Обманутая невеста Владыки Теней, или Твой ход, чародей! (СИ), стр. 3

— А вот здесь мы опять возвращаемся к пункту: «Почему ты, Лена, подходишь для моих целей», — ответил Бенну, неподвижно стоя в воде и подстерегая добычу. — Мало того что ты настоящий двойник Илены, так ещё и, в отличие от неё, талантливая шахматистка.

Я угрюмо подумала о том, как Илена с позором сольёт все мои партии, а то и вовсе уйдёт с турнира, но тут же встрепенулась:

— Нам что, понадобится кого-нибудь обыграть?

— Нам понадобится решать задачи, — важно пояснил дух равновесия. — Дело в том, Лена, что старый король Марзакка Блистательный, отец Риэтты, некогда был большим любителем шахмат. У нас в Нигмалане мало кто умеет играть в эту игру, не то что находить единственно верные в позиции ходы! И тайная сокровищница, в которую мы пойдём — она расположена в подземелье, — охраняется не простыми чарами, а особенными. Снять их можно, лишь решив три сложные задачи. Поверь мне, Лена, я пытался забраться в сокровищницу… Без толку!

Закинув в рот целую пригоршню хьембиры и прожевав её, я взволнованно спросила:

— А с чего ты решил, Бенну, что, если Красное Сердце найдётся, то именно там?

— С того, что больше негде. Других сокровищниц, от которых веяло бы столь мощными чарами, во всём Нигмалане нет!

Я продолжала есть, раздумывая над сказанным. Да, пожалуй, Бенну был прав. Хотя кое-что меня всё же смущало.

— Опять-таки, если Сердце в сокровищнице короля, почему он или принцесса не взяли под контроль Эрданна? Сделать это, владея его талисманом, легче лёгкого!

— Принцесса не умеет играть в шахматы. Марзакка Блистательный пробовал научить её — не вышло. Сам он в последние годы ослабел умом, а до того… Может, даже и не знал, что это за штука такая в красивой шкатулочке, — Бенну замер, а потом резким движением клюва поймал рыбину, неосторожно подплывшую ближе.

Расправившись с ней, Бенну договорил:

— Тем более Марзакка не смог бы открыть шкатулку с Красным Сердцем. До сих пор никому не удавалось это сделать. Но я думаю, что мы с тобой справимся! Если нужна будет сила, то у меня хватит!

Я благоразумно промолчала насчёт силы Бенну. Недавно он заявил, что перемещение душ очень сильно его утомило, поэтому я не должна расслабляться, считая, что он позаботится обо всём. Дескать, мне тоже придётся усердно потрудиться!

Собственно, я и потрудилась, за полчаса собрав с кустов целую корзину хьембиры. Благо корзину Бенну смог создать своими чарами. Как и тыквенную бутыль, в которой сейчас плескалась чистая вода из лесного ручья.

— Сколько ещё лететь до королевского дворца? — спросила я, отпив из бутыли.

— Если лететь на восток, лесами, как мы делали до сих пор, не больше половины суток, — с этими словами Бенну заглотил вторую рыбину.

Я хотела задать ещё пару вопросов — например, о том, не приложила ли Риэтта свою нежную ручку к тому, что её отец «ослабел умом», — как вдруг произошло то, что заставило меня остолбенеть, судорожно прижав тыквенную бутыль к груди.

Из-за деревьев вылетела серая птичка, очень похожая на соловья, но с белой звёздочкой на груди. И заговорила… голосом Эрданна Зловещего!

— Илена, возвращайся немедленно в замок Шверцен-Перль. Я знаю, что ты улетела на спине белой цапли — духа равновесия Бенну. Понимаю, что напугал тебя этой жуткой сценой с ножом. Но, — Эрданн говорил мягко, почти ласково, — я всё исправлю. Вспомни о моих поцелуях и объятиях, Илена. Вспомни о нашей любви. Неужели ты думаешь, я и правда тронул бы тебя хоть пальцем? Это лишь морок, наваждение. Тех, кто к нему причастен, я уже наказал. И теперь жду тебя, моя милая невеста, чтобы зацеловать с макушки до кончиков пальцев…

У меня запылали щёки. Чувствуя, как тело Илены жаждет почувствовать на себе нежные руки Эрданна, я стиснула зубы. Чёрт бы вас всех побрал! Я — не безмозглая светлая чародейка, я — чемпионка города Новореченска по шахматам среди взрослых! И никакие сладкие речи и реакции тела, в котором я оказалась, не заставят меня забыть о логике и анализе ситуации!

— Ну, а если ты не вернёшься, — голос Эрданна заледенел, и по моей спине побежали мурашки, — я сильно рассержусь, милая. Ты знаешь, что Владыку Теней не следует сердить… чтобы не испытать на себе его гнев. Если ты не прилетишь обратно в замок, Илена, я поймаю тебя сам. И собственными руками запру в одной из башен! Навеки! Ты никогда не сможешь выйти, услышать поутру песнь жаворонка, поговорить вволю с животными и растениями! Никогда, Илена! Слышала?! Так что возвращайся немедленно!

К концу этой грозной тирады голос Эрданна стал похож на раскаты грома. Я вздрогнула, стиснув бутыль изо всех сил, и с ужасом увидела, как серая птичка бездыханной упала на землю. Бенну выскочил из озера, разбрызгивая воду, бросился к птичке и склонился над ней.

— Мертва, — мрачно констатировал он. — Видишь, что делается, Лена? Это звёздный соловей — один из тех, что рождаются раз в год после того, как с неба упадёт звезда. Считается дикостью и варварством трогать звёздных соловьёв. И то, что Эрданн послал тебе предупреждение именно через эту несчастную птаху, означает…

Глава 4

— Выходит, ты не первый и не последний дух равновесия? А что сталось с предыдущим?

Длинный коридор, по которому мы с Бенну тихонько продвигались вперёд, был пуст, но я всё равно снизила голос до шёпота.

— Его убила эта ведьма Асфандра, — мрачно ответил Бенну. Он снова принял облик белого кота и смотрелся в нём, как и тогда, в замке, весьма симпатично.

— Сочувствую… А каким образом ей удалось поймать твоего предшественника?

— Очень просто. Я же говорил, как странно себя повёл Эрданн, когда часы пробили полночь? Он выронил нож и, схватившись за голову, выбежал из комнаты, словно ужаснувшись тому, что хотел принести тебя в жертву.

Я задумалась. Да уж, действительно странно.

— Вот и в другую ночь, где-то месяц тому назад, мой предшественник Тараксис наткнулся на Эрданна, который вёл себя более чем неожиданно. Якобы раскаивался в том, сколько зла натворил, и просил Тараксиса помочь ему.

— Просил?! — Я с трудом представила себе надменного, гордого чародея в подобной роли.

— Наверное, Эрданн разыграл убедительный спектакль, если Тараксис поверил ему. И потом прилетел в замок Шверцен-Перль, чтобы рассказать вероломному чародею о различных способах искупить свои злодеяния…

— Догадываюсь, что случилось дальше, — хмурясь, я покачала головой.

Хвост Бенну знакомо заметался туда-сюда.

— Правильно догадываешься! Асфандра поймала моего предшественника в хитрую ловушку и принесла в жертву злым духам. То-то ей чародейской силы прибавилось! Ну, а затем родился я.

Меня передёрнуло при мысли о том, какой ужасной смертью, должно быть, погиб бедняга Тараксис. Неудивительно, что Бенну люто ненавидел Эрданна и его мать, желая во что бы то ни стало уничтожить Красное Сердце…

— Что-то во дворце совсем никого не слышно. Как если бы народ попрятался, — я решила отвлечь Бенну от печальных дум.

— Меня удивляет то, куда подевались королевские стражники, — в бирюзовых глазах кота промелькнуло озабоченное выражение. — И кто эти громилы, которые разгоняли дубинками толпу на площади.

Я напрягла память и вспомнила, что убегавшие люди кричали: «Король! Наш король! За короля Марзакку Блистательного!»

Будь у нас с духом равновесия чуть побольше времени, мы обязательно выяснили бы, что происходит. Но, увы, следовало поторопиться, чтобы Эрданн не нашёл нас.

— Хорошо бы эти громилы не появились здесь, — проворчала я, — а то как мы от них защитимся? Или твоя сила уже восстановилась?

— Нет, — Бенну тяжело, по-человечески, вздохнул. — Часов двенадцать понадобится, не меньше, чтобы я пришёл в себя. И последние крохи силы, как ты помнишь, я потратил на то, чтобы переделать твой свадебный наряд в платье служанки!

Я потрогала завязки на груди простенького холщового платья и ничего не сказала.

Между тем мы приближались к потайной двери, которая, со слов Бенну, открывалась на лестницу с тремя тысячами ступенек, а те вели вниз, в подземелье.