Развод с драконом. (Не)настоящая семья (СИ), стр. 17

Мы выехали сразу после приказа ярла, и я ожидала, что будет трясти нещадно, ведь здесь не было ни асфальта, ни привычных моему родному миру шоссе. А была лишь плохо укатанная дорога сквозь сугробы и льды. Но, видимо, тут тоже поработала магия, и поэтому ход повозки оказался плавным и размеренным, почти убаюкивающим.

Скамеек внутри, разумеется, не было, и мы с Эмми и Оллой расположились на теплых, меховых шкурах, греясь не только от камня, но и чаем с травами, флягу с которым всучил нам Бьерин. Кажется, варвар чувствовал вину, иначе я не могла объяснить, почему он вдруг решил проявить такую заботу. Даже в охрану к нам напросился, чтобы быть ближе, и всю дорогу сопровождал нашу повозку, то и дело балуя нас то вяленым мясом, то вкусной соленой рыбой, а один раз и вовсе притащив засушенный букетик полевых цветов для Оллы. Я понятия не имела, где он раздобыл его посреди зимы, но девушка точно оценила это и, жутко смущаясь, быстро поцеловала варвара в щеку, отчего тот весь расцвел. Вот уж не ожидала, что моя робкая подруга сумеет растопить сердечко этого сурового громилы.

Я видела, как они смотрят друг на друга, и втайне завидовала, отчего-то вспоминая Дария. Может, стоило тогда поумерить собственную гордость и сказать дракону «да»? Тогда бы сейчас мы не оказались в таком положении.

От мысли, что ждет меня ночью, когда прибудем в селение, внутри все переворачивалось. Сумею ли я и в этот раз увлечь ярла своими россказнями? Смогу ли внушить мысль, что если он ищет истинную, то насилие просто недопустимо?

Если честно, меня просто трясло от этого, но я держалась ради дочери, делая вид, что все в порядке. Что мы просто сменили одних сопровождающих на других. И даже когда дочь уточнила, что имел в виду ярл, говоря о предстоящей ночи, отчего Олла тут же покраснела, я наплела всякой ерунды про помощь Дагмару и прочую чушь. Эмми поверила, а Олле и объяснять не надо было, и она лишь вздыхала периодически, бросая на меня сочувственные взгляды.

А на одном из дневных привалов, когда варвары разбили полноценный лагерь, чтобы не опасаться холода и снега, поесть и справить естественные потребности, ко мне подошел Бьерин. Отвел в сторонку под выдуманным предлогом, и, тяжко вздохнув, произнес тихо:

— Ты уж не серчай, что я похитил вас. Вы бы все равно не смогли прижиться среди нас, и привлекли внимание. И вам повезло, что вы попали к ярлу, а не в место похуже — слишком уж выделяетесь вы среди наших женщин.

— То есть мне тебе еще и спасибо сказать? — бросила я со злостью. — За то, что подложил меня под ярла? Знаешь, для женщины нет ничего хуже, чем насилие и рабство. Так за что мне тебя благодарить⁈

Последнее я почти прокричала, и варвар, с беспокойством оглядевшись, зажал мне рот рукой.

— Тише ты! Хочешь, чтобы ярл узнал о твоих словах?

Я замычала сердито, стараясь высвободиться, но варвар лишь крепче прижал меня к себе, оттаскивая вглубь чащи, за деревья.

— Послушай меня, девочка, — тихо прошептал он на ухо, пугая странным взглядом. — На самом деле ярл неплохой, и он по праву занимает место вождя. Старается для народа, даже сражается наравне с нами, если надо. Но… — мужчина сделал паузу и тяжко вздохнул. — Я тоже не одобряю некоторые его… поступки и привычки. Поэтому, я помогу вам.

Он убрал ладонь, разворачивая меня лицом к себе, и я вздрогнула от бури эмоций, что скрывалась в его взгляде.

— Поможешь? Нам? Но, зачем тебе это?

Бьерин отвел глаза и глухим голосом, полным сомнений, ответил неохотно:

— Потому что это будет правильно. Я вас в это втянул, мне и исправлять.

Прищурив глаза, я внимательно посмотрела на мужчину, гадая, сколько правды в его словах. Сам же нас пленил, отдал меня ярлу, а теперь, значит, совесть проснулась? Или…

Опершись о ствол дерева, я сложила руки на груди и ядовито улыбнулась.

— Сдается мне, ты делаешь это потому, что не хочешь разочаровать одну милую девушку, которая запала тебе в сердце. Я права?

Сконфуженный варвар сдавленно крякнул и отвернулся.

— А если и так, то что? Я до сих пор не нашел себе жену, а Олла… Эта женщина моя, я это сразу понял. Ее прекрасное личико, ее взгляд — да я готов самого ярла на поединок вызвать ради нее!

Голос мужчины звучал искренне, да и вряд ли бы он стал шутить с таким. И я решила довериться ему, ведь альтернатива была гораздо страшней. Я понимала, что ни за что не позволю ярлу взять себя силой, что скорей умру. И мысли о том, что Эмми тогда останется одна, лишь все усугубляли.

— Хорошо, Бьерин, — выдохнула я, отстраняясь от дерева. — Что ты предлагаешь?

— Побег, — не моргнув глазом, ответил варвар. — Я все организую, у меня есть люди в селении, которым я могу доверять. Они увезут вас в другую часть наших земель, туда, где живет моя сестра. Там вы смените свои образы, превратившись в таких же жительниц севера, как она. Назоветесь другими именами, и всем будете говорить, что вы наши дальние родственники, лишившиеся всего, а потому мы взяли вас под свою опеку. Ну а потом… Я придумаю способ к вам наведаться, может даже насовсем вернусь на родину.

Он замолчал, ожидая моего ответа, и я выдавила ошеломленно.

— А ты не так-то прост, каким кажешься, Бьерин.

Мужчина усмехнулся.

— Все мы не те, за кого себя выдаем. И ты, я уверен, не исключение.

По спине пробежал нехороший холодок, когда я на миг решила, что он знает, кто я. Что я не настоящая Элизабет, и пришла из другого мира. Но это, разумеется, было глупостью, ведь я об этом никому не говорила.

— Что ж, тогда ты должен кое-что еще знать, Бьерин. Возможно, это послужит тебе дополнительной мотивацией. Я действительно развелась с тем драконом. Но… Во-первых, он герцог, и у него достаточно власти, чтобы найти меня где угодно. А во-вторых, у него есть весомые причины искать меня, поэтому что я его истинная пара…

Глава 27

Слова Бьерина вызывали у меня сомнения, но в который раз я заметила, как этот суровый здоровяк обменивается взглядами с Оллой, превращаясь чуть ли не в пушистую игрушку из супермаркета, которую покупала для благотворительности в детские дома.

В очередной раз на примеры компаньонки убедилась, что даже самого сурового и страшного мужика можно если не приручить, то хотя бы сделать человечным. Может, и самой не стоило строить из себя обиженную жертву, ведь лично мне Дарий ничего не сделал. Но воспоминания настоящей Элизабет все же заставляли помнить о том, каким козлом был этот дракон…

Только вот Дарий и та Элизабет не были истинной парой, а мне — не повезло получить печать и сумасшедшую тягу, которые делали меня буквально зависимой от этого невыносимого мужчины. Потому что, к сожалению, дракон оказался прав: наша связь была настолько нерушимой и непреодолимой, что чертов Дарий плотно засел у меня на подкорке, притаился буквально в каждой мысли, являлся ко мне во снах — порой весьма эротических.

Сколько бы ни гнала от себя его образ, становилось лишь хуже. А теперь и вовсе была уверена, что он спасет меня. Только вот нуждалась ли я в этом спасении?

Но в этот момент я поймала на себе пристальный взгляд ярла, в котором читалось желание и настоящая, неприкрытая похоть. Больше мои истории не отвлекут его внимание, это уж я поняла точно. Еще один переход, и мне придется взойти на его ложе…

— Бьерин, а представь, если бы ярл возжелал не меня, а Оллу? — вдруг произнесла я, ведомая каким-то внутренним чутьем.

Вены на висках варвара угрожающе вздулись, а зубы скрипнули так, что представила, как обогатятся местные стоматологи — если он, конечно, имелись.

— Убил бы! — проревел варвар, ударяя себя кулаком в грудь.

— Да тише ты, буйный! Ты похитил, ты и исправляй! Сейчас последний привал и ночевка, а завтра окажемся в городе ярла, — оттуда нам точно не сбежать! Усек?

Еще раз я холодно взглянула на варвара, явно ушедшего в режим «берсерк». Кажется, благодаря мне ему вернулась способность мыслить.