"Фантастика 2026-221". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 340

Самым сложным в нынешней пытке оказалось удержать равновесие и не рухнуть вниз, к подножию столба. Ноги ныли от усталости и с огромным трудом удерживали меня в стоячем положении. Они словно налились свинцом и требовали либо пройтись и размять их, либо наоборот сесть, а лучше лечь и расслабиться. Стоит им подвести, и вес тела снова обрушится на руки, но в этот раз исключительно на ладони, прибитые к столбу. Гвоздь в центре не позволит мне спокойно опуститься на плиты, если, конечно, я не хочу сорвать с него ладони, разорвав пополам. Сами кисти рук онемели окончательно, я просто их не чувствовала, а подняв однажды взгляд, увидела, что они измазаны бурой запёкшейся кровью, поверх посиневшей кожи. В них не осталось ни капли естественного цвета, и любому другому человеку было бы куда проще отрубить их в подобном состоянии. Мне же следовало просто умереть, а я даже не могла попросить Эрика убить меня из-за отсутствия кончика языка. Мычания, которые я издавала вместо слов, даже самых элементарных, мужчина разобрать не мог. Он пытался общаться путём вопросов с однозначными ответами, но так и не догадался спросить – помочь ли мне расстаться с жизнью?

Мой отец пришёл в полдень на следующий день. Он ничего не говорил, лишь убедился, что я жива. Подошёл, схватил за челюсть и заставил открыть рот, проверил, что язык не отрос, заглянул мне в глаза, усмехнулся и ушёл. Он и так сказал всё, что хотел сказать и выдал себя этим. Если я могла объяснить отношение принцев Винсента и Вильгельма ко мне и причины, по которым те жутко хотели бы видеть мою боль, то я не понимала, почему отец так поступал. Ему не нужна моя смерть, ведь он, как и все Боги, хотел уничтожения этого мира, и пока только я могла помочь им в осуществлении замысла, а о существовании моей дочери он даже не догадывался. Или же, лишившись бессмертного тела и попав сперва в фибулу, а затем и в принца, он передумал? Даже если так, зачем ему мои страдания? Ответа я не знала и не могла спросить его сама.

Второй раз он пришёл ночью. Вернее, я не была уверена, что уже ночь, но солнце давно спряталось за горизонт, и Эрик заступил на дежурство после непродолжительного перерыва на сон. Мне же поспать так и не удалось, ведь стоит усталости захватить сознание и погрузить его в мир сновидений, как ноги подкосятся и я рискую повиснуть на руках, которые не выдержат такого веса. Глаза закрывались, голова клонилась к груди, и мне только чудом удавалось держать себя в сознании.

В столь поздний час принца Винсента сопровождали солдаты, но он точно не нуждался в охране. Не смог отказаться, не иначе, не хотел вести себя не соответствующе занимаемому телу. Двое солдат, в полном комплекте доспехов замерли в метре от моего столба по обе стороны дороги и положили ладони на эфес меча. Словно я внезапно сорвусь и наброшусь на их подопечного, вот честное слово, мужчины переигрывали. В свободной руке каждый из них держал по факелу, которые давали свет в этой части дороги. Эрик же стоял рядом, но с другой стороны, и демонстративно сделал шаг назад, освобождая место принцу. Я смогла уловить, как внимательные глаза в прорезях шлема наблюдали за ним, ожидая любого подвоха.

Сцепив руки за спиной, отец вальяжно подошёл и встал прямо напротив, даже не опасаясь, что я снова попытаюсь в него плюнуть. И я попыталась, но получила жёсткую пощёчину за секунду до этого и всё, что предназначалось отцу, улетело в сторону, на каменные плиты дороги. Щека отозвалась очередным приступом боли, но внимания на неё я не обратила. Взяв мой подбородок в руку своим излюбленным жестом, он снова заглянул мне в глаза, словно надеялся что-то в них увидеть. Во рту как раз скапливалась очередная порция для плевка. Лицо принца перекосилось от внезапного приступа злости, он отпустил мою челюсть и резко посмотрел на Эрика.

– Ты был здесь всё время? – сурово поинтересовался он, сверля солдата взглядом, но тот даже не шелохнулся.

– Нет, мой принц, я отлучался, но просил стражу у дверей дворца прислать кого-нибудь мне на замену, – спокойно отозвался мужчина.

– И кого присылали вместо тебя? – продолжил принц допрос солдата, а у меня создавалось впечатление, словно он ищет виноватого в том, что я ещё не валяюсь на плитах без сознания или около того. Отец явно хотел бы видеть меня совершенно без сил, не способной держаться и стоять на ногах, и пришёл второй раз за день именно с надеждой найти меня в таком упадническом состоянии, но не нашёл. Наоборот, заглянув мне в глаза, он увидел ярость, а ещё он увидел силы, которых хватило бы на плевок и подготовку второго.

– Я не знаю, мой принц, когда я пришёл, здесь никого не было, – спокойствию Эрика можно только позавидовать, на его месте я бы уже выдала себя трясущимся и заплетающимся от страха языком. Только принц собирался ответить, как ночную тишину, нарушаемую лишь ставшими привычными звуками прибоя и криками чаек, пронзил резкий свист. Нож прилетел со стороны побережья, разрезав воздух, и нацелен он был прямо в спину принца, но тот вовремя упал на землю, прикрыв руками затылок.

Я не сразу поняла, что случилось. Боли не было, должно быть, потому, что я не воспринимала её, как нечто особенное и привыкла, что чувствую её всегда. Как и вкус крови во рту не показался неправильным, за последние дни он стал постоянным спутником и приелся до ужаса. Трясясь всем телом, я очень медленно опустила глаза и увидела, что лезвие пронзило мою грудь чуть ближе к правой стороне. Резная рукоятка зелёного цвета торчала ровно, подёргиваясь от каждого вдоха. Мне было нечем дышать, я задыхалась, понимая, что воздух не попадает в лёгкие, но я усиленно вдыхала его носом. По телу прокатилась волна судорог, которые я не смогла контролировать, а глаза так и норовили вырваться из орбит. Всё случилось в течение нескольких секунд, и даже Эрик не успел ничего сделать ради моего спасения, уж не говоря о двух других солдатах, стоявших чуть в стороне. Кто бы ни швырнул этот нож в принца с побережья, спасибо ему огромное, ведь этот человек только что исполнил мою самую большую мечту последних дней – убил меня.

Глава 7. Ночной город

Заблудший.

Песок с пляжа был уже везде: и за пазухой, и в сапогах. Готов поспорить на все деньги, которые у меня ещё остались, что я чувствовал его во рту, и это именно он хрустел на зубах. Для меня казалось поразительным, что такую огромную полосу, почти прилегающую к пути рабов, никто не патрулирует и не проверяет, в то время как по самой дороге, выложенной плитами, регулярно ходят двое солдат. Лёжа в тени одного из столбов, я всеми силами пытался слиться с песком, даже подобрал плащ похожего цвета, и он сейчас накрывал меня с головой. Блондинка устроилась рядом и отвлекала своим присутствием, но накалённая обстановка не позволяла расслабиться.

Когда Кристин вернулся с новостями, что принц Винсент лично проводил Вентиру к столбу и вбил гвоздь в её кисти, я поморщился и сплюнул прямо на пол, представив себе описанную картину. Видеть что-то подобное не хотелось, но явно придётся, когда будем вытаскивать принцессу оттуда. Весь вечер и первую ночь пребывания девушки на улице, мы втроём караулили с разных сторон и следили за передвижениями патрулей и солдат. Следовало действовать тогда, я был уверен, что всё получилось бы как надо. Однако спутники настояли отложить операцию на эту ночь. По их словам, нам следовало хорошо спланировать действия, просчитать маршруты патрулей и сколько времени у них занимает проход по пути рабов. Мне были непонятны эти манёвры. В прошлую ночь рядом с Вентирой всегда был только один солдат, второй подменял его в какой-то момент времени, но затем первый возвращался на пост. Одну её никогда не оставляли, и к удивлению Кристина и блондинки, никто из горожан так и не рискнул приблизиться к виновной в смерти их принца.

Больше всего меня поражало, как нас ещё никто не увидел и не поднял тревогу, ведь в это время суток на пляже никого не было. Вся линия песка тянулась на многие километры вперёд вдоль моря и упиралась в гору. Ничего другого здесь нет, и стоило просто посмотреть в нужном направлении, и мы были видны как на ладони. Нервно приподняв голову над небольшой горкой песка, которая загораживала весь обзор, я в очередной раз мысленно выругался при виде двух факелов, приближающихся к нужному столбу от выхода из дворца. Только дополнительной охраны и не хватало. Как долго нам лежать здесь, притворяясь крабами, и надеяться, что никто не решит посмотреть в эту сторону? Как назло, именно этой ночью на небе нет ни одного облачка, и большой лунный шар светил, как одна здоровая лампа, освещая всё вокруг и отражаясь в море, добавляя света ещё и отблесками от поверхности воды.