Мой лифт — Моя крепость 4 (СИ), стр. 39

Идея устроить выходной выглядела чрезвычайно заманчиво. Можно было наконец выспаться, поиграть на ноутбуке, посмотреть что-нибудь из сохранённой коллекции фильмов и вообще вспомнить, ради чего порядочные Хикикомори получают свой замечательный класс. Тем более с продовольствием теперь всё было более чем прилично, а переделку почтомата я благополучно спихнул на Эндрю.

К сожалению, у моего внутреннего Хомяка имелось совсем другое мнение относительно правильного использования свободного времени. Стоило подумать о расставленных наверху силках, как желание поваляться немедленно вступило в конфликт с возможностью разжиться дополнительными трофеями.

А ведь ловушки уже достаточно давно оставались без присмотра. За последние дни я успел заняться столькими делами, что до очередной проверки руки попросту не доходили.

— Ладно, — пробормотал я, окончательно выбираясь из кровати. — Отдых отменяется. Будем развивать охотничьи навыки.

После завтрака и привычных утренних процедур собрал необходимое снаряжение, прихватил системную отвёртку и нож для разделки добычи. Из оружия взял помпу и револьвер, хотя очень надеялся, что воспользоваться ими не придётся. Сегодня вообще хотелось обойтись без непосредственного общения с живыми обитателями верхних этажей. В идеале меня должны были ожидать уже готовые к употреблению тушки, аккуратно разложенные по силкам.

Правда, прекрасно понимая, насколько сильно такие ожидания расходятся с действительностью, я всё-таки потратил несколько минут на изучение картинки с камер. Возле лифтовых площадок ничего подозрительного не наблюдалось, поэтому можно было отправляться.

Первую ловушку я установил недалеко от выхода, у повреждённого дверного проёма.

И, судя по результату, затея сработала.

Ещё не добравшись до нужного места, я заметил у стены тёмную тушку, частично скрытую обломками штукатурки. Подойдя ближе, осторожно выглянул из-за выступа и обнаружил первого на сегодня крылатика.

— Опа! А вот и наш клиент, — довольно произнёс я, осматривая добычу. — Ну что, как обслуживание? Всё понравилось?

Разумеется, отвечать мне никто не собирался.

Небольшая тварь неподвижно висела в силке. Одно крыло было неестественно вывернуто, а голова бессильно свесилась набок. Похоже, погибла она уже давно, хотя признаков серьёзного разложения пока не наблюдалось.

Я приблизился, несколько раз коснулся пленника отвёрткой и только после этого окончательно убедился, что тот мёртв. Сам механизм выглядел исправным, так что оставалось снять улов и подготовить снасть к повторному использованию.

Вот только сначала требовалось заняться самым неприятным.

Уложив крылатика на относительно чистый участок пола, я достал нож и принялся за разделку. Худое туловище, длинные конечности и кожистые крылья постоянно мешали добраться до грудной клетки. Пришлось повозиться, прежде чем удалось вскрыть её и разобраться в расположении внутренних органов.

Впрочем, сомнений относительно того, какая именно часть сего организма меня интересует, почти не возникало. Стоило сосредоточиться, как знакомое ощущение от гоблинской метки напомнило о себе. У мутировавшей кошки оно указывало на печень, а сейчас совершенно отчётливо чувствовалось: требуется сердце.

Ну сердце так сердце. Главное, чтобы не пришлось жрать всю эту зубастую гадость целиком.

Извлечённый орган оказался совсем небольшим, размером примерно с крупный орех. Я немного повертел его, мысленно прикидывая, сколько таких сердечек понадобится для заполнения хотя бы одной секции, после чего отправил трофей в рот.

Проглотить удалось довольно быстро, хотя удовольствия процедура не доставила. На языке остался металлический привкус, а желудок несколько секунд явно сомневался, стоит ли принимать угощение или выблевать его нахер. Пришлось запить всё водой и немного посидеть, дожидаясь, пока организм смирится с произошедшим надругательством.

— М-да, Андрюха, — пробормотал я, убирая бутылку. — А ведь когда-то ты даже печёнку не любил.

Теперь же приходилось жрать сырые потроха каких-то крылатых уродов. И хуже всего было то, что я понемногу начинал к этому привыкать.

Однако философствовать над останками особого смысла не имело. Поэтому я отрезал несколько подходящих кусков мяса, один из которых оставил для новой приманки.

Затем подготовил освободившийся механизм к повторному срабатыванию и отправился дальше.

Следующая ловушка оказалась пустой.

Самое обидное — угощение исчезло, а петля даже не затянулась. Кто именно сумел поживиться за мой счёт и благополучно убраться восвояси, я понятия не имел.

— Э, нет, ребята, — недовольно проворчал я, осматривая крепление. — У меня тут вообще-то не благотворительная столовая.

Пришлось немного изменить расположение мяса, чтобы очередному халявщику было сложнее добраться до него, не задев механизм. Гарантий это, разумеется, не давало, но хотя бы повышало шансы пополнить мою коллекцию сердечек.

Третий силок порадовал куда больше.

Ещё на подходе я услышал слабое шуршание, сопровождавшееся неприятным попискиванием. Осторожно выглянув из-за выступа стены, обнаружил небольшого крылатика, который каким-то образом умудрился остаться живым.

Правда, особенной радости ему это явно не доставляло. Стальной захват удерживал тварь возле пола, одно крыло было повреждено. При моём появлении пленник поднял голову, оскалился и попытался издать угрожающий звук, но получилось настолько жалко, что я невольно ухмыльнулся.

Сопротивляться он уже почти не мог — лишь беспомощно извивался, пытаясь освободиться.

Я приблизился, стараясь держаться подальше от свободного крыла, и достал системную отвёртку.

— Ну извини, дружище, — пробормотал я, выбирая подходящий момент. — Ничего личного, ты виноват лишь в том, что хочется мне куш… То есть прокачаться.

Крылатик в очередной раз дёрнулся, и я коротким движением добил его. Потом немного подождал, убедился, что тот больше не шевелится, и принялся освобождать снасть.

На этот раз разделка прошла значительно быстрее. Я уже представлял, где искать нужный орган, и обошёлся без лишней возни. Правда, от самого процесса по-прежнему слегка мутило, особенно когда приходилось извлекать сердце из ещё тёплого тела.

Однако очередная порция отвратительной системной еды всё-таки отправилась по назначению.

Дальнейший обход прошёл без особенных приключений. В нескольких местах обнаружились уже погибшие крылатики, которых удалось спокойно снять и разделать. Ещё одного пришлось добивать отвёрткой. Попадались и пустые ловушки, причём одна явно сработала впустую, оставив меня без улова и приманки.

Впрочем, общие результаты охоты понемногу начинали радовать.

Каждый удачный силок означал ещё одно маленькое сердечко, а вместе с ним и возможность продвинуться в выполнении условий Великой охоты. И, что особенно приятно, для этого не требовалось гоняться за летающими тварями с дробовиком наперевес.

Закончив разделку последнего крылатика, я машинально открыл сведения о персонаже, желая проверить полученный опыт. За тех, кого пришлось добить собственноручно, его должно было немного прибавиться. Стало любопытно, насколько успешной оказалась сегодняшняя прогулка.

Цифры действительно изменились. Вот только прирост превысил мои ожидания.

Я нахмурился, попытался вспомнить, скольких прикончил сам, после чего заглянул в логи и принялся внимательно просматривать журнал.

И тут обнаружилась занятная закономерность.

Начисления поступали не только за сегодняшние убийства. Некоторые записи были сделаны ещё до обхода — в те часы, когда я вообще не занимался охотой, а таскал мешки риса из подземной парковки.

Несколько секунд я пытался осмыслить увиденное. Затем посмотрел на лежавшую у стены тушку и наконец сообразил, что произошло.

— Да ладно! — невольно обрадовался я. — Так вы ещё и опыт фармите⁈

Впрочем, если подумать, ничего удивительного в этом не было.

Когда-то я уже получал награду за убийство гоблинов с помощью системной бомбы. И, походу, тот же принцип распространялся на ловушки.