Написать Империю 6 (СИ), стр. 17

Гурдан крепче сжал рукоять топора.

— Ты пришёл убедить нас начать воевать?

— Нет. Я пришёл напомнить, что у вас ещё есть выбор.

— Какой?

Незнакомец не стал отвечать. Даже через одежду было заметно, как уголки его рта приподнялись.

Старик прищурился.

— Кто тебя послал?

На этот раз незнакомец ответил, но тоже не сразу.

— Тот же вопрос можно задать каждому, кто сегодня приехал в Шахрам, — произнёс он наконец. — Кто-то хочет торговать. Кто-то — получить власть. Кто-то надеется, что Империя защитит его от соседей. А кто-то уже решил, что Серебряная Луна должна стать удобным мостом между пустошами и людьми.

— Не смей говорить о ней так, словно знаешь её, — резко сказала женщина со шрамом.

— Я говорю не о ней. Я говорю о том, что случится, если вы позволите другим принимать решения за вас.

Он отступил от костра.

— Не доверяйте мне. Не доверяйте Рохану. И не доверяйте тем, кто обещает вам безопасность, ничего не требуя взамен.

— Тогда кому нам доверять? — спросил старик.

Незнакомец уже скрывался между скалами.

— Себе.

Через мгновение его силуэт исчез в темноте.

Четверо ещё долго стояли у огня.

Первым нарушил молчание Гурдан.

— Я не знаю, кто это был. Но в одном он прав.

— В чём же? — спросила женщина.

— Нам нужно быть готовыми.

Старик тяжело опустился на камень.

— Готовыми к чему? К войне, которую мы сами можем спровоцировать?

— К войне, которую можем не пережить, если будем ждать.

Мужчина в коричневом плаще посмотрел туда, где исчез незнакомец.

— А если он хотел именно этого? Чтобы мы начали бояться, подозревать друг друга и готовиться к битве?

Гурдан промолчал.

Эта мысль была неприятной. Но ещё неприятнее было признать, что никто из них не мог объяснить, кто появился у костра и откуда он узнал об их встрече.

— Пока ничего не предпринимаем, — решил старик. — Никаких открытых союзов. Никаких угроз Шахраму. Сначала узнаем, кто этот человек.

— А если времени у нас нет?

— Тогда тем более не будем совершать ошибку только потому, что кто-то торопит нас.

Они разошлись до рассвета, договорившись встретиться снова.

Никто из них не заметил, что на вершине дальней скалы, далеко за пределами света костра, на мгновение блеснул крошечный огонёк.

А затем погас.

Утром Серебряная Луна получила доклад о ночном собрании.

Не обо всём. Лишь о том, что несколько вождей покинули лагерь после полуночи и вернулись перед рассветом. Их разговоров стражники не слышали.

Она выслушала доклад молча.

— Они готовятся к чему-то? — спросила она.

— Мы не знаем.

— А человек в тёмной одежде?

— Его не нашли. Никто не может подтвердить, что он вообще покинул лагерь тем путём, которым пришёл.

Серебряная Луна подошла ко входу в шатёр. За ним начинался новый день, и лагерь уже просыпался. Гости снова собирались обсуждать будущее пустошей, словно ночь ничего не изменила.

Но она чувствовала: что-то изменилось.

Недоверие, прежде скрытое за осторожными вопросами, теперь получило голос.

И если она не сумеет убедить племена, что у них есть будущее без войны, кто-нибудь другой обязательно предложит им будущее, в котором война станет единственным выходом.

Глава 15

Утро началось с ветра, который гнал по лагерю мелкий чёрный песок.

Серебряная Луна сидела за длинным столом под большим навесом. Перед ней лежали записи, сделанные во время вчерашних переговоров. Она почти не спала: каждое предложение, каждый спор и каждое недосказанное слово снова и снова возвращались к ней, в её мыслях.

Вчера они обсуждали Империю так, словно речь шла о далёкой стране, о которой никто ничего не знал.

Но это было неправдой.

Племя Шахрам уже торговало с Империей. Имперские послы приезжали к ним, а представители её народа бывали в Городе Зарева. Серебряная Луна сама видела человеческие города, их дороги, магические устройства, изобилие еды и чистой воды.

Она знала, что Империя не похожа на другие человеческие государства.

И именно поэтому происходящее тревожило её ещё сильнее.

— Начнём с торговых условий, — сказала она, когда представители племён заняли свои места. — Шахрам уже получает товары из Империи. Мы знаем, что она готова предложить и другим племенам.

— Еду в обмен на магию, — отозвался Гурдан, предводитель Каменных Рогов. — Вот и вся её щедрость.

— Еду, которой у нас недостаточно, — заметила предводительница Золотого Ветра.

— А магию, которую мы отдаём, мы больше не сможем использовать сами.

— Если мы не используем её для добычи еды, какая нам от неё польза?

Гурдан ударил ладонью по столу.

— Она делает нас сильными!

— Сильными? — Женщина повернулась к нему. — Скажи это тем, кто каждый год умирает у пересохших источников. Скажи это семьям, которые делят одну порцию еды на несколько дней. Или тем, кто вынужден отправлять детей в набеги, потому что иначе им нечего будет есть.

— Ты предлагаешь обменивать нашу силу на мешки зерна?

— Я предлагаю не притворяться, будто одной силы достаточно, чтобы накормить наш народ!

Гурдан оскалился, но промолчал.

Серебряная Луна посмотрела на собравшихся.

— Империя не скрывает, чего она хочет. Ей нужна наша магия. Она готова платить за неё едой и другими товарами. Для людей это выгодная сделка: они получают то, что им необходимо, а мы — то, чего нам не хватает.

— Тогда в чём проблема? — спросил один из молодых вождей.

Серебряная Луна не сразу ответила.

— В том, что мы можем стать очень зависимыми.

Она произнесла это спокойно, но за столом стало тише.

— Сегодня мы продаём столько магии, сколько нужно, чтобы получить еду. Завтра нам понадобится больше еды. Мы увеличим поставки магии. Потом наши стада вырастут, наши семьи станут больше, а потребности народа увеличатся. И однажды мы обнаружим, что уже не можем прожить без Империи.

— Это называется торговлей, — сказал кто-то.

— Нет. Торговля — это когда ты можешь отказаться от сделки, если она тебе невыгодна. А если отказ означает голод, у тебя нет настоящего выбора.

Отец Серебряной Луны, до сих пор молча слушавший разговор, слегка наклонил голову. Он не вмешался, но она заметила, что его взгляд стал серьёзнее.

— И всё же, — продолжила она, — пока мы торгуем, наши люди получают еду. Мы можем сохранить численность племён, поддерживать стада и прекращать войны за источники воды. Мы уже знаем, как выглядит жизнь, в которой не каждый день приходится бороться за выживание.

— А что произойдёт, если мы откажемся? — спросил старик Тарвек.

— Тогда нам придётся искать другой способ прокормить народ.

— У нас нет другого способа, — сказал он.

— Именно.

Тарвек посмотрел на неё с неожиданным вниманием.

— Я выросла среди пустошей. Я знаю, что происходит, когда еды не хватает.

Она вспомнила оазисы, вокруг которых годами сражались соседние племена. Чёрную воду, непригодную для питья. Ядовитые папоротники, которые быстро разрастались у редких источников чистой воды. Стада, дававшие молоко, которое могло отравить чужака, но позволяло выживать тем, кто с детства привык к нему.

И войны.

Не героические сражения из песен, а жестокие набеги за пастбища и воду. Войны, в которых победители получали ресурсы проигравших, а проигравшие теряли возможность прокормить свои семьи.

Иногда племена начинали такие войны не потому, что ненавидели соседей.

Просто лишних ртов было слишком много.

— Если мы полностью откажемся от торговли с Империей, — сказала Серебряная Луна, — нам придётся снова бороться за каждый источник воды и каждый клочок земли, на котором можно прокормить стадо. Войны вернутся. А вместе с ними вернётся и необходимость сокращать численность племён.

Последние слова прозвучали тяжело.

Никто не стал просить её объяснить, что она имела в виду.