Мой лифт — Моя крепость 4 (СИ), стр. 42

— Блядь, ну почему они не могли расфасовать всё килограмм по пять? — проворчал я, в очередной раз опуская груз на пол.

Хотя, если подумать, тогда пришлось бы таскать значительно больше упаковок. А это тоже не особенно радовало.

В общем, как ни посмотри, жизнь грузчика оставалась удивительно несправедливой.

Постепенно работа начала приносить результат. Штабель в коридоре уменьшался, а внутри склада выстраивались аккуратные ряды белых мешков. Несколько раз приходилось останавливаться, переводить дыхание и разминать затёкшую спину, однако по сравнению с недавней разгрузкой «Газели» нынешнее занятие выглядело практически отдыхом.

По крайней мере, не требовалось постоянно следить за таймером Случайного выхода.

Да и сам рис теперь находился в безопасности.

С электротранспортом всё обстояло проще. Велосипеды и самокаты уже закатили в квартиру, которую я снимал у Аси. Там Эндрю понемногу разбирался с техникой, проверял уцелевшие узлы и отбирал наиболее повреждённые экземпляры для разборки на запчасти.

Конечно, это тоже было временным решением, зато коридор удалось освободить.

Сам мастер сейчас большую часть времени проводил возле почтомата на нижнем этаже.

После нашего вчерашнего разговора он всерьёз заинтересовался переделкой металлического шкафа. Правда, насколько я понял, до изготовления полноценных выдвижных ящиков дело пока не дошло. Сначала Эндрю собирался разобраться с устройством самого почтомата и определить, какие детали ещё пригодятся, а что можно безжалостно выкинуть.

В общем, забот ему тоже хватало.

Причём, в отличие от меня, американец хотя бы занимался чем-то интересным.

Я же продолжал развлекаться переноской мешков.

В какой-то момент даже мелькнула мысль предложить ему ненадолго поменяться обязанностями. Пусть он немного поработает грузчиком, а я посижу возле почтомата и поковыряюсь в проводочках.

Однако стоило представить, что именно успею там наворотить, как желание пропало. Мешки всё-таки безопаснее.

Закончив очередную ходку, я остановился у двери склада, вытер пот со лба и оглядел результат. Проход освобождался, а продовольствие наконец занимало положенное ему место. Справиться со всей кучей пока не удалось, зато теперь оставалось меньше шансов, что кто-нибудь случайно зацепит торчащий мешок.

Можно было и передохнуть.

— Пухляш! — раздался детский голос, едва я вышел в коридор. — А ты чего тут делаешь?

Обернувшись, я обнаружил Асю. Девчонка стояла неподалёку и с любопытством разглядывала остатки рисового штабеля.

Выглядела она, надо признать, не особенно бодро. Волосы растрепались, под глазами залегли заметные тени. Похоже, последние несколько дней сну она уделяла гораздо меньше времени, чем следовало бы в её возрасте.

Впрочем, судя по привычному выражению лица, сама Ася никакой проблемы в этом не видела.

— Развлекаюсь, — ответил я, указав на мешки. — Вот решил немного спортом позаниматься. Видишь, какой замечательный тренажёр?

Она подошла ближе и прочитала надпись на упаковке.

— Это рис? — удивилась девочка, переводя взгляд на остальные мешки. — А сколько его тут вообще?

— Было тридцать два мешка, — довольно сообщил я, наслаждаясь произведённым впечатлением. — Теперь часть уже у меня на складе лежит.

Ася подняла брови.

— Ничего себе! Ты что, целый магазин ограбил?

— Не-а. «Газельку» ничейную нашёл. Так что всё честно, добыто непосильным мародёрским трудом.

Собеседница хмыкнула и ещё немного поразглядывала запасы. Однако развивать тему моих продовольственных достижений не стала.

Видимо, хватало собственных забот.

Я уже собирался спросить, как продвигается работа над маской, но она заговорила первой:

— Кстати, Андрей, я твою маску скоро закончу.

— О! — немедленно заинтересовался я, забыв о рисе. — Ну и как там дела? Получается что-нибудь?

— Получается, — уверенно ответила Ася, хотя почти сразу нахмурилась. — Только всё оказалось намного сложнее, чем я думала.

Я вопросительно посмотрел на неё, ожидая продолжения. Та помолчала, будто подбирая слова и решая, насколько подробно стоит объяснять человеку, который почти ничего не понимает в её ремесле.

— Ну, сначала я хотела сделать одно, — наконец произнесла она. — А потом начала работать с тем, что ты принёс, и поняла, что можно попробовать по-другому. Только там теперь намного больше возни.

— Так это хорошо или плохо? — уточнил я, поскольку из её объяснения не понял, стоит радоваться или начинать переживать.

— Хорошо, конечно! — возмутилась девочка. — Просто дольше получается. Зато маска должна быть гораздо лучше, чем я сначала придумала.

Я невольно улыбнулся.

— Ну, тогда ладно. А то я уже начал думать, что ты там окончательно закопалась в своих рисунках.

— Не закопалась я нигде! — тут же возразила Ася. — Я работаю. И вообще, ты сам говорил, что тебе нужна хорошая маска.

— Говорил, говорил. Я же не жалуюсь, — поспешно заверил я. — Просто интересно, сколько ещё ждать.

Она задумчиво прищурилась, прикидывая срок.

— Немного, — наконец ответила девочка. — Ну… если всё нормально получится, то скоро.

— Очень точно, — одобрил я. — Особенно нравится слово «скоро». Удобное такое. Можно под него вообще что угодно подогнать.

Ася показала мне язык.

— Сам попробуй сделать, если такой умный.

— Не-не-не, спасибо! — немедленно отказался я. — Лучше мешочки потаскаю. Тут хотя бы понятно, что делать.

Юная мастерица довольно улыбнулась, явно сочтя мой ответ достаточным признанием её профессионального величия и превосходства.

Впрочем, мне и самому было не до споров.

Особенно учитывая, насколько серьёзно девочка относилась к своему делу.

Я ведь помнил, сколько времени она уже провела над моим заказом и сколько материалов ей понадобилось. Так что, если Ася считала, что результат превзойдёт первоначальный замысел, оставалось надеяться на её правоту.

— А показать можешь? — всё-таки поинтересовался я. — Ну, хотя бы одним глазком посмотреть, как она там выглядит.

— Пока нет, — отрезала собеседница. — Сначала закончу.

— Даже одним глазком?

— Андрей! — возмущённо воскликнула она, скрещивая руки на груди. — Я же сказала, что ещё не готово!

— Всё-всё, молчу! — рассмеялся я, поднимая ладони. — Не буду мешать великому художнику.

Ася довольно фыркнула и ещё немного рассказала о работе. Правда, значительная часть объяснений касалась особенностей рисунков, в которых я ничего не смыслил. Поэтому в основном слушал и время от времени кивал, стараясь хотя бы не выглядеть полным идиотом.

Главное, что сама она была довольна тем, как всё складывалось. Хотя тёмные круги под глазами продолжали меня настораживать.

— Слушай, Ась, — начал было я, собираясь посоветовать ей отдохнуть, но почти сразу осёкся.

В конце концов, девочка и сама знала, сколько времени проводит за работой. Занималась этим добровольно, без моего понукания.

А если сейчас объяснять ей, что нужно больше спать и меньше напрягаться, она наверняка воспримет советы как очередную попытку вмешаться в её личные дела.

Тем более мне самому после нескольких часов охоты и переноски риса было бы странно изображать главного специалиста по правильному режиму дня.

— Чего? — подозрительно поинтересовалась Ася, заметив заминку.

— Да ничего, — отмахнулся я. — Просто хотел спросить, не нужно ли тебе чего-нибудь для работы. Материалов там или ещё чего.

— Пока нет, — ответила она, немного подумав. — Сначала с этим закончу.

— Ну и отлично. Тогда работай, о великий мастер. Только потом не говори, что я тебя не предупреждал, если маска получится слишком крутой.

Девочка недоумённо посмотрела на меня.

— Это ты о чём?

— Ну, придётся же мне потом соответствовать. А то представь: маска страшная, могущественная, вся такая системная, а под ней я. С пузиком.

Сказав это, я похлопал себя по объёмному животу.