Недобитые. Том 1 (СИ), стр. 27

— «Никто» — это кто?

— Я и он.

— Я тоже. — Лесь выпрямился на козлах.

— Нет, — одновременно произнесли Эрдан и Ильва.

Лесь перевёл взгляд с одного на другую.

— Очень смешно.

— Тебя оставят с Неврой. — Эрдан тронул лошадь за повод.

— А если вы не вернётесь?

— Тогда едете в деревню.

— Я не поеду.

— Тогда привяжем рядом с этим. — Ильва кивнула на Роэна.

Роэн поднял голову.

— Меня в ваши семейные дела не впутывай.

Лесь посмотрел на него и больше не спорил.

Повозка тронулась медленно. На первых оборотах правое колесо поскрипывало, потом новый клин сел плотнее, и стук почти исчез. Эрдан дважды останавливал лошадей и проверял ступицу ладонью; дерево нагревалось от трения, но колесо пока держалось ровно.

Ильва шла по другой стороне дороги с луком в руке. На открытых местах она смотрела вперёд, возле склонов чаще проверяла лес над дорогой.

На первом подъёме Эрдан поравнялся с ней.

— Горс кто?

— Человек.

— Это я понял.

— Пока хватит.

— Роэн его знает.

— Возможно.

— Ты тоже.

Ильва прошла ещё несколько шагов, затем достала из кармана медную бляху. На ней был выбит круг с разрывом внизу.

— Он выбирал людей в лагере, где меня держали. Тех, кого потом увозили.

Эрдан взял бляху двумя пальцами и рассмотрел знак.

— Эта оттуда?

— Да.

Он отпустил пластину и оглянулся на повозку. Возле оси качалась такая же.

— Почему раньше не сказала?

— Кому?

— Мне.

— Я тебя сегодня впервые увидела.

— Лесь меня знает.

— Со вчера.

Эрдан покосился на мальчишку, сидевшего рядом с Неврой.

— Тут не поспоришь.

— Не спорь.

— Это ты сейчас пошутила?

— Нет.

С козел донёсся голос Леся:

— Вы там опять начали?

— Смотри вперёд, — одновременно бросили Эрдан и Ильва.

Невра рассмеялась, а Эрдан покачал головой и вернулся к лошадям.

До старой мельницы добрались уже в сумерках. От здания сохранилась половина каменной стены, в заросшем канале лежало провалившееся колесо, а сразу за руинами дорога расходилась: правая уходила вниз между деревьями, левая поднималась к лесистому гребню.

На левой колее отпечатались свежие подковы.

Ильва присела возле следа и указала на наружный край одного отпечатка.

— Лошадь того, кто ушёл от нас. Правая задняя подкова сбита с этой стороны.

Эрдан наклонился. В каменоломне на подковы он не смотрел, зато след был свежий, а другой верховой лошади за последние мили они не встречали.

— Значит, он пошёл туда.

— Туда.

За гребнем уже темнело. Эрдан оглянулся на Невру, Леся, мужчину под пологом и привязанного сзади Роэна.

— До дома идём вместе. Перед ним вы остаётесь с повозкой.

— До дома. — Ильва поднялась и поправила ремень колчана. — Дальше каждый решает сам.

Эрдан взял ближнюю лошадь под уздцы и повёл её на левую дорогу. Правое колесо коротко стукнуло на камне, но клин удержался.

— Хорошо. Сначала до дома.

Глава 10

Человек за спиной

Камень трескается раньше, чем признается, что был слаб.

рохтская поговорка

Книгу Ренар спрятал под тем же мостом, где несколькими часами раньше читал её. В дальней опоре нашлась щель между двумя плитами, сухая даже после ночного дождя; он завернул переплёт в запасную рубаху, протолкнул свёрток глубже и вернул на место два камня. С дороги тайник не просматривался, а со стороны воды к нему вела только узкая полка вдоль кладки.

Перед уходом Ренар дважды поднялся к дороге и спустился обратно в разных местах. На влажной земле остались следы, но они тянулись вдоль берега, пересекались у ручья и терялись среди камней под мостом. Если кто-нибудь придёт искать книгу, одной пары сапог ему будет мало.

Плечо после утренней драки ныло, когда руку приходилось заводить назад, а глубокий вдох всё ещё отзывался в рёбрах. Левая ладонь согрелась окончательно, хотя два пальца сгибались хуже остальных, и Ренар несколько раз сжал их по дороге, проверяя хват.

До назначенной встречи оставался примерно час. Посредник выбрал старую известковую печь возле заброшенной выработки: от сараев там уцелели почерневшие столбы, половина крыши и низкая каменная стена, а тракт проходил в сотне шагов за зарослями ольхи.

По тропе Ренар не пошёл. Он поднялся выше по склону, обогнул выработку через молодой ельник и лёг между корнями старого дерева, откуда видел двор перед печью и проход между остатками сарая.

У бревна возле стены сидел человек в тёмном плаще. Ренар узнал его по росту, широким плечам и привычке держать голову чуть опущенной: ночью тот ждал возле открытой калитки, а утром шёл следом до ручья.

Второго пришлось искать дольше. Мужчина стоял за дальней стеной сарая и время от времени выглядывал из-за угла на тропу; если бы Ренар пришёл обычной дорогой, один встретил бы его у печи, а второй оказался бы за спиной. Посредника среди них не было, и кошеля для второй половины платы Ренар тоже не увидел.

Он отполз назад между корнями и спустился к нижней тропе в стороне от выработки. После дождя там сохранилась полоса мягкой глины, поэтому Ренар прошёл по ней до развилки, свернул к ручью и оставил несколько особенно чётких следов возле воды. Обратно поднялся по каменистой гряде, где подошвы почти не отпечатывались.

Когда печь снова появилась между деревьями, человек у сарая уже присел над следами. Он провёл пальцами по одному отпечатку, махнул напарнику и ушёл в сторону ручья, а мужчина в тёмном плаще остался возле стены.

Между ельником и дорогой теперь никого не было. Ренар начал отступать к склону, но с тракта донёсся стук копыт, и ему пришлось снова опуститься за корни, чтобы не выйти прямо навстречу всадникам.

Двое свернули с дороги к выработке. Первый, постарше, придержал коня возле разрушенного навеса; второй проехал дальше и спешился у стены, повернувшись боком к ельнику. На ремне возле ножен блеснула небольшая медная пластина с кругом, разомкнутым внизу. Такой же знак Ренар видел на крытой повозке у каменного моста.

— Где рыжий? — Мужчина с проседью спешился и оставил повод на луке седла.

— Если бы пришёл, ты бы его уже видел. — Человек в тёмном плаще поднялся с бревна, но навстречу не пошёл.

— Книга у него.

— Это я знаю.

— Керр хочет её обратно. — Мужчина с проседью снял перчатку и заправил её за пояс.

— Тогда Керру придётся подождать.

Второй всадник отошёл от лошадей и остановился сбоку от печи. Ладонь он держал возле рукояти тесака, а место выбрал так, чтобы видеть и тропу, и проход у сарая.

— Кто тебя прислал? — Мужчина с проседью сделал ещё два шага.

— Тот, кто платит.

— Имя.

— Спроси у него. — Человек в тёмном плаще тоже опустил руку к поясу.

Проседь требовал имя заказчика, а человек в плаще явно не собирался его называть. Одной компанией они не были, и Ренар медленно попятился вдоль склона, пока чужое выяснение отношений не успело обзавестись лишним участником.

Справа хрустнули ветки, и Ренар замер. Мужчина, которого он увёл к ручью, возвращался вдоль края ельника; тот временами смотрел себе под ноги и пока не поднимал головы, но до стены оставалось меньше тридцати шагов.

Ренар развернулся и пошёл вдоль внутренней стороны старой кладки. Перелезать через неё с больным плечом было неудобно, поэтому он двинулся к пролому возле печи, где камни осыпались почти до пояса.

Во дворе голоса стали громче, затем звякнул металл. Добравшись до пролома, Ренар осторожно выглянул и увидел меч в руке мужчины с проседью, длинный нож у человека в тёмном плаще и второго человека Керра, который заходил сбоку.

Шорох за спиной приблизился. Ренар повернул голову как раз вовремя, чтобы увидеть возвращавшегося преследователя у самой стены; тот поднял взгляд, остановился и сразу выпрямился.