Система удвоения (СИ), стр. 60

Понятно, что я на этом моменте не успокоился и не смирился: я нанял отдельную команду, которой поставил задачу: продолжать искать варианты. Рыть, спрашивать, консультироваться, проводить предварительные переговоры, пробовать, пробовать, пробовать… Рано или поздно, что-то да у них, должно получиться. Усердие и настойчивость вознаграждаются — вознаграждаются же?

А вот потом, после того как я отдал все указания, и поднялся на двадцать девятый этаж, посидеть немного за своим любимым столиком на открытой террасе ресторана со стаканчиком какого-нибудь безалкогольного коктейля без сахара, красителей и других ненатуральных добавок… удовольствие моё было прервано появлением знакомого лица — припёрся Пак. Да ещё и не один, а с двумя своими подчинёнными, теми самыми, которых я уже видел при первом своём знакомстве с NIS. Они, тогда, ещё меня сопровождали в их сеульскую штаб-квартиру. Сегодня они выполняли ту же функцию — но, только, уже не для меня, а для моего телохранителя. Того самого Пэк Гым Хо, который провернул то дельце с поиском снайперской пары. Вот только, в отличие от меня, его вели в наручниках. Хм, видно «руководителю отдела Паку» нравятся театральные эффекты и эффектные сцены — запомним.

— Здравствуйте, инженер Ким, — подойдя на расстояние вежливости к моему столу, поприветствовал меня первым Пак и остановился.

Я отставил на стол тот стакан, который до этого держал в руке, и ответил на приветствие, оставшись при этом, сидеть на своём стуле.

— Здравствуйте, руководитель Пак, позавтракаете? — смягчил приглашением достаточно серьёзную неучтивость, которую продемонстрировал тем, что не встал навстречу. Не то, чтобы я так уж хотел ему нахамить, но сама ситуация к тому располагала: приди он один, я бы обязательно поднялся, но он был в сопровождении, да ещё и с моим человеком в наручниках. Тут, хочешь не хочешь, а приходится готовиться к защите. А лучшая защита — это нападение. И моё «барство» — именно таким «нападением» и являлось. — Или вы пришли меня «брать», и вам инструкциями не позволяется завтракать с… кем? Подозреваемым? Подследственным? Обвиняемым? Мне уже стоит звонить своим адвокатам?

— Нет, что вы, инженер Ким, — неожиданно мягко улыбнулся мне Пак и, к некоторому удивлению, действительно отодвинул себе стул и сел к моему столу. Причём, разместился так, чтобы оказаться не напротив меня со своими людьми за спиной, а сбоку, почти рядом со мной, так сказать: по одну сторону баррикады. — Какой вы «подследственный»? Не откажусь — как раз, не успел сегодня утром толком поесть.

Я удивился, но поднял руку и щёлкнул пальцами. Один из дежурящих неподалёку официантов, совершенно правильно на этот сигнал отреагировав, поспешил к нам и с поклоном вручил NIS-овцу красивую папку с меню. Тот папку принял, и деловито принялся её листать.

— Угощайтесь, руководитель Пак, — кивнул ему я. — Можете не скромничать: мой ресторан достаточно хорош, чтобы удовлетворить и самым взыскательным вкусам.

— Не откажусь, — повторил он. — Не часто случается бывать в таких премиальных заведениях… Я чего пришёл-то? — не отвлекаясь от пролистывания меню, добавил он. — Я вам вашего человека привёл вернуть. Того самого, которому вы поручили найти, поймать и примерно наказать тех негодяев, которые покушались на вашу жизнь. Помните?

— Не надо пытаться ловить меня на слове, руководитель отдела Пак, — улыбнулся я. — Это был простой дружеский теоретический спор, в котором нигде и никак не фигурировало слово «наказать», тем более, «примерно наказать». Речь шла только о том, чтобы немного помочь нашей доблестной полиции — только и всего. И, если вы привели телохранителя Пэка, чтобы «вернуть мне», то, может быть, скажете вашим людям снять с него наручники? Да и, неплохо было бы и им самим дать возможность подкрепиться — они ведь, насколько я понимаю, тоже с самого утра на ногах, и ещё толком не завтракали?

— Вы очень внимательны, инженер Ким, — улыбнулся Пак, показал официанту пальцем в меню одно блюдо, не став утруждать язык, выговариванием сложного названия, и отдал ему всю папку. Тот кивнул и удалился. — И это, пожалуй, действительно, хорошая идея, — после чего, кивнул своим людям. Те, получив этот знак, молча сняли наручники с Пэк Гым Хо (да — я запомнил его имя. Я знаю по именам всех своих телохранителей и больше половины охранников — это полезно), после чего, отошли и сели за ближайший к нам столик, так, чтобы и в глаза не бросаться, и быть неподалёку.

— Господин Ан, господин Ко, наслаждайтесь, ни в чём себе не отказывайте — всё за счёт заведения, — обратился я к ним по фамилиям, что заставило их даже вздрогнуть от неожиданности — говорю же: имена людей знать полезно. Имя — очень мощное оружие в умелых руках. — Телохранитель Пэк, прошу, проходите к нам.

Тот повторять не заставил, подошёл к нашему столу, но садиться за него не стал.

— Здравствуйте, господин Ким, — поклонился он, после чего остался стоять с согнутой спиной и руками «по швам». — Простите меня, я подвёл вас.

— Подвели? Меня? — наполовину удивился, наполовину изобразил удивление я.

— Простите, господин Ким, — согнулся он ещё немного ниже. — Те деньги, которые вы мне дали, я… растратил их… проиграл всё в «чиха каджино»… в тот же вечер. А потом напился с горя и боялся показываться вам на глаза…

— А как же вы в NIS попали? — изобразил ещё большее удивление я.

— Они приехали ко мне домой, вытащили из постели и увезли на допрос, где требовали признаться в том, что я для вас организовывал заказное убийство, — сдал с потрохами Пака он. — Я, конечно, напился знатно, и мог что-то спьяну натворить: витрину разбить, или на парковке с кем-то подраться, ну, машину чью-нибудь угнать, просто, чтобы до дома доехать, так как ноги уже не держат, сломать что-то… но, чтобы ОРГАНИЗОВАТЬ? Это и с трезвых глаз-то не в раз получится…

— Ничего себе! — добавил ещё «удивления» с «изумлением» я. — Прямо, убийство? И прямо для меня? Ну, как же так? Вы же проиграли все деньги, как бы вы, даже, если бы это хоть на малую долю являлось правдой, смогли бы это сделать? Это же невозможно?

— Вот и я им то же самое говорил, — «признался» этот хитрец Пэк. — А они всё настаивали. Угрожали, требовали от меня «признание».

— Надеюсь, хотя бы не пытали⁈ — «ужаснулся» я. — Руководитель Пак! Как же так? Как так можно? Мы же в правовом обществе!

— «Эксцесс исполнителя», — пожал плечами и обезоруживающе улыбнулся NIS-овец. — Виновные понесут заслуженное наказание. Но, как вы сами относитесь к тому, что ваш подчинённый, фактически украл ваши деньги, не выполнил поручение, да ещё и оказался замешан в незаконных азартных играх?

— Что ж, хорошего тут, естественно, мало, — вздохнул я. — Но, как вы правильно сказали: это МОЙ подчинённый. И провинился он передо мной. А, значит, и разбираться с его проступком должен я, а не Национальная разведка. Вы же не останетесь в стороне, если я возьмусь наказывать ВАШИХ людей?

— Это было бы очень… опрометчиво с вашей стороны. Такого рода действия сильно подпортили бы наши с вами отношения. Сильно.

— То есть, думаете, не стоит мне инициировать разбирательство по поводу неправомочного ареста, задержания и оказания психологического давления на моего человека? — доброжелательно уточнил у Пака я. — А то, кажется, в адвокатской конторе «Shin Kim LLC», которая сейчас официально, по договору, представляет мои интересы, мне что-то рассказывали о том, что даже NIS не имеет права на произвол, и существует сразу несколько органов государственной власти, которые занимаются надзором за её деятельностью. И, вроде бы, даже были уже прецеденты в их собственной практике, когда, по результату инициированного обращением граждан расследования, решение выносилось не в пользу работников NIS… Я ничего не путаю, руководитель отдела Пак?

— Инженер Ким, не переходите границы… — убрал улыбку с лица NIS-овец. — Не стоит ссориться с NIS…

— А я и не собираюсь ссориться, тем более, со всем NIS. Только обратить внимание контролирующих органов на неправомочные действия отдельных, конкретных сотрудников NIS. Выполнить свой гражданский долг, и позволить контролирующей организации выполнить её прямые функциональные обязанности. Или… вы хотите мне сейчас сказать, руководитель отдела Пак, что это не «инцидент исполнителя», не излишняя инициатива отдельных нижних чинов, а прямой приказ руководства? Что запугивание и прессинг моих людей — это официальная позиция всей NIS? Вы точно уверены, что хотите именно это мне сказать? Человеку, на которого за две недели было совершено три задокументированных покушения, ни по одному из которых, не было проведено достаточно результативного расследования? А двух преступников, на которых у вас было всё: и описание, и фото-видео материалы с их лицами, и параметры находящегося у них при себе общественно-опасного оружия, пригодного для совершения достаточно крупных терактов, вы не были в состоянии обнаружить и поймать до тех самых пор, пока их кто-то неравнодушный просто не бросил на порог полицейского участка? Вы уверены, что хотите мне это сказать? И, даже не мне — мне вы можете сказать, что угодно, чувствуя за собой силу организации, авторитетом которой пользуетесь в своих личных целях, для удовлетворения своего эго. А, готовы ли вы сказать это под запись тем, чьей служебной обязанностью является контроль за деятельностью Национальной разведки? И, самое главное, готовы ли вы услышать их ответ? — поймав взгляд NIS-овца, уже не отпускал его, продолжая давить и давить в течение всей своей речи.