Микробиолог 4. Спасти Ленинград (СИ), стр. 55

— Ну, коллекцию всю вывозить никто не требует, — поспешил я объяснить. — Только материалы по пенициллину. Остальное остаётся здесь, по крайней мере, пока.

— Разумно, — согласился Герасимов. — И, если позволите, Александр Сергеевич, я бы непременно оставил здесь дубликаты обеих наших перспективных культур. В разных местах, желательно.

— Обязательно.

— А кроме того, — продолжал профессор, — нам необходимо подумать о продолжени работ с жиронакапливающими дрожжами. Ведь именно ими мы, собственно говоря, и занимались, прежде чем вы предложили обратить внимание на эти два образца плесени.

— Об этом тоже думали, Павел Антонович. Поляков обещал помочь с кадрами. Будем просить микробиологов из других институтов, чтобы не прекращать исследования.

— Просить, — повторила Лена. — Вот именно. А пока они появятся, а потом разберутся, где у нас что, а потом научатся работать…

— Лен, я же не утверждаю, что всё будет просто.

— Зато ты утверждаешь, что всё будет хорошо!

— Разве?

— Ты сейчас всё время улыбаешься!

Вот это было несправедливо. Я улыбался разве что в самом начале, когда узнал, что пенициллином наконец займутся всерьёз.

— Елена Павловна, — мягко вмешался Герасимов, — полагаю, Александр Сергеевич радуется не нашему отъезду, а тому, что наши исследования получили столь высокую оценку. Не будем смешивать одно с другим.

Лена вспыхнула.

— Простите, Павел Антонович.

— Совершенно не за что извиняться, голубушка. Я ведь тоже, признаться, испытываю весьма смешанные чувства. Меня, знаете ли, уже второй раз за два месяца собираются эвакуировать, и снова чрезвычайно срочно. В прошлый раз всё кончилось стрельбой и немецкими автоматчиками. Надеюсь, на этот раз обойдётся без столь живописных приключений.

Я невольно усмехнулся.

— Постараемся, Павел Антонович.

— Вот и прекрасно. А теперь, если позволите, я пойду переговорю с Василием Ивановичем. Нам ведь предстоит передать ему не только коллекцию, но и лабораторные работы. И желательно сделать это так, чтобы после нашего отъезда здесь продолжали заниматься микробиологией, а не археологией.

Он аккуратно сложил журналы, взял свою папку.

— Елена Павловна, будьте любезны, пока составьте перечень всего, что относится к двести восемнадцатой и триста шестой культурам. Все пересевы, все результаты опытов. А я уточню у Василия Ивановича, что именно мы можем выделить из коллекции для отправки.

— Хорошо, Павел Антонович.

— И, голубушка, — добавил он уже у двери, — не расстраивайтесь прежде времени. Работа предстоит чрезвычайно интересная. Может статься, самая важная в нашей жизни.

Он вышел.

Мы остались вдвоём.