Развод в 44. Я отомщу (СИ), стр. 14

— Недостаточно средств, — читает с терминала администратор.

— Что за ерунда? — не понимаю я, но уже в следующую секунду соображаю — это «привет» от Андрюши.

Привет в виде заблокированной карты.

Быстро же он сориентировался, гаденыш…

Глава 17. Не такой

Мелко.

Как же мелко, Невоструев.

Но, надо признать — эффективно. Было бы…

Не будь у меня других средств. А они есть, и Андрей о них знает. Тогда зачем эта демонстрация силы? Просто потому, что могу? Хочу, могу и делаю?..

Очень по-мужски.

Чего он добивался этим? Чтобы я вот так вот стояла перед кассиром где-нибудь в магазине или перед официантом в ресторане и густо краснела от того, что не могу заплатить за себя? Или заглохла где-нибудь посреди дороги, потому что не смогла заправить машину? Больших неудобство его пакость мне не доставит. Так зачем?..

— Размагнитилась, наверное, — вру я, не глядя в глаза девушке. — Можете позвать Людмилу Сергеевну?

— Да, конечно.

Мне повезло, что я обнаружила «привет» мужа именно в салоне Люды — с ней мы легко утрясем эту маленькую неприятность, в любом другом месте я бы пережила куда больше неприятных минут.

— Размагнитилась? — сводит она брови, когда я повторяю ту же отмазку, что и администратору.

— Наверное, — отвечаю уклончиво. — Я доберусь до дома, и тебе переведу.

Бегаю глазами, избегая смотреть на нее, потому что ее взгляд цепкий и пронзительный буквально впивается в мое лицо — она ничуть не верит в сказочку про размагничивание. Но при всех ко мне не пристает.

— Ой да брось ты! Не надо ничего переводить, — отмахивается от меня Русланова. — Считай это моим подарком.

— Нет, я верну, — обещаю я. — Сейчас просто уже нужно ехать за Алисой.

— Вот и поезжай, — Люда провожает меня до дверей салона и целует в щеку: — Я позвоню.

Я киваю — конечно, созвонимся.

Сев в машину, я завожу мотор и на некоторое время зависаю без движения. Мысленно досадую на себя, что не подумала о таком его ходе — перекрыть мне доступ к своим финансам. Вообще-то семейным, то есть нашим общим, но Андрей, конечно же, считает иначе. И сразу кинулся лишать меня денег.

Ему и делать особо ничего не пришлось — просто открыл приложение и в пару кликов заблокировал эту дополнительную карту, перекрыв ей доступ к счету.

Ход, в общем-то, логичный — тем более, я должна была сообразить и обезопасить себя, но и глупый — что меня чуточку извиняет.

Еще моя недогадливость объясняется тем, что к решению перестать постоянно гонять деньги с счетов Андрея на мои, а просто выпустить мне отдельную карту, привязанную к его счету, мы пришло уже очень давно. Своих-то доходов у меня нет, поэтому приходилось мучиться с переводами и пополнениями, но сколько ни переведи, в конце концов средства заканчивались, и мне приходилось просить мужа закинуть мне еще. Это было неудобно.

В общем, давно уже я пользуюсь этой картой как своей, поэтому и не вспомнила даже, что по факту она не моя, и с этой стороны мне может что-то прилететь. Не было еще толком времени сесть и проанализровать все, подсветить слабые места, по которым Невоструев может ударить в первую очередь.

Да и, честно, не восприняла я его слова про голую пятую точку всерьез. Это, можно сказать, первый случай, когда его слова не разошлись с делом. И как вовремя…

Притормозив у школы на обычном месте, бросаю взгляд на часы — не опоздала. До звонка еще пару минут, но я уже вижу группы старшеклассников, неторопливо выходящих через центральные двери и тусующихся на ступеньках.

Ни Алисы, ни ее подруг среди них нет, и я жду. Вглядываюсь в толпу выходящих, ищу знакомую фигуру.

Пять минут проходит, десять, пятнадцать — Алисы так и нет. Уже и поток учеников заканчивается. Где же она?

Набираю ее — длинные гудки. Через несколько минут звоню снова — и опять нет ответа. Лишь голосовое «Оставьте сообщение после сигнала».

Нажимаю отбой — какого черта?! Что за шутки вообще — попросить заехать за ней, при этом не появиться и даже не отвечать на звонки? Это проверка какая-то — кинусь я к ней по первому зову или нет? Но зачем?

Что и кому она хотела этим доказать?

Я качаю головой, ничего не понимая.

Если передумала и уехала с кем-то — можно же было позвонить? Или хотя бы написать. Но Алиса в своем репертуаре. Тот звонок, в котором она неожиданно нормально попросила о чем-то, был просто помутнением или, в самом деле, злой шуткой. А я-то, дура, решила, что она хочет помириться…

Думала о ее звонке все время, пока сидела в парикмахерском кресле. Размышляла, что, возможно, они с отцом поругались, не сошлись в чем-то, и она потянулась ко мне. Но теперь вижу: это все та же Алиса. Та, для кого я не значу ровным счетом ничего.

Отбросив телефон на соседнее сиденье, я уезжаю от школы.

В паркинге под домом почти нет машин, но воздух все равно тяжелый, спертый. Я захлопываю дверь, жму на кнопку сигнализации и шагаю к лифту.

На этаже привычно поворачиваю направо, подхожу к двери и, привычным движением взявшись за ручку, кладу большой палец на сканер электронного замка.

Но вместо того, чтобы открыться, дверь издает противное короткое пиканье, а на дисплее высвечивается большой красный крест.

Ошибка.

Доступ закрыт.

Оторопев на миг, прикладываю палец еще раз. Жму сильнее и держу дольше — тот же раздражающий пик и крест.

По спине пробегает холодок. Я судорожно сглатываю и жму еще раз, испытывая дежавю — только что в салоне я делала то же самое с карточкой, и от этой проведенной параллели меня бросает в дрожь. Неужели...?

Нет, не может быть!

Но дверь не срабатывает ни на отпечаток пальца, ни на введенный цифровой код — пальцы слегка дрожали, но комбинацию я ввела верную, — на панели под ручкой.

Я отпускаю ее и отшагиваю назад, облизываю пересохшие губы, отказываясь признавать очевидное.

Невоструев же не такой идиот, чтобы закрыть мне доступ в собственную квартиру?

Или такой?..

Глава 18. Беспринципно

Я закрываю глаза. Медленно вдыхаю, потом так же медленно выдыхаю.

Значит, муж решил, не откладывая, привести в исполнение свое обещание оставить меня ни с чем... И начал с того, что блокнул мою карту и перепрограммировал замок — очень взрослые и мужские поступки. Очень.

Что дальше — завяжет мне шнурки, пульнет жвачку в волосы или нассыт в туфли?.. Вот на такой уровень мы перешли?..

Меня слегка потрясывает, потому что внутри все бурлит и клокочет: злость, негодование, даже ненависть к Андрею, и омерзение — как же низко он опустился! А еще от злости на себя за то, что я недооценила соперника. Или, точнее, сильно переоценила.

Не ожидала, что муж будет действовать настолько беспринципно и грязно. Не подозревала даже, что Андрей способен на такое.

Как не подозревала и что он способен на измену…

А он способен. И даже не видит в этом ничего ужасного. И не гнушается действовать не как мужчина под пятьдесят, а как прыщавый подросток.

Одно ясно — мне стоит перестать думать о муже как о том Андрее Гончарове, в которого я когда-то влюбилась и вышла замуж. Он за прошедшие годы сильно изменился, либо всегда был таким, но умело притворялся.

Но хватит думать о нем, нужно выбираться из его западни.

Провернув эту подлость с замком, Андрей, видимо, рассчитывал, что я впаду в истерику, буду, как дура, биться в дверь, названивать ему и требовать вернуть мне доступ в квартиру. Но такой радости я ему не доставлю и просить ни о чем не буду.

Отойдя к окну в лифтовом холле, я ищу в контактах телефон фирмы, устанавливавшей нам двери и замок — установкой занималась я, как и всем, что касается дома, и договор тоже заключен на мое имя. Так что, чтобы попасть в квартиру, мне даже не понадобятся документы на собственность. Но если и спросят, у меня в машине всегда есть копии документов — на всякий случай.