Просто Игрок I (СИ), стр. 49

Ноги болтались над чернотой, ботинки скребли по стене, а упереться там было не во что. Я потянул себя вверх, но руки только дрогнули и не подняли меня ни на палец. Обломок шатнулся в мху, и я стиснул его крепче. Сколько я так провишу, минуту или меньше?

Глаза у меня были вровень с кромкой, и поверх мха я видел Долика. С колена он так и не встал, а через сдвинутую телегу к нему уже спускались ещё двое. Третий спрыгнул следом и обошёл его со спины, туда, где в мху лежала булава.

— Серый… — Вместо крика вышел хрип, и до Долика он не долетел.

Долик потянулся за булавой, а мертвяк у него за спиной наступил на неё.

Глава 17

Я держался за этот обломок копья, как за спасительную соломинку, но стоило мне хоть разок дернуться, как мох под ним медленно надрывался. Нужно было найти хоть какую-то трещину под ногами, чтобы перевести вес, и только спустя минуту, а то и две, мне удалось найти небольшое углубление, куда я с огромными усилиями пропихнул носок ботинка.

Из-за того, что я грудью прижался к холодному камню, дышать было невыносимо тяжело. Пальцев на левой руке я уже не чувствовал, а предплечье горело до самого локтя. Правая ладонь потихоньку сползала по слизи, и холодная жижа затекала мне в рукав. Если попробую подтянуться, то выдерну обломок и полечу вниз. Ситуация хуже некуда, ведь если не буду что-то делать, то от бессилия рухну…

Долика я видел поверх кромки. Он стоял на коленях и глупо смотрел на свои трясущиеся руки, при этом вообще его не заботило то, что он находится в очень опасном положении.

Внезапно краем глаза заметил, как кто-то выходит со стороны хибары. Прищурил глаза и сначала не поверил сам себе, ведь увидел Лапина во всей красе! Он был в том же чёрном плаще и в руках у него не было никакого оружия.

Его отполированные ботинки проваливались в мох до самого камня, слизь из-под них брызгала во все стороны, а шагу он так ни разу и не сбавил. Чуть поднял глаза и увидел, что мужик-то уже на пятнадцатом уровне, хотя совсем недавно был на один ниже.

Твою ж мать, а его-то как сюда занесло? Неужто один полез, без своих?

Я хотел крикнуть Долику, чтобы тот хоть голову поднял, но из горла вырвался один хрип. Двое у борта бросили Серого и пошли на Лапина, а тот, что стоял на булаве, повернулся к нему лишь на пол-оборота и не собирался пока идти.

Лапин и начал с того, который стоял в упоре у Долика. Он в пару шагов сократил расстояние между ними и протянул правую руку к лицу твари, причем делал это так, словно его вообще не заботит, что его могут поймать за запястье.

То, чего я боялся больше всего, и произошло. Тварь схватила лапина и потянула на себя, но тот даже шагу вперед не сделал. Мужик лишь отмахнулся от нее и схватил за гора обеими руками. Дальше произошло то, что вообще никак не укладывалось в голове. Он начал крутить его башку в противоположную сторону, пока не вывернул до такой степени, что тварь уже смотрела на меня.

Хруст был такой, что я расслышал его даже сквозь свой свист в груди. Мертвяк обмяк, сел прямо на булаву и уже оттуда повалился на бок.

Второй к тому времени уже тянул к Лапину руки. Однако он поймал его за запястье, дёрнул на себя и развернулся боком, отчего мертвяка оторвало от земли и понесло прямо к кромке. Он отпустил его над самым краем, и туша пролетела у меня над головой.

Пяткой мертвяк зацепил меня по правому плечу, и ладонь сорвало со мха. Весь вес разом лёг на левую руку, а обломок накренился так, что мох вокруг него вспучился и лопнул. Носок в трещине съехал на жалкие сантиметры, но всё-таки удержался. Я вжался грудью в камень и снова вцепился правой в мох, хоть он и полз из-под пальцев.

Третий тем временем обошёл Долика и полез на Лапина сбоку. Мужик в плаще, даже не повернув головы, схватился за копьё, что торчало из щели завала у сдвинутой телеги, и выдернул его вместе с комом мха, так что доски аж заскрипели. Копьё он вогнал мертвяку под самый рог, да так, что наконечник вышел из затылка и воткнулся в борт.

Мы с Серым потратили почти все силы, но так и не смогли добить оставшихся, а этот пришел сюда и за пару мгновений уничтожил их, причем сделал это так легко, что мне на секунду показалось, что он будто бы игрался с ними… Как это вообще возможно? Это и есть преимущество уровня или дело здесь в чем-то другом?

Я уж было решил, что теперь он и меня вытянет, да только Лапин в мою сторону даже не посмотрел. Он перешагнул через мертвяка и пошёл прямиком к Долику.

Долик даже головы не поднял, когда Лапин подошёл к нему вплотную. Мужик схватил его за лямку плитника и одной рукой поставил на ноги, хотя Серый со всей своей снарягой весил под сотню. Стоять Долик уже не мог, колени у него сразу подогнулись, и он так и повис у него на руке.

— Э, слышь… — Долик вцепился ему в запястье, но пальцы соскользнули с рукава. — Пусти, говорю! Ты кто такой вообще, а?

Отвечать Лапин не стал. Свободной рукой он расстегнул Серому ремешок под подбородком, снял с него шлем и бросил в мох. Смотрел он при этом не на него, а прямо на меня, и тут до меня дошло, что сейчас будет.

Первый удар пришёлся Долику в бок, туда, где плитник уже не прикрывал. Серого сложило пополам, и он заскулил, хватая ртом воздух.

— Двадцать два. — Лапин дёрнул его за лямку и выпрямил. — Двадцать два разрыва у нас по области с начала года. Слышишь меня, нет?

— Да ты чё… охренел⁈ — Долик всё пытался упереться ногами в мох, но его ноги болтались в воздухе — Я тебе чё сделал-то⁈

Вторым ударом Лапин попал ему прямо в нос. Голова у Долика дёрнулась назад и кровь потекла по лицу. Нос у мужика пошел в бок, и я сразу же понял, что он его сломал…

— Закрыли из них одиннадцать. — На свой кулак, покрытый кровью, Лапин даже не глянул. — Половину, понимаешь? А остальные кто закрывал?

Висеть и смотреть на это я больше не мог. Попробовал подтянуться, только обломок под рукой заходил ходуном, носок съехал в трещине, и удержался я на одной левой. Твою ж мать, ну хоть бы на пару сантиметров вылезти!

— Отпусти… — Вместо крика из горла вырвался хрип. — Слышь, ты… его отпусти…

— Помолчи, Кондратьев. — Лапин повернул ко мне голову всего на миг. — С тобой разговор потом будет.

Стоило мне услышать это, как я тут же опешил. Пока я тупо смотрел на него и не знал, как реагировать, он уже ударил Серого под рёбра, с той же стороны, что и в первый раз.

— Сорок девять человек погибло. — Лапин подождал, пока Долик прокашляется. — Девять из них — дети. По каждому я бумагу подписывал, понимаешь? Да куда тебе понимать…

— Сука… — Долик сплюнул кровью прямо на воротник мужчины и попытался поднять голову. — Ты ж мне нос сломал, урод… Мы-то тут причём, а⁈ Мы ж до конца здесь! Отсюда ж не выйти, пока всех не…

— До конца, значит. — Лапин тряхнул его за лямку, и голова у Серого мотнулась. — А до этого? Вспоминай давай, сколько раз ты выходил, как только окно тебе выход показывало?

Долик открыл было рот, но так ничего и не сказал, только глаза в сторону отвёл. Это мне понравилось куда меньше, чем вся кровь на нём.

— Серёг, какого хера ты молчишь⁈ — уже шепотом произнес я, ведь не хватало сил на крик.

— Вот то-то. — Лапин ударил его в скулу, и кровь брызнула до самой кромки. — Такие, как ты, берут свои шестьдесят процентов, набивают карманы и уезжают. А там остаётся рубец, и через месяц-другой из него лезет всякая дрянь. Представь, что рядом с ним стоит жилой дом, школа, остановка или, не дай бог, детский сад. Люди даже не знали, что у них во дворе что-то есть.

— Да у всех так… — прогундосил Серый и закрыл лицо ладонями. — Все ж так делают, не я один…

— Все. — Лапин отвёл его ладони в сторону. — Думаешь, у американцев лучше? Или у китайцев? У них ещё страшнее, Доликов. И у нас так же будет, ведь разрывов каждый месяц больше, а людей на них не прибавляется.

За всё это время Лапин ни разу не нахмурился и голоса не повысил, а смотрел то на Серого, то на меня, будто проверял, дошло до нас или нет. Уж лучше бы он меня избил, честное слово. Я бы стерпел, а висеть тут и смотреть, как бьют Долика, было куда хуже.