Система удвоения (СИ), стр. 84

Всего двадцать четыре больших слитка: три сотни килограмм золота. Это, по актуальным «спотовым» ценам — около сорока миллионов долларов. Смешная, блин, сумма! Я-то собирался сорок миллиардов «припарковать»! Но, блин, очередной раз утыкаюсь всё в ту же истину: по-настоящему ценные вещи всего лишь за деньги не продаются. Для серьёзных, крупных партий жёлтого металла, договариваться надо напрямую с заводами-производителями, перебивать у них уже существующие контракты с другими заказчиками (а всё добываемое в мире золото уже законтрактовано, всё — до грамма! И контракты везде долгосрочные и, в основном, с государствами), придумывать как-то варианты с логистикой доставки металла с заводов в требуемую точку планеты… а потом ещё разбираться с властями тех стран, на территориях которых это золото добывалось. А они, между прочим, все крайне нервно относятся к вывозу крупных (да и средних с мелкими) партий драгметаллов за границу страны. Вообще, всё сделки с золотом, где бы и как бы они не совершались, очень плотно контролируются государствами. И тут исключений не бывает. Так что, эти триста килограмм — это тот разумный предел для покупки физического золота частным лицом в Южной Корее, которое имеет всего лишь много денег. Для большего нужны уже, либо Власть, либо Сила, либо… терпение и время. Ведь, теоретически, можно же продолжать «пылесосить» розничный рынок и в последующие дни. Создать отдельную команду под эту задачу, которая только этим и будет для меня заниматься, как муравьи, крошку за крошкой таская золото в мои закрома из всех торговых автоматов всех торговых центров, из ювелирных магазинов, из банков, раз за разом перекупать крупные партии у оптовиков и аффинажников… пока им серьёзные дяди, на чью поляну они осмелились бездумно и без спросу влезть, взвинтив цены, по шапке не настучат. А они настучат! Обязательно! Так как золотом много кто занимается. И много кто с него кормится. А за свой кусок хлеба с маслом и черной икрой, люди, не то, что по шапке другим людям стучать — глотки рвать зубами готовы!

Ну, эти «аллокированные сертификаты» LBMA я тоже, кстати, купил. Из чистого интереса. Примерно на 1,8 миллиарда — одну тысячу стандартных слитков Good Delivery. С учётом всех возможных издержек, комиссий, переплат и налогов, почти в два миллиарда вышло.

И тут же всплыл ещё один интересный момент: у этих сертификатов ещё и «подписка» имеется! То есть, кроме цены самого сертификата, ещё и «аллокированное хранение» надо оплачивать. По ставке от 0,15 до 1,5 процентов от стоимости хранящегося там золота в год, в зависимости от конкретного хранилища! Плюс страховка.

Короче, с той тысячи слитков, что куплена была мной «на бумаге», ни разу не увидев их и не подержав в руках, я должен был ещё по два миллиона живых денег в год отстёгивать. Крутое наедалово — тоже так хочу! В смысле, чтобы не меня наё… а я других так наё… Но, видимо, пока, не судьба.

С другой стороны, эти сертификаты я купил только в качестве эксперимента. Для проверки своей теории: воспримет их «Система», как ещё одну фиатную валюту, или нет. Добавится пункт в моём меню для установки туда «галочки», или нет.

Что ж, эксперимент можно считать успешным: пункт в «Системе» добавился сразу, как мне эти сертификаты выписали и внесли все данные в свои электронные базы данных. И я его даже проверить успел: как раз, в это время на рынке акций мои брокеры очередную сделку по выкупу «Хайникса» совершали, доводя по моему указанию, процент владения до ровного с «Самсунгом».

В общем, за полчаса, моя тысяча слитков «превратилась» магическим образом в четыре тысячи, поглотив капитал в размере 4,8 миллиарда долларов, полученный «кешбэком» от покупки акций «Хайникса» на 2,4 миллиарда.

Не то, чтобы это мне что-то принципиально новое давало или открывало, но факт — «Система» работает и с этой «бумагой».

Дальше баловаться с этой новой строчкой я не стал, и вернул «галочку» обратно на Фунты, после чего потерял интерес к этой теме, вернувшись именно к физическому золоту, ведь с ним было всё не очень понятно: десять слитков, сорок миллионов долларов — это, как оказалось, слишком маленькая и незначительная сумма, чтобы точно понять: приходит по ней «кешбэк» или нет. Почему? Ну, так я, за последнюю неделю, так разогнался, что оповещения о «кешбэках» идут практически непрерывно: акциями-то брокеры торгуют на своей бирже в течение всего дня, и сделки происходят безо всякой системы — то густо, то пусто. То по одной акции, а то и по тысяче, по десять тысяч акций. А «оповещения» идут не за весь торговый день разом, а за каждую сделку по-отдельности.

А золото, как уже говорилось, я покупал тоже не единой целой партией, а собирал по пяти разным компаниям. Поэтому, честно говоря, я просто не смог разобраться в потоке чисел из «оповещений» — то это, или не то, хрен поймёшь.

Вот, с золотыми сертификатами — всё чётко и понятно: потраченные два миллиарда «кешбэком» не вернулись, а в интерфейсе появилась новая строчка. Тут двоякого толкования не допустишь. А вот с физическим золотом — не ясно. Но, по крайней мере, «оповещений» не было.

Физическое золото… намучился я с ним. Мало того, что его ещё не купишь в желаемых объёмах, так его и перевозить просто так нельзя — нужно специализированную, сертифицированную компанию логистическую нанимать, чтобы они свой специализированный транспорт с «сертифицированными» сотрудниками предоставили для перевозки!

В противном случае (если я просто ящик со слитком в багажник своего «Генезиса» кину: двенадцать кило, плюс упаковка — вполне уляжется там), на выходе, там, где я его разгружать соберусь, весь комплект документов и свидетельств о подлинности заново переделывать придётся: начиная с пробы и взвешивания — так называемая «цепочка непрерывности поставок» прервётся. А это лишние юридические и бухгалтерские проблемы.

Так что, пришлось-таки нанимать и ждать этот их броневик, а потом таскаться с ним дальше, по остальным компаниям-продавцам, где я в тот день закупался.

Но, хрен бы с ними, этот момент — сущая мелочь по сравнению с тем, через что мне пришлось пройти в собственном же банке, когда я сдавал им свои новокупленные слитки!

Начать с того, что они вообще их принимать не хотели! Мол, так дела не делаются, о таком заранее предупреждать надо, согласовывать, какой-то там «манифест» через логистическую компанию отправлять… бла-бла-бла, ко-ко-ко, серенький зайчик…

Пришлось даже авторитетом слегка надавить, пообещав, что, если слитки сегодня же в хранилище не лягут, то, хрен с ним — я их обратно продавцам отправлю, но все, кто по должностной инструкции должен был быть хоть как-то связан с процессом приёмки (перевозчиков тоже касается), завтра же отправятся искать себе новую работу… за пределами Сеула.

И я оказался достаточно убедителен, чтобы мне поверили сразу, без попыток «качать права» или попыток проверить, хватает ли у меня веса, влияния и финансовых возможностей для выполнения таких угроз.

Сразу же и манифест составился, сразу же сотрудниками банка и принялся, и согласовался. И люди все нужные от всех инстанций в течение сорока минут на место приёмки прибыли — всё-таки, настоящие чудеса творит правильная мотивация.

И оборудование необходимое для правильной приёмки нашлось. И процесс учёта пошёл очень бодренько. Заметно бодрее, чем можно было бы ожидать: любые действия и команды выполнялись чуть ли не бегом. Репутация — великая вещь!

Они даже хотели немного «схалтурить» и сократить время приёмки за счёт того, чтобы проводить взвешивание не всех двадцати четырёх слитков, а только «выборки», удовлетворившись на остальных только проверкой пломб продавца — «Нет!», — сказал я им. — «Никаких сокращений процедуры! Всё должно быть чётко, до последней запятой!.. Но быстро. Шевелите ногами: Schneller, schneller, faule Schweine!..Время — деньги!».

Последнее, я, конечно, добавил шутливым тоном, но… шевелиться все начали ещё быстрей. В конце концов, не только я уже домой хотел вернуться — у них всех тоже рабочий день к концу подходил.