Стальной рыцарь 3 (СИ), стр. 16

Все логично. Эта — за подачу топлива, и она уже почти касалась красной шкалы. Двигатели, направлявшие наше движение, уже работали едва-едва, лениво шевеля лопастями.

— Тогда что делаем, командир? — посмотрел на меня Давид, явно ожидая указаний.

— Ждем, — ответил я, делая небольшой глоток водки из найденной бутылки, хоть немного притуплявшей ноющую боль в боку и ноге. В руку прилетело по касательной, вырвав лишь кусок кожи.

— Нам нужен хоть какой-то ориентир: река, гора, город, железная дорога. Пока под нами виднеется лишь бескрайнее море вечнозеленой тайги без малейших просветов в ней. Как найдем — будем пытаться добраться до людей, взяв управление на себя, — я ткнул в штурвал. — Как найдем — стравливать воздушную смесь, — я ткнул пальцем в клапан рядом с датчиком, отвечавшим за ее количество в баллонах. — А как спустимся метров на сто — сбрасываем якорь, — я ткнул в рычаг с четко выдавленным на нем рисунком морского якоря. — Нам главное — за что-то зацепиться, чтобы нас не начало мотать туда-сюда и не разбило при посадке. Ну и молиться Богу — зачем-то же он нас берег, надеюсь, не для того, чтобы мы убили себя, пытаясь приземлиться.

Инженер в теле кузнеца. Только я могу заставить механизмы Древних работать.

Что значит эти технологии прокляты? Меня казнят? За что⁈

https://author.today/reader/595280

Глава 8

Глава 8

— Наверное, это Обь, — протянула Вика, глядя на бескрайнюю синь реки, раскинувшейся под нами.

А я молился богу, чтобы наш дирижабль дотянул до соседнего берега, а не рухнул в реку, утаскивая на дно и нас вместе с собой. Плавать я так и не научился. Рек возле Острожска не было совсем.

— Кажется, поднимаемся, — удивленно протянул Давид, глянув на высотомер. — Видно, попали в восходящий воздушный поток.

Я на это пожал плечами, не зная, что сказать — все мои познания в воздухоплавании ограничивались парой статей, прочитанных в журналах про шагоходы. Вика, закончив вытирать кровь на полу кабины и явно не зная, чем себя занять, вела наблюдение в бинокль, рассматривая окрестности с высоты.

— Интересно, мы еще в России или уже попали в Китай? — задумчиво протянул Давид.

— Понятия не имею, — ответил я, дожевывая кусочек галеты.

Кажется, становится немного легче. Рана в боку уже не так саднит, или это я себя успел так убедить, или уже привык. Только нога ноет, не прекращая. И все же я молодец — прошлый мой рейд успел меня многому научить: не забыл себе соломки подстелить — и живу взять, и пенал пилюлями заполнить, и даже запас еды положить. Поэтому и жив до сих пор. Теперь осталось понять, как из этого дерьма выбраться. Но это не Каменогорье, а Земля, так что будет чуток полегче. Главное — до обжитых мест дотянуть, а не рухнуть посреди тайги на деревья.

— О, кажется, деревня! — радостно вскрикнула Вика, привлекая наше внимание.

Отобрав у нее бинокль, я разглядел на берегу реки несколько десятков покосившихся хижин с провалившимися крышами. Людей не видно, впрочем, как и животных. И все же эти покосившиеся домики внушали надежду, что мы попали в обжитые людьми места.

— О, а вон и дорога! — Давид в бинокль покойного капитана дирижабля заметил тонкую серую нитку, петляющую посреди леса, над которым мы снова летели.

Спустя еще несколько часов полета, если это так можно было назвать, мы заметили внизу зелень полей, аккуратные кусочки земли, полузатопленные водой. Рядом — деревня, в которой явно были люди, удивленно рассматривающие нас, задрав головы. Мы опустились уже метров на пятьсот, и не заметить нас было невозможно. Только вот нам было совершенно непонятно, как спуститься вниз, даже сбросив якорь. Вокруг не было ни одной достаточно надежной опоры, способной надежно зафиксировать дирижабль.

— А это, видимо, город, — прокомментировала увиденное Вика, продолжая вести наблюдение. — А нет, храмовый комплекс, судя по статуе Будды, виднеющейся внутри стен. Похоже, заброшенный.

Это увидел и я: провалившаяся крыша, разломанная стена, частично обвалившиеся постройки внутри стен. И летим мы как раз в его сторону.

— Давид, готовься — будем приземляться там, — я ткнул в сторону разрушенного храма или дворца — лишь бог знает, чем это было раньше. — Аккуратно стравливай воздушную смесь, по чуть-чуть. Постарайся нас не уронить.

Высота сейчас метров четыреста, судя по высотомеру, опознанному нами среди обилия приборов. Небольшой поток ветра продолжает упорно нас толкать вперед — прямо на видневшиеся впереди развалины. Давид осторожно коснулся вентиля, чуть-чуть повернул его. Раздалось едва слышимое шипение, значение на шкале воздушной смеси поползло неторопливо вниз.

— Триста метров, — прошептал я, глядя на высотомер. — Двести восемьдесят… До храма еще километра два. Нам бы за стену зацепиться, а не рухнуть прямо на здание, разломав дирижабль и убившись попутно самим.

— Двести метров, — шепнул Давид, так же, как и я, напряженно смотрящий за прибором.

— Сто сорок… Готовься, мы почти доползли до комплекса зданий. Сбрасывай якорь! — командую я Вике, когда стрелка достигла ста.

С легким рыком цепь вместе с якорем полетела вниз. Глухой стук удара якоря, волочащегося по земле. Зацепились за остатки стены, та не выдержала веса дирижабля, рухнула, но якорь пополз вперед, пытаясь найти другую точку крепления.

— А это еще кто? — удивленно протянул Давид, увидев, как из полуразрушенных зданий внезапно выбежали сотни людей, стоило нашему якорю зацепиться за оконный проем одного из зданий и, почти разломав его, все же закрепиться за нем, остановив наш неторопливый полет вперед.

— Не знаю, — протянул я, разглядывая сотни человечков, непонятно откуда взявшихся среди руин. — Но что-то они мне не нравятся.

Одета эта публика была во что попало: какие-то драные рубашки, кто-то без них, лишь халат, накинутый на голый торс. Татуировки, желтые повязки на головах, и все поголовно вооружены. Рожи у них были крайне бандитской направленности. И сейчас эта публика очень активно пыталась спустить наш дирижабль на землю: сначала с помощью рук, ухватившись за цепи и потянув их к земле, а потом и с помощью быков, которых пригнали откуда-то из руин.

— Давид, воздушную смесь пока не спускай, — скомандовал я. — Ребят, что-то мне эти желтоповязочники не нравятся. На официальные власти они не очень похожи, скорее, какая-то вооруженная банда. И намерения по отношению к нам у них могут быть крайне плохие. Просто зарежут нас ко всем чертям, а дирижабль разграбят.

— Согласен, — ответил Давид, разглядывая крайне колоритного персонажа в черной куртке, расшитой драконами. Сидя на небольшом быке, он руководил процессом нашего спуска на землю. В руках — кривая сабля, за поясом — четыре массивных пистолета, на глазу — золотистая повязка, делающая его похожим на пирата. — Что делать будем?

— Нужно расчищать проход, — скомандовал я. — Давид, Вика, держите, — открыв пенал, я достал оттуда две красные пилюли с профилем быка. — Перетаскивайте ящики с оборудованием внутрь дирижабля. Я своего «Громовержца» по-любому вывести не смогу, не разломав тут все. А вот Вика на «Рыси» выскользнуть сумеет, если ящики со станками перетащить в проход. Здесь я вам не помощник, — я коснулся раны на боку, — сами понимаете. И давайте, ребята, не тяните — уж больно нас шустро тянут вниз.

Разбойники или кто там был внизу, пригнали к якорным цепям откуда-то из глубины комплекса еще с десяток быков и под сотню крестьян, подгоняя их пинками и ударами. И совокупные усилия людей и животных начали нас неуклонно приближать к земле. Тем временем Давид с Викой после приема стимулятора не менее шустро стали двигать тяжелые ящики и коробки с оборудованием, перемещая их ближе к носу дирижабля. И эти два процесса шли одновременно, и непонятно было, кто закончит быстрее — мы или они.