Оторва 14 (СИ), стр. 17

— Мы когда подъехали, только ноги и успели увидеть, — ответил капитан и, подойдя к забору, принялся его осматривать, — вообще непонятно, как дотянулась до верха.

— А ты чего здесь? — спросил Андрей Вячеславович.

Капитан помялся.

— А вдруг обратно полезет, остался на всякий случай. Да и одному перелезать несподручно.

Над забором показались голова и плечи с погонами старшего лейтенанта.

— Она здесь не появлялась? — спросил он.

— А вы что, её потеряли? — удивлённым голосом спросил Андрей Вячеславович.

— Товарищ майор, — залепетал старший лейтенант, — да это сущая обезьяна. Она по четырёхметровым стенкам карабкается словно по ступенькам, а уж через какие провалы прыгает — я в цирке такого не видел. Ушла на четвёртый этаж, оттуда перемахнула на соседнюю стройку, а там метров восемь. Поднялась ещё на два этажа и как в воду сгинула. Мы со всех сторон взяли здание, но её нет нигде.

— Да что ты рассказываешь, Голупцов, — возмутился Андрей Вячеславович, — ей всего шестнадцать лет, и она ранена, как она могла от вас куда-то сбежать?

— Шестнадцать лет? — недоверчиво переспросил старший лейтенант. — Не может этого быть. Её Сердюков и Галкин попытались перехватить, так она им по мордасам надавала, а у Галкина разряд по самбо, он же второе место на турнире взял. Говорит, даже не понял, как на земле оказался. Просто бешеная какая-то.

— Держите всю стройку под наблюдением, — сказал Андрей Вячеславович, поразмыслив.

Непростой оказалась девочка, совсем непростой. А ведь изначально принял её за глупую малолетку, которая с перепуга стреляла, явно не соображая, что делает. Но вот как она одним движением разобрала пистолет на составные — в его отделе не каждый лейтенант так быстро бы смог управиться. И Галкина умудрилась на лопатки уложить. Как это вообще возможно?

— Может, ещё кого вызвать? — спросил Залужный, почёсывая затылок. — Она ведь на стройке где-то затаилась. Да и видок у неё… Куда она такой пойдёт?

— Хочешь, чтобы над нами весь город смеялся? — Андрей Вячеславович нахмурился. — Шестнадцатилетняя девчонка сделала в одиночку целый отдел уголовного розыска. Осмотреть каждый закуток и найти её. Никуда она не делась — здесь, на стройке, а вас одиннадцать человек. Не найдёте — с завтрашнего дня заставлю нормы ГТО сдавать. Стыд и срам. Час вам даю на то, чтобы нашли.

Он подумал несколько секунд и добавил:

— И поаккуратнее с ней. У неё пулевая рана свежая на руке. Не переусердствуйте. Давай, капитан, и мы пройдём на стройку, где здесь вход?

— Так это там, — указал старший лейтенант в сторону, — метров двести.

И, спрыгнув вниз, проворчал себе под нос:

— С ней поаккуратнее… Пусть это Галкину скажет, как она его отдубасила за две секунды. Хоть бы сказали, кто это такая и что от неё можно ещё ожидать.

Глава 18

Начальник Управления внутренних дел Николаевского облисполкома Николай Васильевич Дзюба обвёл присутствующих хмурым взглядом. Он возглавлял николаевскую милицию на протяжении десяти лет и впервые осознал, что его кресло, в котором он так прочно закрепился, внезапно дало трещину.

Даже когда он был заместителем председателя одной из официальных комиссий обкома и прикарманил себе партийные деньги в немалом количестве в обход самого председателя, он не чувствовал себя так обречённо.

Евгений Илларионович Лагода, полковник милиции, с которым он столкнулся буквально десять минут назад в коридоре, глянул на него с усмешкой. Он давно метил на его место, и создавалось впечатление, что этот час настал.

Взгляд Николая Васильевича остановился на начальнике уголовного розыска майоре Куртогло.

— Докладывайте, Андрей Вячеславович. Будьте так добры, поставьте нас всех в известность, как можно на ровном месте угодить в дерьмо!

— Никто и предположить не мог, — майор скривился, но не стал задираться. В конце концов, он пока руководит УВД Николаевского облисполкома. Вот встанет на это место Лагода, тогда можно будет развернуться во всю ширь, а не ходить по струночке и исключительно по прямой.

Дзюба его, как всегда, перебил:

— Предположить он не мог. А должен был. Какая-то соплячка провела прожжённого жизнью начальника уголовного розыска. Ладно, докладывай, что известно на данный момент.

— Пистолет Макарова, из которого пока ещё неизвестная (так как точно установить ни возраст, ни данные не удалось) произвела выстрел на трассе Николаев — Одесса в двадцати километрах от нашего города, был выдан два года назад капитану, в данный момент пониженному до старшего лейтенанта, Погорелову Игнату Семёновичу. Проживает он в деревне Баланово, где служит участковым в этой и ещё трёх ближайших деревнях. Связи с Баланово нет: пьяный тракторист снёс столб, перебил провода на прошлой неделе и до сих пор телефонная линия не восстановлена. Известно следующее: прошлой ночью в деревне Баланово вспыхнул пожар, но об этом стало известно только утром от случайного свидетеля, поэтому пожарная бригада выехала в деревню только к обеду, и пока что сведений о том, что там произошло, не поступало. Сам участковый тоже об этом не сообщал, и где он находится в данный момент и каким образом его табельное оружие оказалось в руках подозреваемой — неизвестно. Сегодня утром, около восьми часов, подозреваемая и неустановленный ребёнок приблизительно девяти лет оказались на дороге в двадцати километрах от города Николаева, причём обе с огнестрельным ранением, предположительно из табельного оружия старшего лейтенанта Погорелова. Опергруппа уже выехала в деревню. Совпало так, что я в это самое время двигался в Одессу по служебным делам, но оказался на пути у этой парочки. Угрожая оружием, она потребовала покинуть автомобиль. Я, увидев состояние девочки, сам вызвался доставить их по месту назначения. По приезду в больницу скорой медицинской помощи…

— Кстати, — перебил начальник управления, — а почему не поехал в детскую? Это было гораздо ближе. Ты не мог не понимать, что девочка находится в критическом состоянии.

— Именно это и хотел сделать, но девушка, угрожая пистолетом, потребовала от меня ехать в «скорую», и, как оказалось, она была права. Если бы мы свернули на Дзержинского, мы бы оказались заперты в пробке. Впереди произошла авария двух автобусов, и движение было полностью перекрыто. Пришлось бы нести девочку пешком более двух километров, и шансов, что я бы доставил её живой, — никаких. Врач «скорой» подтвердил: опоздай мы на пять минут, её бы уже спасти не удалось. Причём похвалил того, кто перевязал девочку и следил за её состоянием всю дорогу. Если бы не это — ребёнок скончался. У девушки тоже оказалось пулевое ранение, прошло по мягким тканям. От обезболивающего отказалась и, стиснув зубы, терпела. А вот после перевязки сделала то, чего никто не мог ожидать: выбила стекло и угнала автомобиль скорой помощи. От удара об ворота машина опрокинулась, и девушка, покинув автомобиль, перебралась на стройку, где показала чудеса эквилибристики. Карабкалась по отвесным стенам и совершала немыслимые прыжки через провалы длиной более семи метров. При задержании применила, со слов капитана Галкина, неизвестные приёмы, сбив с ног и его, и лейтенанта Сердюкова, и буквально испарилась. Прочёсывание стройки ни к чему не привело. Поступило мнение, что подозреваемая работает в цирке. И действительно, связавшись с руководством, мы выяснили, что у них есть Реброва Ева Анатольевна, акробатка. И что любопытно, сегодня она звонила и отпросилась на три дня — очень болит рука. Опергруппа уже выехала, — он замолчал, глянув на начальника управления.

— Кроме этого, — взял слово Дзюба, — карты с разбивкой на квадраты уже розданы. Перекрыты все ключевые дороги из города. Привлечены все силы патрульно-постовых служб. Оповещены все подразделения. К делу подключился Комитет государственной безопасности. Ранен ребёнок из огнестрельного оружия, а это не просто ЧП. Завтра, вероятнее всего, прибудет комиссия из Москвы. Поэтому, товарищи, у нас всего сутки, чтобы силами УВД разыскать подозреваемую.