"Зарубежный детектив 2026-31". Компиляция. Книги 1-12 (СИ), стр. 127
Вошла в кухню. Все спокойно. И тут взревел холодильник. София чуть не вскрикнула и инстинктивно прижала руки к груди; сердце бешено стучало. Будь у нее сейчас пистолет, она бы его выронила или, того хуже, случайно нажала бы на спусковой крючок.
Как и учил Майк, она держалась подальше от окон. Дошла до конца вытянутой комнаты. На террасу она одна не пойдет. Она свернула направо, к лестнице на второй этаж. Остановилась и прислушалась. Ничего, даже легкого похрапывания.
– Майк, – шепотом позвала София, все еще не решаясь ступить на лестницу.
Еще два раза повторила имя – безрезультатно.
«Ну, хватит, – сказала она себе. – Давай-ка обратно в подвал!» Допустим, Майк спит в какой-нибудь комнате; дальше что? Будить его и жаловаться на бессонницу?
София опустила ногу на первую ступеньку и взялась за деревянные перила. Помедлила еще секунду и решила подняться. Раз уж она тут – просто посмотрит, спит ли Майк. А там уже решит, будить его или нет. Может быть, убедившись, что он дома, она успокоится и уснет.
Деревянные ступеньки скрипели под шагами. София попробовала сместиться вправо, потом влево; бесполезно. Если Майк услышит, что в доме кто-то есть, могут возникнуть проблемы.
– Майк, это я, София, – шепотом крикнула она.
Тишина.
Поднявшись на второй этаж, она попала в длинный коридор. Единственное окно было в самом конце, поэтому она почти ничего не видела. С трудом разглядела несколько дверей; все казались запертыми, кроме первой. София направилась к ней и сразу поняла: это комната Майка, но его тут нет.
В просторное помещение почти не проникал свет. Двуспальная кровать была не заправлена, на стуле лежала знакомая одежда.
На тумбочке у кровати стояла рамка с фотографией матери Майка.
Она в доме одна. Спокойнее от этого не становилось. Скорее всего, так бывало много раз, но одно дело – подозревать, и совсем другое – знать наверняка. Софии даже не пришло в голову проверить остальные комнаты. Сейчас ей хотелось одного: вернуться в подвал, запереть дверь и юркнуть в кровать.
Она уже собиралась выйти из комнаты, как вдруг заметила на комоде какую-то папку. София подошла и открыла ее. Это был альбом, полный фотографий и вырезок.
29
Камила и Тим сидели на террасе стеклянного дома. Камила потягивала мате, Тим – чай со льдом.
Камила рассказывала ему о сети педофилов, ее методах – обо всем, что сама узнала от агента Карсона. Ее догадки оказались верны. Гаррет и Холт стояли во главе организации. Очевидно, один из них был ее мозгом, а другой – исполнительной силой. Карсон ничего не говорил про Фила Холмса, но Камила и Тим понимали: скорее всего, он тоже замешан в деле. Тесная дружба всей троицы, спешная продажа бизнеса, падение Кэролайн – все говорило против Фила.
Когда Камила упомянула, что София может быть жива, Тим откинулся на спинку стула и уставился на нее, не веря ушам.
– Я в шоке. Это Карсон сказал?
– Не прямым текстом, – ответила Камила, – но намекнул, да.
Тим не мог прийти в себя от удивления.
– Поверить не могу, – проговорил он. – ФБР не стало бы в таком участвовать, даже в рамках секретной операции. Это безумие. Исчезновение Софии всех поставило на уши. Столько людей пострадало – ее семья, друзья. Если окажется, что за этим стоит правительство…
– Уверена, официально ФБР ни при чем, – отозвалась Камила.
– Так значит, Карсон сам все устроил?
Она кивнула:
– Думаю, что так.
– Не знаю, Камила. Может, он просто пытается выиграть время?
– Чутье подсказывает мне, что нет.
Тим помолчал, потирая подбородок.
– Просто безумие. Если сеть такая огромная, как ты говоришь, а София окажется жива… вот уж будет новость века.
– А ты думаешь, почему Народицкий крутится тут, как стервятник?
– Что будем делать?
30
Майк вошел в подвал с альбомом в руках. София сделала вид, будто видит папку впервые. Им предстояла последняя шахматная партия. Пятнадцать минут. София белыми.
Майк положил альбом на стол.
– Здесь все, что происходило снаружи.
– Неужели я правда вернусь… – проговорила София, не отрывая глаз от альбома.
Не в силах больше сдерживаться, она заплакала.
Майк ждал.
– Если все пройдет хорошо, завтра ты будешь дома. С бабушкой и друзьями.
– А ты?
Он покачал головой. Голос у него дрогнул.
– Ты же понимаешь. Так надо.
– Да.
– Сегодня начинается операция по ликвидации сети, – серьезно сказал Майк. – Я должен участвовать. Когда все закончится, приеду за тобой. Это займет всего пару часов.
София с ужасом смотрела на него. Вопрос был очевиден, но она все равно задала его вслух:
– А если с тобой что-то случится?
– Все будет хорошо, обещаю, – успокоил он ее. – В случае чего ты знаешь, что делать.
София дотронулась до ключа на шее. Если что-то пойдет не так, ей надо будет выбираться отсюда самой.
– Это скрасит мне ожидание, – она кивнула на альбом.
– Сейчас здесь тебе безопаснее всего. Не отпирай дверь, и все будет в порядке.
Они еще раз проговорили версию, с которой София вернется домой. Журналисты будут атаковать ее вопросами, и надо, чтобы все звучало гладко. Накануне Майк объяснил Софии, как отвечать, и она повторила все без запинки.
И тогда они начали партию.
31
Операция ФБР против Конрада Холта не могла провалиться. В ней участвовали два агента, в том числе Карсон, а также специальная команда для сложных арестов. Им все-таки предстояло задержать профессионального полицейского.
Сделать это они собирались на стоянке перед полицейским участком. Все должно произойти быстро. Холт обычно выходит с работы между пятью и шестью вечера через заднюю дверь и идет к машине, которую паркует метрах в тридцати от выхода. Там его и должны перехватить агенты ФБР. Отдельная команда, засевшая в заброшенном здании неподалеку, откуда видна вся стоянка и здание участка, постоянно на связи. При необходимости к операции подключится дополнительная группа захвата.
В половину шестого Холт все еще не вышел. Карсон, разумеется, допускал такой вариант, но не мог не забеспокоиться. Арест Холта входил в гораздо более масштабную операцию, и время было ограничено.
Карсон сидел на пассажирском кресле. Рядом агент Розен, заметно волнуясь, каждые тридцать секунд поглядывал на него. Карсон был на связи не только с группой наблюдения, но и со спецагентом Розманом, командиром второй команды, которая на другом конце города готовилась задержать Фрэнка Гаррета.
Карсон включил рацию.
– Розман, есть новости по Гаррету?
– Еще не выходил. Все на местах.
Карсон вздохнул. За вторую команду он переживал больше: здесь, по крайней мере, они полностью контролируют Холта. В запасе тридцать минут. Шериф иногда засиживается на работе, и они к этому готовы.
Через двадцать минут ситуация не изменилась, и Карсон отдал приказ приступать к плану Б. Отряд оперативников разделился на две части. Четверо пробежали через парковку к задней двери здания. Трое остальных – к главному входу. Обе группы должны помешать Холту выйти на улицу.
Карсон и Розен проскользнули к задней двери, двигаясь вплотную к стене, чтобы их не увидели из окон. Прежде чем войти, Карсон переглянулся с одним из оперативников. Оба кивнули.
Карсон вошел первым. Он ни разу не бывал в этом полицейском участке, но прекрасно знал, куда идти. Розен держался на два шага позади. Оружие они не доставали.
Они прошли через вестибюль мимо коридора, ведущего в раздевалку. Двое полицейских у кофемашины проводили их взглядом. Один начал было что-то говорить, но Карсон и Розен уже входили в основное помещение.
Там было почти пусто. Двое полицейских подняли головы от рабочих мест; еще один, выходивший из кухни с чашкой кофе в руке, застыл и молча уставился на агентов.