Система удвоения (СИ), стр. 79

Кстати, про стрельбище — хорошая же идея! После долгих «сидячих» переговоров, интенсивная стрелковая тренировка — это то, что доктор прописал! И тело размять, и нервы успокоить, и пар выпустить… А в Сеуле, не смотря на запрет для частных лиц на владение оружием, наверняка ведь имеются общественно доступные и частные закрытые тиры, где можно вполне легально позаниматься с ним на специально оборудованной площадке, под присмотром инструкторов. Не могут не иметься! В конце концов, охранники и телохранители ведь где-то и как-то тренируются? А есть ещё полиция и вневедомственная охрана, другие силовые подразделения. Сто процентов, у каждой из этих структур, должен быть, как минимум один свой собственный тир! По штату положен!

А у меня есть деньги. Много денег. И «крыша» NIS. Если с такими исходными данными, я не смогу прорваться ни в один из них, то даже и не знаю тогда, о каком мире мы вообще говорим — мире розовых пони, какающих радугой?

С этим вопросом я обратился к своему телохранителю, занявшему место Пэка, после того как тот ушёл на повышение. Телохранитель ломаться не стал и порекомендовал мне сразу аж три интересных места, которые оказывают такие услуги населению: «Myeongdong Real Gun Shooting Range» в Мёндоне, «Mokdong Real Gun Shooting Range» на западе города, и «Gangnam Live Ammunition Shooting Range» в Каннаме. Последний из названных, был к нам ближе всего, туда и поехали. Хотя, телохранитель больше рекомендовал тот Тир, что в Мёндоне — мол, там даже k-pop звёзды тренируются, и, если повезёт, можно их там встретить: что поделать — новенький! Ещё не видел, как я езжу в YG, пою на одной сцене с айдолами, и того, как спокойно обедаю с целой группой за одним столиком. Ну, и, видимо, товарищи ему ещё не объяснили, чем занимается моя девушка. Но, ничего, опыт — дело наживное. Так что, всё-таки, поехали мы в Каннам.

Хотел бы я сказать, что кавалькада из пяти чёрных тонированных машин вызвала фурор на улице, но… это же Каннам! Здесь, подобным никого не удивишь, тут кавалькады и подлинней, и поинтереснее бывают, да не просто из каких-то машин, а из суперкаров!

А вот в самом тире, к которому мы таким составом подкатили, народ слегка занервничал, особенно, когда из машин моего сопровождения начала выходить моя охрана: шестнадцать человек в одинаковых черных костюмах. Но, тоже, кстати, не так, чтобы очень сильно, хотя и заметно — говорю же — это Каннам! Тут, каких только мажорчиков не гуляет. Встречаются даже и наследники настоящих чеболей, которые и в туалет-то без охраны не ходят. Так что, и этим здесь мало кого удивить можно. А вот заставить поволноваться — очень даже. Ведь, то, что ты часто видишь отпрысков очень могущественных родителей, ещё не значит, что перестаёшь бояться их непредсказуемо-дурацких выходок, капризов и чудачеств. Даже, пожалуй, наоборот — опыт общения начинает подсказывать, что любой из этих капризов легко может окончиться… очень скверно. Грубо говоря, каждый из этих мажоров, как граната без чеки — одно неловкое движение, и забрызгает всех. Так что, опыт, в этом случае, не успокаивает. Совсем не успокаивает.

Ну, я — человек вежливый (в большинстве случаев). Спокойно пришёл, спокойно прошёл, спокойно спросил, спокойно оплатил… весь тир, со всеми дорожками и площадями на всю оставшуюся часть рабочего дня.

Нет, понятно, что мне хватило бы и пары часов, но так было просто удобнее — не следить за временем и не нервировать персонал, который будет прикидывать, что, после моего ухода, им ещё с другими клиентами работать… а так: я уйду, и они — по домам.

Ну, кроме этого, ещё слегка добавил за то, что моя охрана получит полный контроль над всем зданием, чтобы иметь возможность эффективно обеспечить мою безопасность на время всего пребывания здесь… ну и доступ ко всем их камерам, локальным хранилищам данных с этих камер и облачным сервисам хранения, проследив, чтобы после моего ухода, здесь не осталось ни одного кадра со мной на нём.

Нет, на самом деле, меня последний момент волновал не слишком, ведь, кому надо, всё равно получат все соответствующие доклады (не верю, что прям никто из моих людей не завербован — просто не верю). Действовал я скорее по привычке, чем чего-то действительно опасаясь: успела такая уже завестись, и теперь я старательно её культивировал в себе. Привычка — вообще, штука мощная. Бывает вредная, от которой никак не избавишься, а бывает и наоборот — полезная настолько, что её значимость трудно переоценить. И, поэтому, любые хорошие привычки надо всячески поощрять и поддерживать. А эта — безусловно полезная: сначала позаботиться о любых камерах, и только потом заниматься чем-то серьёзным.

Ещё почти полчаса потребовалось на то, чтобы очистить арендованные площади от всех «лишних» посетителей. И опять же: всё вежливо. Никаких грубостей или высокомерия. Просто, новые билетики и аренда перестали продаваться, а на дверях появилась табличка «закрыто». И этих получаса хватило, чтобы те, кто уже успел обилетиться ранее, достреляли свои патроны и покинули заведение, может, не очень довольные, но без скандала.

А потом…

— Эм… что это? — дала трещину моя невозмутимость, когда я, согласившись нацепить на себя всё положенную правилами защитную экипировку, вышел-таки на огневой рубеж и увидел ЭТО. Коротко опишу: пистолет прикован цепью к двум стальным направляющим справа и слева от него, вмурованным в потолок и стойку, по которым эта цепь может ездить вверх и вниз. Прикован намертво!!!

И, да — мне объяснили, что это и зачем. И объяснение звучало даже вполне логично: обеспечение мер безопасности при обращении с оружием. Устройство, физически не позволяющее повернуть боевое оружие стволом в сторону от мишени. Определённое законом устройство! Или так, или никак!

Что ж, возможно, я даже могу это понять и принять: в стране с таким запредельным количеством самоубийц, пожалуй, иначе-то и нельзя. А то замучаешься каждую неделю очередные мозги с потолка оттирать — всё-таки, спустить курок себе в подбородок психологически заметно проще, чем прыгнуть с высоченного моста в реку или броситься под грузовик. Но, мне-то что делать?

Я, зачем сюда вообще зашёл-то? Навыки освежить, мне ж скоро в боевике сниматься — не хотелось бы в грязь лицом упасть перед заезжей каскадёрской группой. В своих физических параметрах, навыках и кондициях я уверен — успел не раз, и не два их проверить во время своих «закрытых» тренировок. А вот технику работы с огнестрелом, неплохо было бы и повторить. А теперь что? Как с этим убожеством вообще что-то повторять, кроме простой базовой стрельбы прямо перед собой по неподвижной мишени? Для того, чтобы просто развеяться после работы — хватит, но для подготовки к будущему боевику — совершенно, совершено недостаточно! Тем более, во франшизе «Джон Уик»!

— Эм… а может, у вас… есть какой-то отдельный вариант для… профессионалов с боевым опытом? — проникновенно опустив голос и наклонившись ближе к уху администратора, спросил я самым намекающим на отдельное вознаграждение тоном. Доставать из кармана деньги, шелестеть купюрами, или как-то ещё доказывать свою платёжеспособность уже не было необходимости — после выкупа всего тира-то.

— Господин, мы… мы не можем. Закон запрещает… — пытался лепетать он в отчаянной попытке сопротивления. Вот только наличие телохранителя рядом, которого он, видимо, знал в лицо, сильно мешало ему быть убедительным. В какой-то момент, сообразив, что звучит жалко, он вспыхнул и, вспомнив о своём достоинстве «человека при исполнении» выпрямился. — Господин, да — у нас есть отдельное помещение и отдельные правила для тренировок представителей силовых структур и частной охраны… Но! — тут же вскинул руку и повысил голос он. — Только при предъявлении соответствующего удостоверения, прохождении ими полного инструктажа под роспись, и после сдачи практического экзамена по базовым правилам обращения с оружием… Но! У вас же нет удостоверения, и ваш «боевой опыт» — это только ваши слова. Случись что, я садиться в тюрьму не хочу! И деньги тут не помогут!