Жених на 2 недели (СИ), стр. 6

— А как же. Морюшко, красивая девушка в беде. Как тут не спасти?

Поспешил к машине, пока Ева не задала очередной каверзный вопрос, затем переключил на ту самую песню. Моя спутница тоже подошла, всё ещё с плохо скрываемым удивлением глядя на меня.

Я сяду в машину, поеду по серпантину.К морю, красиво, увидимся в Портофино.Сяду в машину, поеду по серпантинуК морю, красиво, встречаемся в Портофино (*)

Заиграл тот самый куплет, и я самодовольно заявил:

— Карета подана, миледи, добро пожаловать на борт.

* Строки из песни Жанны Фриске «Портофино». В названии акта тоже приведена строчка оттуда.

Эпизод 10

Ева

Сажусь в машину с тревогой на душе. Только сейчас до меня доходит, что я этого человека совершенно не знаю и что всё слишком хорошо. Учитывая моё детство, учитывая тех мужчин, с которыми я была, мне настолько непривычно, что даже страшно.

Песня из моего детства хоть немного успокаивает, но добавляет сюрреализма. Так ведь не бывает?

— Всё хорошо? — Богдан садится рядом и сразу же замечает перемену моего настроения. — Ты стала резко задумчивая и грустная.

— Беспокоюсь перед встречей с мамой. — Я почти не вру. — Да и мы с тобой не так давно знакомы. Вдруг ты меня сейчас в лес увезёшь?

— И что я буду там с тобой делать?

Удивляюсь его вопросу и качаю головой.

— Доставай телефон.

— Зачем?

— Просто послушай, а затем задавай вопросы. — Он кивает, когда я всё-таки беру смартфон в руки. — Пиши маме под диктовку. Богдан.

Дальше парень называет фамилию, отчество, марку машины, цвет и номер. Я всё больше поражаюсь, но слушаю и записываю каждую букву.

— Отлично. Отправляй.

Нажимаю на Enter и удивлённо на него смотрю.

— Ну вот. Теперь тебя ни убить, ни похитить нельзя, у полиции сразу же появятся все данные.

Я распахиваю глаза от удивления.

В том, что передо мной хороший парень, я уже не сомневаюсь. Но теперь он всё больше выглядит чокнутым. Или не похожий на других в наше время и равно сумасшедший?

У меня было с кем сравнить. Отца я не знала, зато отчима, пришедшего в наш дом, когда мне было семнадцать, запомнила навсегда. Неприятные шуточки как в сторону мамы, так и в мою. Обесценивающее поведение, как будто все женщины на планете — это его прислуга. О какой-то помощи по дому или вообще помощи — я и вовсе промолчу.

Мой бывший, с которым меня угораздило встречаться год и даже пожить вместе, был таким же. В какой-то момент я осознала, что выбрала себе спутника куда хуже, чем родная мать. У отчима хотя бы были деньги, хоть это и почти не компенсировало его скверный характер.

Друзья, одногруппники, коллеги тоже ничем не выделялись. Не скажу, что они все были плохими, с большинством из них я не общалась близко.

Богдан же выделялся на их фоне. Забудем, что он явно искал приключений не на то место на своём теле, но что-то в нём было, что отличало от других. Я не успела попросить — он починил дверной звонок. Легко нашёл, чем заняться, пока я собиралась. Не стал ворчать по поводу того, что я делаю это долго или много беру вещей с собой. Просто понял, насколько для меня это важно, и ушёл пить кофе, который сам и заварил. На фоне моего бывшего он действительно выглядел особенным.

Лучше бы Богдан пригласил меня на свидание, я бы, может, отложила поездку на несколько дней. Но, похоже, как девушка я его и не интересовала вовсе. И почему меня это расстраивает? Я знаю его меньше суток.

— Ева!

Я вздрагиваю, услышав его голос.

— Ты чего?

Оказывается, мы встряли в ту самую пробку на выезде. М-да, судя по всему, нас ждёт весёлый час.

— Задумалась, прости, — коротко бросаю я и поспешно добавляю: — Прокручиваю в голове, как мама и отчим на нас отреагируют и встретят нас.

— Я и хотел по этому поводу поговорить. Нам ехать, как показывает навигатор… — Парень смотрит на свой телефон и свистит. — …уже часов восемь. Нам с тобой надо придумать легенду.

Облизываю губы, вздрагиваю от сигналящей сзади машины. Кто и кому — не важно. Здесь всегда так шумно.

— Ну, я уже три месяца врала, что встречаюсь с парнем…

— Значит, мы вместе три месяца, — кивает Богдан и даже не спорит. — Как познакомились, ты рассказывала?

Мужчина разговаривает со мной, даже не повернувшись: слишком занят сложной дорогой.

— Нет. — Я прокручиваю в голове всё, что говорила маме. — У меня не такие близкие отношения с семьёй. Я мало что рассказываю. Даже имени не говорила, только что мы встречаемся.

— Отлично, тогда о первой встрече можно и не врать. — Он говорит это так просто.

А я вскидываю брови от удивления. Смотрю на него и не моргаю, да так долго, что Богдан поворачивает голову и спрашивает:

— Что?

Конечно же, с той же самой бесящей улыбкой на губах.

— Ты серьёзно? Не боишься выставить себя посмешищем? Выскочил в коридор, завернувшись в полотенце! Пришёл к девушке, а у неё муж есть! И самое главное, ты абсолютно трезвым был, даже не по пьяни!

— Я не боюсь выглядеть смешным и забавным. И признавать свои ошибки тоже. Да, я не спросил, есть ли у неё парень, да, я поехал в гости на первом свидании, да, я испугался и сбежал, как только заметил мужа. Наверное, ему бы стоило узнать, что его жена изменяет ему с левыми красавчиками. Тем более что он больше жирный, чем мускулистый.

— Каким ты резко стал правильным, — ворчу я себе под нос и отворачиваюсь.

Бросаю короткий взгляд в окно и понимаю, что не особо хочу смотреть на ругающихся в пробке людей.

— Всегда таким был. Действую по импульсу. Чужая семья не моё дело. А у нас с ней ничего не было, кроме парочки поцелуев. Я её даже голой не видел, только в пеньюаре. Не поторопись бы я, в одежде б ушёл.

— Оставь подробности. — Я морщусь. — Меня это не касается.

— Значит, знакомство оставляем таким, только случилось оно в феврале. — Он с первого раза слышит меня и меняет тему. — Меня больше другое волнует. Мы за три месяца должны были узнать друг друга получше. Поэтому приготовься к каверзным вопросам.

Я напрягаюсь, а затем начинаю ёрзать, услышав вопрос.

— Что за причудливая у тебя причёска?

Эпизод 11

Богдан

Нам предстояла долгая и неприятная дорога из-за пробок, лихачей и безумных водителей. Но один милый разговор запросто мог сгладить все неприятности. И я задал вопрос, мучивший меня сутки. О волосах.

Должен же я всё знать о своей девушке.

— Ты о чём? — нахмурилась она в ответ.

— Твои волосы… иногда они переливаются цветами радуги. Никак не могу понять, показалось ли мне это или это действительно так.

В ответ услышал тяжёлый вздох. Значит, не показалось.

— Так сильно заметно?

— Ну, пока у тебя кубышка на голове — нет. Но не вечно же будешь ходить со сложной причёской… — Я сделал паузу, а затем до меня дошло: — Мама не одобрит?

— Да. Я хоть и взрослая, и самостоятельная, но две недели слушать от мамы, какая я плохая дочь и что я сделала с волосами… прибавь сюда ещё и ресницы. — Теперь она тяжело выдохнула. — У меня с детства такие светлые кудрявые волосы. Но иногда этот цвет задалбливает. Вот и мне захотелось чего-то нового, но не сильно. У меня скрытое окрашивание, когда верхние пряди не тронуты, а нижние — окрашены. Если знать, как их заплетать, то и незаметно вовсе.

— Слушай, ну главное, чтобы тебе нравилось. — Я краем глаза заметил очередной удивлённый взгляд от неё.

Спросить, почему она так отреагировала, не успел. Как раз мёртвая пробка сдвинулась с места. Мы проехали минуты три, затем вновь встали.

Ненавижу этот чёртов выезд из города. Как и маркетинговые фразочки: от Краснодара до моря два часа езды на машине. Ага. Если без пробок и смотря в какой город.

— Тебе идёт, — наконец сказал я. — Мне понравилось. Если мама начнёт тебя ругать, и ты не сможешь ответить — я обязательно приду на помощь.