Стальной рыцарь 3 (СИ), стр. 17

— Готово, — донеслось из глубин дирижабля.

Я удовлетворенно качнул головой, стравливая остатки воздушной смеси и опуская нашу стальную сигару посреди широкой улицы между домами под восторженные крики бандюков в желтых повязках, окруживших дирижабль и потрясающих в воздухе разномастным оружием. И пока они сами не начали разбирать дирижабль на куски, стремясь проникнуть внутрь, самое время сделать наш ход.

— Вика, готова? — спросил я через говорилку внутренней связи.

— Да, — донеслось в ответ. — Только мне страшно.

— Всем страшно, — ответил я. — Только сразу не стреляй, может, получится договориться по-мирному.

— Я поняла, — донеслось в ответ.

Ворота трюма начали неторопливо опускаться вниз. Бандиты напряженно уставились на открывающийся проем, словно на врата пещеры Али-Бабы, в ожидании чудес и богатств. Но вместо этого им навстречу шагнул шагоход, вскинув стволы тяжелых пулеметов с лентами подачи патронов, уходящих за спину. На секунду повисла пауза — бандиты с ужасом уставились на чудище, вышедшее им навстречу. Вика, сильно нервничающая от вида толпы вооруженных мужиков, напряженно сжимала гашетки пулеметов.

А затем у кого-то от страха рука слишком сильно надавила на спусковой крючок древнего мушкета, и тяжелая пуля ударила рядом с обзорным стеклом. И это, словно спусковой крючок, спустило одновременно все десятки пистолетов, мушкетов и ружей, направленных на Вику. От такого обстрела та окончательно впала в панику и надавила на гашетки пулеметов в ответ.

Тяжелые двенадцатимиллиметровые пули, способные пробивать шкуры не слишком бронированных монстров, прошивали тела людей насквозь и летели дальше, отрывая руки и ноги, разнося черепа. Два пулемета, способные выпустить под сотню пуль за десяток секунд, превратили толпу людей, собравшихся возле дирижабля, в фарш. Выжившие в панике разбегались, громко вопя от ужаса. Вика, покрошив за несколько секунд полсотни человек, опасливо вертя головой, попыталась вывести «Рысь» из дирижабля. Сделала несколько шагов вперед, не думая, по чему сейчас идет, когда в нее прилетело ядро — настоящее чугунное, расколовшееся на две части от удара в нагрудную пластину. Обалдев от такого, она ускорилась, двигаясь вперед, заметив шагах в ста древнюю пушчонку, из которой по ней и произвели выстрел.

Обалдевшие не меньше нее артиллеристы при виде шагохода начали разбегаться. Но Вику такой расклад не устроил — пулеметы рявкнули, щедро выпуская несколько десятков пуль, перечеркнувших тела людей. Одна из пуль попала в бочонок с порохом, стоявший рядом, вызвав небольшой взрыв, опрокинувший орудие. Не зная, что делать дальше, Вика решила придерживаться первоначального плана и начала неторопливо обходить дирижабль по кругу, не обращая внимания на разбегавшихся вокруг людей, когда ее внимание привлекла еще одна артиллерийская батарея, стоящая неподалеку: две небольшие пушки возле телег с бочонками. Расчетов вроде не видно, но дожидаться, пока по ней или дирижаблю выстрелят снова, Вика не захотела. Пулеметы опять рявкнули, правда, что пули должны были сделать с орудиями, подумать она не успела, когда одна из пуль, срикошетив, попала в бочонок в телеге. В этот раз взрыв получился намного эффектнее и сильнее — огненный цветок, расцветший посреди улицы, снес целый дом, попутно смахнув и все живое, оказавшееся рядом. Подброшенные силой взрыва стволы орудий, оторванные от лафетов, улетели в небеса. Горящие обломки, создавая панику, разлетелись повсюду, частично забарабанив по корпусу дирижабля. Окончательно обалдевшая от всего происходящего Виктория, взорвав только что весь пороховой запас армии желтых платков, опасливо убрала руки от гашеток, боясь, что, пальнув еще куда-нибудь, окончательно взорвет несчастный город. Наконец вспомнила про говорилку и услышала мой голос:

— Вик, ты, пожалуйста, успокойся и больше не надо ничего взрывать, — осторожно попросил я нашу воительницу.

— Я не виновата, оно само как-то вышло, — запоздало донеслось в ответ.

— Я понимаю, — согласился я, стараясь говорить максимально спокойно, чтобы не спровоцировать новую стрельбу и взрывы. — Ты только больше пока не стреляй, хотя бы в сторону дирижабля. Мы тут с Давидом все еще внутри, и нам хочется жить.

Давид, закончив убирать трупы и фрагменты тел возле дирижабля, окинул взглядом свою работу и довольно качнул головой. Кем бы они ни были, это все же были люди, и топтаться по их телам шагоходами было неправильно. Чуть в стороне он сложил разномастное вооружение, уцелевшее после пулеметного обстрела и прохождения по нему Вики на ее «Рыси». Та наотрез отказалась ему помогать в этом деле и скорее снова бы продолжила топтать тела людей, чем дотронуться до них хоть кончиком пальца. Я был заблокирован в кабине пилотов, заставленной сгруженными в проход коробками и ящиками, да и полученные раны вычеркивали меня из списков помощников, так что Давиду приходилось все делать самому.

Подхватив флажки, с помощью которых у них в академии отдавали команды для посадки на дирижабль, он попытался с их помощью передать сигнал Вике, но пуля, ударившая в паре метров от него, заставила нырнуть назад в дирижабль. Как раз вовремя — следом ударили еще две пули, весьма точно. К счастью, Вика уже сама догадалась вернуться в дирижабль и шагнуть в глубину трюма, где Давид обмотал вокруг корпуса цепь, с помощью которой в трюме фиксировали шагоходы. Ударив ключом по ноге, он дал сигнал, и Вика двинулась вперед, волоча за собой массивный ящик со станком, привезенным мной из Германии. Оттащив его метров на десять от дирижабля, она вскинула пулеметы и дала пару очередей, заметив палящих по ним стрелков. Разогнав их, она дождалась, когда к ней подбежит Давид, отстегнет цепь с грузом, после чего он перебежками ринулся назад, волоча за собой цепь. Прикинув, сколько еще нужно ящиков вытащить наружу, парень тоскливо качнул головой — эдак они до вечера будут освобождать его «Вулкан», а «Громовержец» Вани, дай бог, выползет к утру. Если им, конечно, еще дадут это время.

Столиц а провинции Шэньси. Город Сиань

— Великий! Срочные новости! — вбежавший в покои императорского наместника чиновник распростерся на полу в ожидании, когда господин позволит продолжить говорить.

— Слушаю, — наместник, отвлекшийся от разложенных на столе свитков, досадливо поморщившись, посмотрел на него, после чего коротко приказал: — Говори.

— Боги услышали наши молитвы, — быстро затараторил чиновник. — Армия Золотого Дракона вызвала все же их гнев. Сегодня в бывшей резиденции семьи Шень с небес опустилось железное яйцо. Предводитель армии Гу Яо думал, что Боги ниспослали ему великое богатство, собрал всех своих людей, чтобы спустить его на землю. Но когда ему это удалось, яйцо само раскололось, и оттуда вышел железный воин, изрыгнувший огонь и убивший всех, кто был рядом. Гу Яо погиб вместе со своими подручными, погибло еще много людей, а гигант продолжил свирепствовать, неся смерть и разрушения.

— Интересно, — наместник, задумавшись, помассировал себе виски, пытаясь вычленить из того бреда, что он сейчас услышал, рациональное зерно.

Армия Золотого Дракона была одной из многочисленных банд, терзавших его провинцию не хуже, если не сильнее монстров, время от времени вываливающихся из Дьявольских врат. А покончить с ними у него не было ни сил, ни возможностей. Все его силы составляли всего несколько тысяч солдат и городских стражников, которых едва хватало для поддержания порядка в столице провинции и ее окрестностях. Но для борьбы со всевозможными бандами, расплодившимися по стране, словно раковые опухоли, этих сил явно было недостаточно. Количество бандитов и их вооружения было сопоставимо с теми силами, что подчинялись ему, создавая определенный паритет. Не рискуя сражаться с ними, он был вынужден смотреть, как они грабят окраины провинции, не в силах покинуть столицу из опасения, что и ее ждет судьба уже разграбленных городков и деревень. Но и бандиты опасались подступать к крупному городу, понимая, что получат отпор. И теперь разгром одной из банд мог дать ему определенный перевес. Армия Золотого Дракона была одной из наиболее опасных банд — хорошо вооружена, многочисленна, а бывший императорский офицер, ею командовавший, кое-что смыслил и в тактике, и в стратегии. Его устранение было очень хорошей новостью. Только бы понять, как это произошло.