Тренер Гильдии Фамильяров 7 (СИ), стр. 3

Мысли сами собой вернулись к ещё одной нерешённой загадке: зачем «Виктории-фарма» понадобилось штурмовать нашу базу, притом ради Серёги? Что такого он мог накопать? Эту тему следовало дожать. Но сначала следует закрыть более острую проблему. Требовалось срочно выбить сто тысяч рублей, на лечение повреждённых связок хрустального барса.

И это железобетонный факт. Это нужно прямо сейчас. Без Неона команде в Бронзе делать нечего. Тандемы уже притёрлись неплохо. И тут такая головная боль.

По возвращении в гильдию я прямиком направился в кабинет Воронцовой.

Кира, как обычно, сидела за столом, обложившись сметами и графиками, что-то бубнила под нос. Затем увидела меня на пороге, пригласила в кресло. Услышав сумму, она схватилась за голову. Градус напряжёния возрос до небес.

— Горай, ты опять за своё! — Кира вскочила, прошлась по кабинету. Стук её каблуков гулким эхом отражался от стен. Затем она остановилась, посмотрела на меня. — Я уже раскидала все наши заработанные деньги, на нужды гильдии! Зарплаты, элитный корм, налоги, оплата электричества, турникеты! Я тебе сегодня утром последнюю наличку из сейфа выгребла и подкинула! Что тебе ещё надо?

— Я уже говорил. Пять тысяч отдал Викентию, в качестве аванса, — спокойно парировал я.

Кира смерила меня убийственным взглядом, вернулась в кресло.

— Я уже говорила, что это не лучшее решение, — фыркнула она, скрестив руки на груди. — Ладно. С этим разберёмся. Что там со ста тысячами на барса? Мы не потянем такие траты.

— У тебя есть резерв. На вольеры, — напомнил я.

— Может хватит оттуда выхватывать? А то ведь мы никогда их не купим, с таким успехом, — слегка поддела меня владелица гильдии.

Всё же она не понимала. Или понимала, но не хотела слушать. Но я должен был ей напомнить, что важно, а что не очень. В моём понимании, если кто-то из моих питомцев будет голодать, я последнюю рубаху с себя сниму, чтобы купить ему корма. Кира же мыслила с точки зрения прагматика.

Но сейчас не время разводить демагогию. Пора расставить приоритеты.

— Судьба Неона сейчас на кону, Кира, — настойчиво произнёс я, вглядываясь в кареглазую красотку. — Ты забыла, кто к нам заезжал сегодня утром? Отец Ветрова вчера также смотрел бой, скорее всего с трибун… Он прекрасно видел, что барс получил травму и захромал. Этот скряга зол из-за провала с тапироидом. Вполне может отомстить. Натравит на нас комиссию из ветконтроля и пиши пропало. Заберут барса, а нас оштрафуют и выпнут с Бронзы. За «жестокое обращение с животными».

Кира побледнела. Протяжно вздохнула, сняла очки, кинув их на стол.

— Ты прав, — тихо произнесла она. — Блин… Вот как тут накопишь с вашими постоянными тратами⁈ Мы же только-только вышли в плюс…

— Не наши траты, Кира. А ещё и твои, — мягко произнёс я, меняя тон. — Барс — часть гильдии. Часть нашей стаи. А на своих мы экономить не имеем права.

Воронцова вновь вздохнула, её плечи расслабились.

— Ты прав, Артур. Извини. Я просто… — она грустно усмехнулась, — закостенела в этом кресле с этими чёртовыми цифрами, будь они неладны. Иногда забываю, что за ними стоят живые звери и люди.

Она решительно пододвинула к себе ноутбук, пощёлкала мышкой.

— Перевожу сто тысяч. На карту Полины, — Кира отвлеклась от занятия, улыбнулась краешком губ. Ей было тяжело расставаться с деньгами. — Ничего. Не обеднеем. Ещё больше заработаем.

— Гораздо больше, — приободрил я её. — Вот увидишь, всё будет прекрасно.

— Спасибо за поддержку, — Кира сглотнула ком, отвела взгляд. — Я не помню себя без кредита. Всё время, как покойный отец оставил в наследство гильдию, я перебивалась. И вот я расквиталась с кредитом… Наверное, я слишком спешу.

— Поэтому и расстраиваешься, — подтвердил я кивком. — А ты отпусти. Пусть идёт как идёт. Всё не просто так. И каждый из нас делает всё, что в его силах.

— По Смирнову не скажешь, — Кира спрятала улыбку.

— Он переживает больше всех. Не злись на него. Парень старается, — заступился я за Костю. — Все ошибаются. Главное, он вынесет урок из этого.

— Ты веришь в них, — подметила владелица гильдии.

— А как иначе? — удивлённо вскинул я брови. — Если я бы в них не верил, тогда к чему это всё? Они на многое способны.

— Ты умеешь подобрать нужные слова, — теперь Кира не прилагала усилий, улыбка сама расплылась на её лице. — Я рада, что у тебя всё под контролем… Хочу чтобы ты знал. Эта ничья… Для меня она как победа, правда. Первый матч в Бронзе за пять лет.

Далее Кира рассказала о провале, неохотно, но всё же. О яростных спорах с Беловым, который в то время был наставником, и как Муромцев строил всех в команде, доминируя в ней и заглушая любые инициативы.

Кира выговорилась, успокоилась, а я оставил её, отправился на плац.

Белов уже выгнал команду на открытый воздух, началась общая подготовка. Разминка.

До обеда мы отрабатывали основные приёмы на шинах, которые вновь послужили мишенями. Неона не было, поэтому Дэнни отдувался за обоих. Налице мажора разлилась скорбь, но он всё же держался и махал дубинкой будто бился с многоголовой гидрой.

Когда все потянулись на обед, я получил сообщение от Полины. Она просила зайти в лазарет.

Я пошёл в её обитель, когда Док уже скинула свой рабочий халат и натягивала кожаную куртку. На столе лежала её сумочка, которую она деловито схватила, накидывая на плечо.

— Деньги пришли, — сообщила она, пряча телефон в карман. — Но есть нюанс, Артур. Туда, куда я еду, одной соваться не стоит.

— И куда же мы едем? — я сразу уловил в её речи это «мы».

— На юг Питера. Частный квартал, усадьбы зажиточных. И, как ты уже понял, не всё… официально, — Полина застегнула молнию на куртке. В её глазах мелькнула лёгкая тревога. — Едем в гости к Глебу Сысоеву, частному заводчику. Мало того, что он продаёт серые препараты из-под полы, так ещё и питомцев разводит для теневого рынка. Специфический тип. Немного не от мира сего, если честно. Но выбирать не приходится. Так что мне нужна надёжная охрана. Спасибо, что согласился.

Я улыбнулся, вспомнив наш вечер и нежный поцелуй, который до сих пор отзывался приятным теплом где-то внутри.

— Как же я могу отказать такой красавице, — хмыкнул я, выставляя локоть.

Полина хихикнула и вложила руку.

— Кавалер у меня просто потрясающий по галантности, — сообщила она напускным тоном светской львицы.

— Видели бы вы, сударыня, какой я кавалер на офицерских раутах, — гордо высунулся из кармана Сверчанский, подкручивая ус. — Как пойду мазурку отбивать, так все знатнейшие жужелицы штабелями в обморок падают-с! Обзавидовались бы моей грации! Я бы удивился, если бы этот болтун промолчал.

Искорка зашипела на него, а Живчик залаял в ответ, думая, что это она на него ополчилась.

А Полина звонко рассмеялась.

— Не сомневаюсь, барон, — подтвердила она, сияя заразительной улыбкой. — Жужелицы выстраиваются в очередь, чтобы потанцевать с вами.

— Да-с, не буду скромничать, — признался сверчок.

Мы вышли через парадный вход, добрались до припаркованного на другой стороне улицы белого седана Полины. Простенький, небольшой и ухоженный транспорт. Что-то между обычным седаном и малолитражкой.

Я разместился на переднем пассажирском сиденье. Полина расположилась за рулём, повернула ключ в замке зажигания. Машина приветливо заурчала стареньким мотором. На заднем сиденье тут же началось шевеление, Живчик и Искорка устраивались поудобнее.

«Так, банда, слушай мою команду», — я обернулся к питомцам, отправляя им послание через общий канал Сопряжения. — «Обшивку не царапать, пеплом не чихать. Живчик, умоляю, контролируй свои вихри, если нас на кочках подбросит. Если порвёте Доку кресла, посажу на умеренный паёк».

Терьер прижал уши, вроде даже кивнул. А саламандра фыркнула и демонстративно свернулась в клубок, всем своим видом показывая то, что ей вандальское поведение чуждо, она выше всего этого.

Мы тронулись в путь, направляясь в южный пригород Питера. Полина уверенно вела машину, параллельно щебетала увлечённо о сложной фармакокинетике эфирных препаратов, и о том, как трудно достать чистый экстракт корня мандрагоры без лицензии Синдикатов.