Мандариновый код(т), стр. 2
– А ты же, наверное, приглашена, Мейви? – робко поинтересовалась, сжимая в руках красную чашку с согревающим напитком. – Может быть, ты покажешь ему мою игрушку?
– Увы, но нет, Инид, ты должна представить её сама, иначе Вальгард не отнесётся к этому серьёзно, – вздохнула подруга. – Я с радостью могла бы отдать тебе своё приглашение, но они именные, и стражи просто-напросто не пропустят тебя в торжественный зал. А подделать именное приглашение – не просто трюк, а настоящее волшебство.
– Ничего, я и так как-нибудь… – Задрала подбородок, кутаясь в стёганый папин жилет, в котором он всегда занимался работой.
– Ох, Инид…
Вздохнув, Мейв погладила меня по руке, и тут же перевела тему, и мы ещё немного поболтали.
Улитки с корицей, принесённые Мейв, просто таяли во рту! Сейчас-то я уж точно не могла позволить себе ничего вкусненького к Белогодью, поэтому ела с превеликим наслаждением.
Подружка вскоре умчалась, ведь ей необходимо было готовиться – к Белогоднему балу, который должен был начаться, когда совсем стемнеет, к снежной ночи тысячи салютов, серебряных свечей, охапок серпантина и боя хронометра на главной башне королевского дворца.
А я осталась в своей полутёмной лавке.
Теплохлопушка, которую принесла Мейв, давно догорела, и в избу понемногу начал заплывать холод. Поёжившись, я плотнее закуталась в папин жилет и принялась расписывать очередную фигурку, на этот раз совершенно необыкновенную.
Должна была получиться Ледяная барышня – волшебница зимы. Она может быть и милостивой, и капризной: засыпать город пушистым белым снежком, под которым так здорово гулять влюблённым парам, на следующий день устроить оттепель, а когда улицы столицы превратятся в реки, наслать мороз и, хихикая, наблюдать, как по облитым льдом дорожкам скользят и падают незадачливые пешеходы.
Я заранее выдула заготовку из стекла – теперь надо было расписать её. Ощущая радостное нетерпение, как и всегда перед работой, обмакнула кисть в синюю краску.
Внезапно у двери зазвонил колокольчик.
– Мейв, ты вернулась? Вот растяпа, муфточку свою забыла. Она в углу лежит… – проговорила, не отрывая взгляда от заготовки в руках.
– Нет, это не Мейв…
Я встрепенулась – неужели ко мне заглянули потенциальные клиенты?
Знаю-знаю, избушка с деревянной табличкой «Ёлочные игрушки Вейли» без единой дополнительной рекламы – ни гирлянды, ни огромного изображения игрушки или мигающих букв – вряд ли кого-то могла привлечь. И всё-таки во мне вспыхнула надежда.
– Это не Мейв, замороженная. Это всего лишь мы…
Я узнала этот голос, и надежда сменилась страхом.
Обладательницей сочного контральто была Скорпита Лэнг. Точнее, маркиза Скорпита Лэнг – моя бывшая сокурсница по Королевской академии. Её отец, уважаемый в столице человек, был вхож в городской муниципалитет и управлял несколькими предприятиями.
Сопровождали Скорпиту её вечные товарищи, одетые в мягкие плащи с капюшонами, – Хмур Гунульф и Лизетта Сердолик. Баронет Гунульф и виконтесса Сердолик.
– Замороженная, сколько лет, сколько зим! – широко ухмыльнулась Скорпита.
Все трое прошлись по моей лавочке, с преувеличенным вниманием разглядывая нехитрое убранство. По стенам – шкафчики из тёмного дерева со стеклянными шарами, расписанными мною вручную, деревянными фигурками оленей, снеговиков и солдатиков, мягкими игрушками в виде зайчат и снежинок.
Каждая игрушка излучает тёплый мягкий свет – я их расписывала так, как учил меня папа.
На потолке, на столе и вдоль стен – гирлянды из еловых ветвей и шишек, перевязанные алыми и серебристыми ленточками, наполняющие воздух ароматом хвои. Я сама ходила в лес за ёлками – страху, конечно, натерпелась, зато так здорово украсила своё небольшое гнёздышко.
Мне хотелось сделать лавку уютной, наполненной предвкушением белогоднего волшебства. Конечно, я не могла повторить всю ту роскошь, какая была у папы на Центральном проспекте, но своими малыми силами сделала все, что могла.
В углу, за прилавком, под бумажными флажками установила столик с горелкой. На полках аккуратного стеллажа хранились краски, блёстки, запас жидкого стекла и трубочек – моя крохотная мастерская была оборудована всем необходимым, чтоб я могла создавать шедевры.
Когда ходила в лес за ветками, утопая в сугробах почти по пояс, даже небольшую елочку выкопала, в лавку приволокла, установила в нарядное ведёрко, украсила. Потом, после праздника, отнесу деревце в лес и опять посажу.
Папа научил меня, как сохранять зелёные древа живыми. Он говорил, что те, кто заботится о ёлках, не выкидывает их после праздника, – лучшие люди на свете.
И вот сейчас посреди моего маленького небогатого, но уютного белогоднего мирка стояли три фигуры в чёрных плащах с острыми, как у тёмных магов, капюшонами. Они продолжали учиться в академии – под тёплыми накидками виднелась академическая красная форма и галстуки в зелёную полоску.
На мгновение стало очень грустно, что я перестала быть частью академии, не могла беззаботно носить красивую форму и должна была думать о куске хлеба, а не о сдаче очередного экзамена.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.