Папочка, мы тебя ищем! Бойся!, стр. 1
Annotation
– Быстло плизнавайся, ты нас папа?
Не, ну вы видели такое?
Стоят несколько здоровых лбов с недобрыми лицами, и я размером не меньше. И на нас выбегают две малюсенькие дечоки-припевочки. Соплей перешибешь. И давай лупить меня игрушечными молотками.
Сказать, что все мою люди выпали в осадок – ничего не сказать.
– А вы ищите папу, чтобы побить? – решаюсь на отчаянный шаг и интересуюсь у малявок.
– Снатяла наказать за то сто маму блосил! А потом зынить на ней!
Я то малявок выпроводил, сказав, что не я их папа. Но те, похоже, не поверили. И зря я расслабился.
ПС: Говорить, кто оказалась их мама?
Правильно, лучше помолчу пока.
Папочка, мы тебя ищем! Бойся!
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Конец ознакомительного фрагмента.
Папочка, мы тебя ищем! Бойся!
Глава 1
Вика
– Где эти разбойницы? Етить их! – крик доносится от стремительно двигающейся по улице бабульки.
Соседские куры разлетаются прочь, поднимая пыль с широкой песчаной дороги.
Ей уже восемьдесят один, а носится как паровоз. Быстро, шумно, неотвратимо.
Я как раз вернулась домой с работы и открыла калитку забора, когда услышала знакомый ворчащий и недовольный голос.
– Баб Зин? – опасливо окликаю ее.
Сама уже понимаю, мои что-то опять натворили.
У нас хорошая деревня. Пара магазинчиков своих имеется, почтовое отделение с банкоматом и есть несколько небольших предприятий. В одном я работаю.
Люди у нас в деревне хорошие, дружелюбные. И жителей немало. А в летний сезон и вовсе более, чем в два раза увеличивается население. Но есть проблема. Ни школы, ни детского сада нет. В школу нужно ездить на автобусе в местный поселок городского типа.
Поэтому, местные детишки дошкольного возраста обитают здесь же, под присмотром родственников, соседей, друзей и детей постарше.
Вот только бывают дети проблемные. Которые то сбежать норовят, то что-нибудь учудить. Иногда эти события взаимосвязаны. К таким проблемным относятся и мои малышки. Ира и Кира.
И ничего не помогает. Объясняешь, вроде понимают. Но понимают как-то по своему. Не то, что хотела им втолковать.
А иногда стоят все такие провинившиеся, раскаивающиеся, но глазки обиженные и расстроенные, в которых отчетливо читается непонимание. Ведь за что их ругают? Они же только как лучше хотели. Или, например, для мамы старались.
После плачут горько и тянут ручки маму обнимать. И сквозь плач говорят, что мамочку очень любят.
Вот как с такими неусидчивыми малышками поступать?
– Твои чертовки дома? В курятник забежали, всех курей мне перетормошили! – невольно ворчит баба Зина, заметив меня. – Половина кур у соседей в огороде бегает! Тонькины грядки уже перекопали!
– Нет их дома, – качаю головой.
Надеюсь они дома и на глаза бабе Зине в ближайшее время не попадутся. А позже она сама остынет. Отходчивая. И детей любит. Даже моих проказниц.
Хотя мои девочки сейчас должны быть у теть Веры и Егор Петровича. У них большущая семья. И детей с внуками очень много. У них там, считай, как детский сад. Малышня дружит друг с другом, играют вместе. А те, кто постарше присматривают.
– Ох, я им устрою, когда поймаю! Уши оторву, – грозится баба Зина.
– Баб Зин, может это не они? – правда сама не верю в то, что предлагаю.
– А кто еще, Вика, кто еще? – качает головой старая женщина. – Помнишь, что они позавчерась устроили?
– Ну, баб Зин! – прошу не вспоминать такое.
– Что, баб Зин? Что, баб Зин? Мужика себе найди, наконец! Чтоб держал твоих разбойниц в ежовых рукавицах. Чертята какие-то! Ты точно не от черта их понесла?
На этот вопрос баб Зина не требует ответа. Это скорее очередное ворчание и выплеск недовольства. Бабуська, грозно насупившись, также стремительно удаляется, как и появилась.
– Может и от черта… – тихо проговариваю я, зная, что никто не услышит.
Вспоминать об отце малышек до сих пор больно, несмотря на столько лет. И ту жуткую историю хочу забыть. Но время от времени что-то напоминает о НЕМ.
В доме малышек не оказывается. Нахожу их на заднем дворе, куда прихожу на детские голоса. С дочками вижу парочку из теть Вериных и Егор Петровича внуков.
– Матлоскин, давай! Плыви узе!
Матроскин – это крупный соседский кот. Полосатый.
Что они с ним делают?
– Капитан хочет покинуть корабль!
– Колабль «Пузик», стой смилно! А то капитан Матлоскин с тебя сползает.
А Пузик это наша собака. Французский бульдог. Он еще не взрослый, ему только год.
И они с Матроскиным друзья по интересам. В смысле оба флегматичные и могут валяться на кресле часами. Даже рядом. Чем дети и пользуются ради своих игр.
Как-то мои малышки Пузика и Матроскина женили.
На самом деле Пузика зовут Поль. Его нам маленьким щеночком отдали дачники, что приезжают только летом. Но мои малышки придумали ему свое имя.
Сейчас дети пытаются закрепить Матроскина на спине Пузика. У кота на голове бумажная пилотка. А у щенка по бокам висят две коротенькое дощечки, к хвосту привязан платок.
– Мачта постоянно падает, – жалуется Дима, один из внуков теть Веры, поднимая хвост Пузика, к которому привязан платок.
– Так, хватит животных мучить! – останавливаю безобразие.
– Мама! Мамоська! – туже мои малышки бросаются меня обнимать.
И не успеваю их поругать за то, что они устроили в курятнике баб Зины, как дочки с ходу радостно заявляют:
– Мамоська, мы папу насли!
– Холосего, больсого, он командил!
Блин! Чего они опять учудили?
Глава 2
(Немногим ранее...)
Станислав
– Серьезно думал, что можно меня обмануть? – нависаю над Борей.
На нем лица нет. Штаны чудом еще не мокрые. А намочит, мои ребята его мигом отправят в реку, чтобы не вонял. Его охранники со связанными руками лежат, уткнувшись лицом в сосновые иголки и песок.
– Считал, что не узнаю от том, куда ты тайком пустил мои деньги? – продолжаю я.
– Нет, нет, – быстро-быстро мотает головой Боря. – Это же все был сюрприз! Для вас, Станислав Сергеевич.
И указывает рукой на элитные домики для глемпинга, устроенные на живописном берегу широкой реки среди красивых сосенок. И на небольшой причал для яхт по соседству с песчаным пляжем.
Яркое солнышко озорными отблесками играет на водной глади, которую колышет легкий теплый ветерок.
– Что за чушь ты несешь? – перевожу взгляд снова на Борю.
– Босс, – обращается ко мне один из моих ребят, – Борюсик как всегда нашел способ вывернуться из ситуации.
– Да чего выворачиваться то? – уже более уверенно возмущается Боря. Видимо за эти мгновения успел все продумать. И сейчас его версия будет звучать очень правдоподобно и… выгодно для меня.
Без последнего его версия – не актуальна. И он это знает.
Но я не даю договорить, поднимая палец вверх. Требую тишины. Все замолкают и даже не шевелятся.
Неподалеку, из кустов можжевельника слышу какие-то шепотки.
Нас подслушивают? Вот так в наглую и бесстрашно, что несомненно глупо, кто-то решил влезть мои разборки и дела?
Но эту версию я почти сразу отметаю. К моему глубокому удивлению голоса детские.
– Он? Или вон тот? – слышу недовольный шепот какого-то ребенка.
Судя по тону совсем детский, лопочет, коверкая звуки. Это что за детсадовский шпионаж?
– Неть! – отрицает другой голосок из кустов, такой же тоненький и звонкий, несмотря на шепот. – Мозет этот?
Тихо останавливаю одного из своих ребят, что собрался разобраться с писклявыми шпионами:
– Нет, Бурый. Послушаем.
Мне просто становится любопытно, что задумали карапузы, которые прячутся в зарослях можжевельника. По-моему, это девочки.