Туманная жизнь. Том 1 (СИ), стр. 51

— После описи и оплаты.

— Мы всё равно её забираем.

Игнат развернул копьё поперёк прохода.

— Поставили, — повторил Игнат.

Рядом обнаружился торговец. Он выглядел так, словно никакой проблемы не видел.

— Ваша светлость, мы просто решили начать пораньше, — объяснил он. — Работы много.

— Деньги отдал?

Мужик замялся.

— Сейчас отдам.

— Опись подписал?

— Гаврила Семёнович ещё не закончил.

— Тогда зачем тушу потащили?

Торговец развёл руками.

— Чтобы времени не терять.

Один из грузчиков попытался отодвинуть копьё. Игнат дёрнул древко на себя, шагнул вперёд и плечом отправил мужика на пол.

Туша с глухим стуком рухнула рядом.

Второй грузчик отпустил задние лапы и сжал кулаки. Наёмники подобрались ближе, готовые вмешаться, если грузчики полезут дальше.

— Стоять, — приказал я.

Грузчик посмотрел на меня, затем на Игната и всё-таки отступил.

— Тушу верните в подвал, — продолжил я. — Грузить начнёте после того, как Гаврила Семёнович проверит бумаги и получит деньги.

Торговец нахмурился.

— Мы же договорились.

— Именно. Ты платишь, подписываешь опись и только потом забираешь товар. Какая часть оказалась непонятной?

Он поджал губы, но спорить не стал.

Поднявшийся грузчик отряхнул одежду и недобро посмотрел на Игната. Тот ответил ему таким же взглядом и снова перехватил копьё.

Казалось, на этом всё должно было закончиться.

А затем из коридора донёсся женский крик.

Глава 23

Из-за поворота выбежала Тошка.

Лисица неслась прямо к собравшимся людям. Один из наёмников выхватил меч, второй выставил перед собой копьё. Грузчики бросились в стороны, едва не уронив тушу обратно на лестницу.

— Оружие убрать! — крикнул я.

— Зверь вырвался! — возразил кто-то.

— Это иллюзия.

Наёмник с мечом меня не услышал или просто решил не рисковать. Когда Тошка оказалась рядом, он шагнул навстречу и рубанул её поперёк шеи.

Клинок прошёл сквозь лисицу, не встретив сопротивления.

Тошка продолжила бежать, проскочила через отшатнувшегося мужчину и скрылась за следующим поворотом.

В коридоре стало тихо.

Наёмник посмотрел на свой меч.

— Как это?

— Я же сказал: иллюзия.

Со стороны темницы показалась баба Зоя. Именно её крик мы услышали.

— Опять выпустила, — сердито сообщила она. — Сидит за решёткой и смотрит, что получится.

— Настоящая лисица точно в камере? — спросил Игнат.

— Где ей ещё быть? Дверь заперта.

Наёмники переглянулись. Один из них всё ещё держал копьё перед собой, словно ожидал, что следующая Тошка окажется настоящей.

— Всем слушать, — произнёс я, оглядывая собравшихся. — В темнице сидит магическая лисица. Она заперта за решёткой, но умеет создавать свои копии. Если увидите такую в коридоре, не пытайтесь её ловить или убивать.

— А если настоящая выберется? — спросил грузчик.

— Тогда сначала закроете двери и позовёте меня.

— А как отличить настоящую?

— Настоящая не проходит сквозь людей.

Ответ ему не понравился.

Впрочем, мне он тоже не особенно нравился. Ждать, пока лисица во что-нибудь врежется, было не самым надёжным способом определить, может ли она тебя укусить.

— В темницу без разрешения не заходить, — продолжил я. — Решётку не открывать. Кормить зверя будет Машка под присмотром кого-нибудь из взрослых.

Баба Зоя недовольно фыркнула, но возражать не стала.

Люди понемногу успокоились. Наёмники убрали оружие, грузчики снова взялись за тушу, а Игнат освободил проход.

В этот момент из-за поворота снова показалась Тошка.

Несколько человек тут же отшатнулись, но лисица не обратила на них внимания. Она спокойно прошла вдоль стены, приблизилась к Машке и села рядом с ней, обернув хвост вокруг передних лап.

Девочка посмотрела вниз.

— Это опять ненастоящая?

— Ненастоящая, — подтвердил я.

Машка осторожно протянула руку. Пальцы прошли сквозь лисью голову.

— Жалко, — вздохнула она.

Иллюзия повернула морду в её сторону, словно почувствовала прикосновение, а затем снова посмотрела на окружающих.

Получалось довольно убедительно. Если бы я не видел отсутствия источника и магических каналов, то легко принял бы копию за настоящего зверя.

Торговец рассматривал Тошку с куда большим интересом, чем туши в подвале.

— А лисица продаётся? — спросил он.

— Нет.

— Я бы хорошо заплатил.

— Всё равно нет.

— За такую в городе можно много получить, — не сдавался мужик. — Особенно если она умеет создавать и другие образы.

Машка нахмурилась и шагнула ближе к иллюзии, словно собиралась защитить её от продажи.

— Тошка остаётся здесь, — отрезал я. — Больше к этому разговору не возвращаемся.

Торговец недовольно поджал губы, но спорить не стал.

Лисица продолжала сидеть рядом с Машкой и спокойно наблюдала за людьми.

Гаврила Семёнович принёс составленную опись. Мужик перечитал её дважды, попытался убрать одну из туш и снизить цену ещё за две, однако управляющий ничего менять не позволил.

В конце концов торговец поставил подпись и передал деньги.

Гаврила Семёнович пересчитал монеты сначала при нём, а затем ещё раз отдельно. Только после этого Игнат разрешил грузчикам продолжить работу.

Туши вытаскивали из подвала по одной. Ещё возле лестницы, прежде чем вынести на дневной свет, каждую оборачивали плотной тканью в несколько слоёв и стягивали верёвками. Лишь после этого грузчики несли её через пролом к телегам.

Даже серого дневного света хватало, чтобы панцири начали разрушаться. Если оставить тушу открытой надолго, до города вместо товара доедет груда осыпавшихся пластин.

Торговец прекрасно это понимал. Он сам проверял, чтобы ткань нигде не расходилась, и заставлял людей дополнительно закрывать головы и лапы тварей.

Пять лучших туш уложили отдельно. Их забирал мэр.

Остальные теперь принадлежали торговцу.

Иллюзия Тошки всё это время сидела рядом с Машкой и наблюдала за погрузкой. Люди постепенно привыкли к ней, хотя проходить сквозь лисицу по-прежнему никто не решался.

Через некоторое время Тошка поднялась, потянулась и исчезла.

Машка проводила её разочарованным взглядом.

— Она ещё вернётся? — спросила девочка.

— Скорее всего.

— А когда?

— У настоящей спроси.

Машка задумалась, явно решая, можно ли считать это разрешением сходить к Тошке.

— Только не одна, — предупредил я.

— Я помню, — ответила она и убежала.

К середине дня подвал почти опустел. В нём остались лишь испорченные части, забирать которые отказался даже торговец.

Последнюю тушу погрузили на телегу и ещё раз укрыли тканью. Торговец пересчитал товар, проверил верёвки и попрощался со мной заметно вежливее, чем здоровался.

Вместе с ним уехали грузчики, охрана телег и представитель мэра.

Рабочие и десять наёмников остались в крепости.

Я стоял возле пролома и смотрел, как обоз медленно скрывается за деревьями. Ещё несколько дней назад у крепости не было ни денег, ни припасов, ни людей.

Теперь кладовая была заполнена, в распоряжении Гаврилы Семёновича появился первый мешочек с монетами, а по коридорам ходили два десятка незнакомцев.

Жить от этого проще пока не стало.

Зато впервые появилось кому разбираться со всеми нашими проблемами.

После отъезда обоза в крепости стало ненамного тише.

Телеги скрылись за деревьями, однако внутри продолжали грохотать ящики, хлопать двери и перекликаться люди.

Работники перетаскивали припасы, наёмники осматривали помещения, а наши пытались объяснить приезжим, куда можно ходить и какие двери лучше не открывать без разрешения.

Двадцать новых людей сразу изменили крепость.

Ещё утром коридоры казались пустыми. Теперь мне постоянно приходилось пропускать кого-нибудь с мешком, ящиком или связкой досок.