Делай свой ход, королева (СИ), стр. 44

Эйдена почти сразу утянули в горячее обсуждение над картой. Тот внимательно слушал, но принимать решение не спешил —

подозвал одного из магов.

– О чем они спорят? – Спросила я подошедшего Айса.

– Ищут возможности контрнаступления. – Ответил тот. – Некоторые считают, что в ближайшее время стоит сфокусироваться на охране границ, чтобы не дать противнику продвинуться дальше в Аэлорию.

Блондин продолжил вводить меня в курс дела, и вскоре я узнала, что ни один из отправленных на территорию Дисгата разведчик не вернулся, несмотря на то, что каждый имел артефакт переноса.

– Что говорят по этому поводу маги? Айс неопределенно пожал плечами.

– Им раньше не приходилось сталкиваться с подобной силой. Возможно, что-то глушит магию. Или убивает быстрее, чем они успевают активировать артефакт.

Я кивнула, склоняясь скорее к первому варианту. Все-таки слишком хорошо помнила первое нападение, когда Дэмиан смог каким-то образом перенастроить “Сердце”, чтобы то подавляло светлую магию.

Однако тьма была ему неподвластна.

Я направилась к главному королевскому магу, намереваясь предложить помощь, и, как ни странно, тот не задумываясь согласился. Отношение ко мне неуловимо поменялось: возможно, из-за внешней угрозы, что заставила аэлорцев сплотиться против общего врага, или же из-за произошедшего вчера на площади.

Это не так важно.

Чувство причастности ядовитым теплом разлилось в груди, заставляя меня почувствовать себя нужной. И оно настолько вскружило мне голову, что я сама вызвалась отправиться в разведческую миссию в Дисгат, едва встал этот вопрос.

– Этого не будет. – Голос короля прозвучал слишком громко в возникшей тишине, развевая мой добрые намерения в пепел.

– Я знаю арронд лучше, чем кто-либо из присутствующих. Кроме того, я единственная обладаю магией, способной противостоять Дэмиану Алмар. – Возразила я. А еще я точно знаю: в день моей смерти на моей голове будет корона королевы Аэлории, так что вряд ли мне что-то грозит в Дисгате. Говорить я это, конечно, не стала, но мысль придала уверенности.

– Леди Ассия поделилась своими соображениями, и, признаюсь, они выглядят… – Начал королевский маг, но был остановлен повелительным жестом.

– Этого. Не будет. – Повторил Эйден по слогам, впиваясь в меня жестким взглядом, от которого по позвоночнику вдруг пробежали мурашки. – Леди оре Дисгат устала. Проводите ее в покои.

Недвусмысленный приказ убраться ощущался словно пощечина. От унижения в груди образовался плотный ком, перекрывший доступ кислороду. И этот тот мужчина, что обещал быть мне хорошим мужем?

– Ваше Величество так внимателен. – Ядовито произнесла я, теребя на пальце кольцо и с трудом удерживаясь от желания швырнуть его в короля. Некрасивая сцена уже забрезжила на горизонте моего сознания, но я в последний момент передумала.

Из зала совещаний выходила быстрым шагом, стараясь ни на кого не смотреть. Стражники, которым передали приказ меня сопроводить, негласно выбрали маршрут, ведущий в королевские покои. Очевидно, распоряжения в отношении меня были выданы им заранее.

Эмоции, сильные настолько, что обжигали меня изнутри, переплелись в тесный клубок. Я абсолютно отказывалась понимать Эйдена: то он сам продвигает меня в Совет, то выгоняет, словно провинившуюся служанку. То встает передо мной на колено, то прилюдно унижает.

Может, у него раздвоение личности? И внутри живет точно такое же чудовище, с которым некогда делила сознание и я? Злость не отпускала меня до самого вечера, и когда Эйден вошел в покои, я уже достигла крайней точки кипения.

– Что это значило? – Гневно бросила я, вставая с диванчика и устремляясь навстречу королю. Мой воинственный настрой моментально передался ему… а, может, и вовсе не угасал?

– Лучше сама ответь на этот вопрос. – Раздражения в его голосе не меньше, глаза рассматривают с прищуром. – Зачем тебе в Дисгат, Ассия?

– Разве это не очевидно? – Процедила я. – Чтобы раздобыть хоть какие-то сведения о том, что там происходит.

– Или не терпится попасться в руки Дэмиана? Может, ты и вовсе хочешь узнать, кто из нас твоих предложит тебе больше? Кто назначит цену выше за возможность тобой обладать?

На мгновение у меня дар речи пропал. Вот, значит, что он обо мне думает: собственность, за которую он выложил непомерно много. Готовая сорваться с крючка, если кто-то предложит наживу побольше. Хриплый смех оцарапал горло.

– Ты действительно так считаешь? – Спросила я. А ведь и правда, что он обо мне думает? Я ведь даже не его любимая женщина, я – одержимость, слабость, от которой он бы и рад избавиться, но не может. – Интересно, почему?

Повисшая тишина наполнилась ожиданием.

– Я знаю твое нутро. – Почти безэмоционально ответил он, глядя на мое лицо. – Знаю твои намерения. Знаю, что ты хочешь мести; знаю, что однажды ты меня предашь.

Каждое слово – словно камень, брошенный в беззащитную плоть. Они ранят, но не так сильно, как непоколебимая уверенность на дне его потемневших глаз.

После всего, что между нами произошло, такой он видит меня?

– Зачем тогда это все? – Я беспомощно обвела рукой воздух, не зная, что именно хочу спросить. Зачем он сделал меня советницей, зачем предложил стать его женой? Глаза защипало. Злость, которая копилась весь день, тихо вибрировала внутри, ища выход со слезами.

Я на грани, точно так же как и в тот день, когда он заставил меня изрезать на себе платье. Снова его бесцветный взгляд и холод, за которыми он прячет истинные эмоции.

– Потому что я не могу иначе. – Он резко выдохнул, и злость на его лице уступила место досаде. Он провел рукой по волосам, явно сожалея о своей откровенности. – Давай забудем этот разговор.

– Ты не можешь — я могу. – Произнесла я звонким от непролитых слез голосом, игнорируя его последнюю просьбу. Рука лихорадочно теребила палец, пытаясь стянуть кольцо.

– Ассия, не делай этого. – В его голосе все та же досада и скрытое предупреждение. Но ободок из белого золота, наконец, поддается, и я швыряю его прямиком в его грудь. Кольцо отскакивает. Где-то сбоку раздается тихий звон, но Эйден не обращает на него внимания – оно целиком приковано ко мне.

– Не нужна мне твоя великая жертва. – Мое лицо кривится от обиды. – Не нужен ты: ни как принц, ни как король, ни как мужчина, никто! Как же я мечтаю стереть тот день, когда мы впервые встретились, и сделать так, чтобы это никогда не произошло!

В расширенных глазах Эйдена, которые потемнели настолько, что радужка слилась со зрачком, вдруг появляется некое чувство, отдаленно напоминающее страх.

Боится, что все, через что мы уже прошли, будет зря?

Я направляюсь на выход из комнаты, глаза застилают слезы. В них обида, злость, обманутые ожидания. Прав был отец: такая как я не получит любви, и любая моя попытка доказать обратное, лишь заканчивается все более сильным разочарованием.

Эйден стоит у меня на пути, почти у самой двери. Его тело не шевелится, и, мне кажется, даже не дышит.

– Прости меня, Ассия. – Внезапно тихо выдает он, прикрывая глаза. – Я был к тебе несправедлив. Верить его словам нет никакого желания.

– Пропусти меня. – Требую я, даже не зная, куда именно собираюсь пойти. У меня здесь не осталось ничего своего: ни

одежды, ни слуг, ни денег. Мой замок захвачен, земли разорены. Кажется, в голове Эйдена промелькнули те же мысли.

– И куда ты собралась? – Вопреки недавним извинениям, в его голосе снова злость. Эмоции сменяют друг друга, накладываясь на его лицо, подобно маске. – Я же предупреждал: лучше тебе не забирать свои слова обратно. Думаешь, можешь меня отвергнуть, уйти?