минус десять! А лежащий на мне голый парень даже мурашками холода не покрылся! Как такое возможно? Он с младенчества зимой в проруби купался, что ли? Ещё и улыбался так, словно джек-пот всей своей жизни словил, а не меня. Хотя я так и не поняла, как он тут оказался, да ещё лежащим на мне, и куда делся волк. Впрочем, не важно. Сбежал и хорошо. Вот ещё бы от рыжего нахала избавиться теперь. Но судя по его поведению, он сваливать в далёкие дали точно не намеревался. А моя нога между тем болела всё сильнее!
— Слезь с меня, — надавила руками на его плечи.
И тут же о том пожалела, когда он вжался бёдрами в меня сильнее.
Гадёныш!
Потому что тело отреагировало на этот выпад однозначной волной удовольствия. Я даже головой помотала, отгоняя от себя эти неправильные ощущения. Что за бред? Не меньшим бредом показались его слова:
— Ты не этого желаешь.
Уставилась на него как на психа.
Что значило, я не этого желаю?
А чего я, по его мнению, тогда хотела?
Ай, тоже не важно!
Главное, теперь я знала, что он русский, а значит можно смело себя больше не сдерживать.
— Ты либо слезаешь, либо я тебе помогаю, — предупредила хмуро.
Может у меня и нет клыков, как у волка, но зубы все на месте, крепкие и здоровые.
— Почти интересно, как ты мне поможешь? — усмехнулся этот наглец.
Я и помогла. Подалась вперёд и укусила его за губу, не дав договорить.
Вот только там, где любой нормальный человек отшатнулся бы от агрессивной девушки, этот только тихо зашипел, а потом…
Клянусь, я не вру! Так всё и было!
Синие глаза вдруг потемнели и засветились, став по цвету неоновым ультрамарином.
Это что ещё за нафиг-нафиг?!
Глава 3
Я всё-таки опять зажмурилась. И на всякий случай отвернулась. Под бархатистый смех рыжего нахала, от которого внутри всё опять сладко сжалось.
Вот уж не думала, что я настолько слабая на передок, легко возбуждающаяся особа. Да и на кого?! На первого встречного!!!
Никогда такого прежде не случалось…
— Зря ты жмуришься и отворачиваешься. За эти десять секунд, что ты не смотришь, я уже десять раз мог повалить тебя обратно на землю и раздеть. Или схватить за волосы, зафиксировать в нужном положении и вставить свой член тебе в рот.
О. Боже!
Что за ересь он нёс?
Но хуже всего то, что воображение вмиг в красках нарисовало то, о чём он сказал. И в этих бесстыдных мыслях я была совсем не против всех подобных экзекуций с моим телом.
Ы-ыы, какой ужас!
Но как итог, глаза я всё-таки и впрямь опять открыла. И к нему повернулась. Но не из страха. Из возмущения.
— Откушу! — пообещала с самым грозным видом.
И тут же едва сама в снег не закопалась, когда на этот раз парень не только рассмеялся, но обратно надо мной навис.
— Ошибка номер два, — произнёс тихо очередное непонятное, оставляя на моей щеке поцелуй.
Лёгкий. Одинокий. Едва осязаемый. Но я замерла, не дыша, ловя себя на том, что жажду продолжения.
Кто-нибудь стукните меня по голове! А то мои мозги, по-видимому, приказали долго жить, раз в них такая ересь образовывалась с завидным постоянством в последние минуты.
Впрочем, нет. Лучше стукнуть рыжего нахала. Это ведь из-за него в моей голове кавардак образовался. Ещё на точке сбора в центре Тромсё.
Он просто смотрел, а я уже поплыла, как шлюшка какая-нибудь. Да что там, уверена, даже шлюхи не такими мокрыми для своего партнёра становились ради денег, как я из-за какого-то одного взгляда. Ну ещё улыбки. И голоса. И рук. Божечки, какие у него мягкие приятные руки. Я это поняла, когда он провёл пальцами по моей щеке, принявшись обрисовывать губы.
— Эй, ты что творишь?! — ударила я по наглой конечности. — Я не разрешала.
И снова он тихо смеялся.
— Ладно, снежинка, убедила. Хочешь поиграть, поиграем.
Во что он там собрался со мной играть, я не знала. И не желала знать. Даже спрашивать не стала. Вместо этого толкнула его от себя.
— Да слезь ты с меня, подсолнух чёртов! — потребовала.
Ну а что? Ему меня снежинкой звать можно, а я чем хуже? Будет теперь вот подсолнухом!
Только, в отличие от меня, моё обращение его скорее позабавило. Округу снова огласил его бархатистый смешок, после чего парень поднялся. На этот раз не только на колени, но и на ноги.
Но стало ли мне от этого легче?!
Ни разу!
Ведь его член опять предстал передо мной во всей своей красе. И опять призывно так покачивался, будто звал с ним поиграться.
Боже, Снежа, что за мысли?!
На этот раз я не отворачивалась. Я всё-таки уселась на снегу, опустив взгляд на свои ноги. Рядом с ними валялись обломки лыж, а на ногах были надеты их остатки.
Вот, ещё за это платить.
Беда на мою голову, а не волк.
Хорошо, хоть сбежал. Его близкое присутствие я бы точно не вынесла морально.
Я потянулась к больной ноге, но была остановлена.
— Давай лучше я, — нахмурился рыжий.
И я почему-то не стала возражать. Да и он ответа не дожидался, уселся передо мной на корточки, оперевшись левым коленом о снег, и принялся шустро избавлять меня от всего лишнего. Огрызки лыж вместе с креплениями полетели в сторону, следом за ними туда же отправился и сапог, снятый с больной стопы. Причём парень проделал всё настолько аккуратно и быстро, что я и опомниться не успела. Лишь краткая вспышка боли сопроводила все его действия, потом затихла, став вновь неприятно-ноющей.
— Прости, — поджал губы рыжий, которого у меня сейчас язык бы не повернулся назвать нахалом.
Помогал ведь. А я не настолько неблагодарная. Да и его пальцы уже аккуратно стягивали с меня носки. Один шерстяной, другой термо. Я тут же вздрогнула от атаковавшего горячую кожу холодного воздуха. И это я! Одетая в тёплый костюм. А на парне даже носков не было.
— Тебе, что, совсем не холодно? — не удержалась я от вопроса.
Рыжий полоснул по мне своим синим взглядом, после чего мягко улыбнулся.
— Я закаленный. Мне не страшны ни холод, ни жара. Я всё одинаково нормально переношу. Нет, если будет минус сорок, то и я начну мёрзнуть, конечно, но минус десять мне не страшны.
И с такой лёгкостью об этом говорил, будто в этом и прям есть что-то нормальное, что я вновь зависла, не зная, что ответить.
А через миг громко вскрикнула, позабыв обо всех странностях, когда рыжий принялся ощупывать мышцы.
— Больно, — пожаловалась на такое самоуправство.
— Я знаю, потерпи. Надо убедиться, что у тебя нет перелома.
Легко ему говорить, не его же тут мнут, как тесто. Но я стойко терпела, как он и сказал. И это странно… но по итогу его действия стали приносить облегчение, боль под его пальцами исчезала. Ей на смену вновь приходило возбуждение. Растекалось влагой между ног, толкая раздвинуть их шире. И чтобы он оказался между ними, да как можно скорее. Почти наяву чувствовала его член внутри себя. Как он пронзает меня, всё глубже и глубже.
Да чтоб меня!
Я резко выдернула у него ногу из рук. Тут же зашипела от боли, но не отпустила, прижала её к себе ближе. Обеими ладошками обхватила. И вообще постаралась больше не смотреть на него.
Феромонами он какими надушился что ли, из-за чего меня так клинило теперь каждый раз почти на постоянной основе?
Это ведь ненормально!
Так не должно быть.
Но тело жило какой-то своей жизнью рядом с ним.
Значит что?
Правильно. Надо поскорее от него избавиться.
Именно поэтому я собрала свои носки, обратно надела их на опухшую ногу и нелепо, из положения попой кверху, но всё же поднялась на ноги. Чтобы чуть не упасть обратно на снег. Потому что без ботинка ноге может и стало легче, но опираться на неё я не могла. Пошатнулась. Наверняка и упала бы, если б рыжий не предвидел этого, вовремя поддержав.