Недобитые. Том 1 (СИ), стр. 19

Ильва поднялась выше и вскоре увидела, куда ведёт ответвление. Старая каменоломня лежала в неглубокой чаше. Нижнюю выработку давно затопило, над тёмной водой сохранился длинный каменный навес, а рядом стояли два деревянных строения с просевшими крышами. Возле ближайшего сарая у коновязи ждали две осёдланные лошади. Дальше дорога сужалась между отвесной стеной и поросшим кустами отвалом, после чего снова уходила в лес.

Повозка остановилась возле навеса. Возница спрыгнул с козел, присел возле правого колеса и несколько раз качнул его за обод, после чего полез под кузов. Вооружённый всадник остался у заднего полога, человек с кожаной папкой направился к сараю, где его уже ждал ещё один мужчина. Ильва устроилась между двумя валунами выше площадки, положила лук рядом и прикинула расстояние до телеги и ближайших укрытий. Отсюда стрелять было далеко, зато склон позволял обойти карьер сверху и спуститься почти к навесу, не выходя на открытую землю.

Возница выбрался из-под телеги, ударился плечом о край кузова и выругался. Ильва узнала голос раньше, чем рассмотрела лицо. Этот мужчина несколько раз приезжал к Горсу: менял лошадей, привозил свёртки с бумагами, иногда оставался до утра. Однажды после его приезда из лагеря увезли двух пленников.

Пальцы сжались на древке лежавшей рядом стрелы. Ильва разжала их и снова посмотрела вниз. Горса среди людей не было. Четверых мужчин она видела достаточно хорошо, но за сараями мог находиться кто-то ещё, а дорога между скалами скрывалась уже через несколько десятков шагов.

— Доедет? — Мужчина возле сарая кивнул на колесо.

— Если дорога станет ровнее, чем была последние десять лет. — Возница снова присел у ступицы и дёрнул колесо. — Ещё одна хорошая яма — и останемся здесь.

— Другой телеги нет.

— Значит, приведи.

Человек с папкой сказал что-то тише, и Ильва не расслышала. Мужчина возле сарая подошёл ближе, получил от него сложенный лист и спрятал за пазуху.

— Заодно предупредите, что к вечеру будут ещё трое, — добавил человек с папкой. — В доме должны подготовить бумаги заранее.

— Этих здесь оставим? — Мужчина кивнул на повозку.

— До другой телеги.

— Не разбегутся. — Всадник усмехнулся и хлопнул ладонью по борту так, что внутри что-то металлически звякнуло.

Мужчина возле сарая отвязал одну из лошадей, вторую забрал человек с папкой. Через несколько минут оба скрылись в проходе между скалами, и Ильва продолжала лежать за камнями, пока топот копыт не стих. Возница вернулся к колесу, а всадник несколько раз прошёл от повозки к коновязи и обратно, после чего снял с крюка бурдюк и начал пить.

— Мне дай, — донеслось из-под полога.

— До вечера потерпишь. — Всадник отнял бурдюк от рта и посмотрел на повозку.

— Ты утром то же говорил.

— Значит, память хорошая. — Мужчина заткнул бурдюк и повесил его обратно, даже не подойдя к пологу.

Возница ещё некоторое время возился со ступицей, потом вылез наружу и отбросил в сторону размокший деревянный клин.

— Нужен другой.

— В сарае полно дряни.

— Дряни полно. Дерева нормального нет.

— Внизу доски валялись. — Всадник кивнул в сторону карьера.

— Видел. — Возница взял топор и пошёл по тропе к воде. Склон вскоре скрыл его из виду, а через несколько минут снизу донёсся первый удар по дереву.

Из прохода между скалами никто не возвращался. Ильва ещё некоторое время наблюдала за дорогой, затем отползла от валунов и только там поднялась. Обход занял больше времени, чем казалось сверху: склон оказался крутым, под прошлогодней листвой лежала мелкая каменная крошка, кусты цеплялись за тетиву и колчан. Несколько раз приходилось останавливаться, когда боль под рёбрами становилась слишком резкой, но удары топора всё ещё доносились снизу.

К краю зарослей она вышла примерно в тридцати шагах от повозки. Всадник стоял спиной, слегка расставив ноги, и ковырял ногтем между зубами. Под короткой курткой виднелся край кольчуги. Ильва вложила стрелу в тетиву и ждала, пока он развернётся удобнее.

Мужчина вскоре повернул голову к тропе, по которой ушёл возница. Ильва подняла лук, натянула тетиву и почувствовала, как дрогнуло уставшее плечо. Наконечник ушёл ниже выбранной точки, поэтому она медленно ослабила натяжение и попробовала ещё раз. Когда всадник снова развернулся боком, открыв место под нижним краем кольчуги, Ильва удержала стрелу на цели и отпустила тетиву.

Мужчина согнулся от удара и навалился плечом на повозку. Стрела вошла глубоко под рёбра, но он не упал: одной рукой схватился за древко, второй полез к ножу. Ильва уже пересекала площадку. Она добралась до него прежде, чем клинок вышел из ножен, наступила сапогом на запястье и ударила своим ножом под челюсть. Каблук несколько раз царапнул землю, после чего тело обмякло.

Ильва присела рядом и прислушалась. Со стороны карьера снова ударил топор. Она сняла с пояса убитого связку из четырёх ключей, вытерла нож о край его куртки и подошла к задней створке. Небольшой навесной замок открылся третьим ключом.

Внутри пахло потом, мокрой шерстью и старой соломой. Ближе всех к выходу сидел мальчик с обмотанным тканью сапогом. Рядом находилась женщина в сером платье, которую Ильва видела утром возле дорожного дома, напротив — худой мужчина лет сорока с разбитой губой и опухшим левым глазом. Женщина и мужчина были прикованы короткими цепями к железным кольцам в бортах, руки мальчика стягивал широкий кожаный ремень. Когда Ильва поставила ногу на ступень, он сразу отодвинулся к женщине.

— Не лезь сюда.

Он смотрел не на нож. Взгляд остановился у её пояса, где из-под плаща выглядывал край медной бляхи.

— У тебя их знак.

— Я забрала её у одного из них. — Ильва сняла бляху с ремня и сунула в сумку.

— И мне поверить?

— Не обязан. Руки покажи.

Мальчик поколебался, но всё-таки протянул запястья. Ильва перерезала ремень одним движением, после чего отступила и дала ему самому отодвинуться ближе к выходу.

— Цепи чем открывают? — спросила она у женщины.

— Ключ у человека с бумагами. У этих его не было.

Ильва перебрала связку. Один ключ вошёл в замок, но не повернулся, второй оказался слишком толстым, остальные не подходили к скважине. Железное кольцо проходило через широкую скобу, заклёпанную снаружи кузова.

— Если расшатать скобу? — Мужчина с разбитой губой подался вперёд, насколько позволяла цепь.

— Здесь не выломать. — Ильва ещё раз дёрнула кольцо, но скоба даже не шевельнулась.

Удары топора прекратились. Ильва отпустила железо и повернулась к створке.

— Идёт? — Женщина тоже услышала тишину.

— Сейчас увидим.

Ильва прикрыла повозку и спрыгнула на землю. Возница уже поднимался от карьера. На плече он нёс короткий обрезок доски, в правой руке — топор. До повозки оставалось около пятидесяти шагов.

Тело всадника лежало с противоположной стороны, и пока борт скрывал его от глаз. Ильва отошла к переднему колесу, достала стрелу и дождалась, когда возница приблизится.

— Варн? — позвал он, не увидев товарища.

Ответа не было. Мужчина бросил доску возле колеса и прошёл ещё несколько шагов. Из-за задней оси показались сапоги убитого.

— Варн!

Ильва выстрелила, когда он развернулся. Наконечник ударил в верхнюю часть спины, но вошёл неглубоко. Под одеждой что-то остановило стрелу, и мужчина, качнувшись вперёд, удержался на ногах. Он сразу ушёл за край навеса.

— Сюда! Быстро сюда!

Ильва наложила вторую стрелу и выпустила её по мелькнувшему между столбами плечу. Наконечник с сухим стуком вошёл в дерево, а из прохода между скалами почти сразу донёсся топот копыт. Двое возвращались раньше, чем она рассчитывала.

Ильва добежала до повозки. Мальчик уже стоял возле выхода, женщина пыталась просунуть под цепь узкую дощечку.

— Вылезай, — сказала Ильва.

Мальчик посмотрел на остальных.

— А они?

— Их замки я не открою.

— Тогда ключ найди.

— Лесь, вылезай. — Женщина потянула цепь, заставив железо звякнуть о стенку.