Пустынная (ЛП), стр. 74

Я отмахнулась, хотя в груди у меня все сжалось.

— Пожалуйста, не надо в следующий раз.

Его лицо помрачнело, и, возможно, мне это показалось, но мир тоже словно потемнел.

— Их будущее неопределенно. Я не позволю им снова подняться.

— Это будет сложнее, правда? — быстро спросила я. — Третий столп добавляет еще один уровень безопасности, и луны силы еще долго не будет.

Он нежно обхватил мое лицо ладонями, успокаивая меня одним прикосновением.

— Будет сложнее, но нет ничего невозможного. Мне просто нужно понять, как уничтожить их, не навлекая на нас Смерть.

Внимательно изучив его лицо, я поняла, что ничто из сказанного мной не остановит его, и если он выберет этот путь в своей жизни, я буду рядом с ним. С этого момента мы стали одним целым.

Небольшое покалывание в груди отвлекло меня, когда я надавила рукой туда, погружаясь в эту связь.

— Мера чувствует себя неважно, — поспешно сказала я. — Нам нужно вернуться в библиотеку.

Он не стал спорить и снова окутал нас своими песками, чтобы мы могли пройти в удобное для портала место.

— Ребенок уже скоро появится на свет? — спросил он, когда мы поднимались.

Вновь пытаясь понять по связи, я покачала головой.

— Пока нет, но уже скоро.

Это напомнило мне о нашем собственном ребёнке.

— Как думаешь, сколько времени длится беременность нашего Серебра? — Не существовало прецедента для гибрида Пустынного бога и трансцендентного существа. Это могли быть недели, месяцы или годы, и в конце концов… это действительно не имело значения.

Мы были вечны, поэтому этот ребёнок мог прийти, когда будет готов. Но я бы солгала, если бы не призналась, что испытываю лёгкое нетерпение по поводу желания встретиться с ним.

— Если судить по нарастающей силе его энергии, — сказал Риз с мягкой улыбкой, — то это продлится недолго. Вскоре в библиотеке могут появиться двое детей, которые начнут ее разрушать.

Мой смех звучал свободнее, чем когда-либо за последние столетия, как и мое сердце.

— Даже если мы объединимся, нам все равно не справиться.

Ребенок Меры и Тени будет могущественным, рожденным от двух богов Нексуса, а теперь еще и от Риза и меня, зачатый на серебряных песках.

В мире появляются новые силы.

Новое будущее для всех нас.

Глава 56

Вернувшись, мы обнаружили, что дискомфорт Меры был вызван подготовкой прощальной церемонии Алистера — церемонии, которую я была рада, что мы не пропустили, хотя и было больно наконец оплакивать его и отпускать. Карн был миром, в котором я бывала всего пару раз в жизни, и теперь, когда мы здесь, парили над ярко-зелеными водами, а высоко в небе светило ярко-красное солнце, излучающее тепло и целительную энергию, я жалела, что не приходила сюда чаще. С Алистером.

Он покорил бы столько водоемов в этом мире, но теперь я никогда об этом не узнаю.

Мера, тихо рыдая рядом со мной, прижималась к Тени, ее живот — больше, чем когда-либо — выпирал вперед и был прикрыт эластичным синим платьем. Все мы были одеты в зеленые и синие тона, которые так любил Алистер.

Мы молчали, пока эльфы, трепеща крыльями вокруг нас, начали петь свои песни мертвых, которые, что интересно, были также и песнями жизни, поскольку они верили, что это бесконечный круг. Корабль Алистера мирно плыл между большим скоплением Карнов, среди которых были не только духи. Некоторые из его соплеменников-воинов подплыли вперед, присоединяя свои голоса к песне, и когда его младший брат поднялся, мне пришлось на мгновение закрыть глаза, потому что он был так похож на нашего павшего друга.

Лицо Риза было суровым, он крепко сжимал мою руку, а в его глазах мелькал блеск. У Тени было такое же выражение, пламя в его радужках горело ровным светом. Лен и Люсьен стояли в стороне, где я их не видела, но я знала, что они все равно будут скорбеть. Галлели был наверху, там, где ему было комфортнее всего.

Эльфы начали быстрее кружиться в воде, образуя водоворот.

— Это воплощение их веры, — услышала я шепот Тени, обращенный к Мере. — У их жизни нет ни начала, ни конца, а есть круговой путь, который в какой-то момент снова вернет Алистера в нашу жизнь.

Мера, чьи взгляды по-прежнему были прочно укоренены в представлениях о оборотнях и людях, похоже, не укрепилась в этом убеждении. Она была слишком глубоко погружена в траур, чувствуя, что вернется он к нам или нет, это будет уже не тот Алистер, которого мы знали и любили.

Водоворот нарастал, когда эльфы закручивались в воде, их полупрозрачные тела и многочисленные конечности двигались с грацией, недоступной большинству существ. Вода была их миром, и они были ошеломляющи в своей красоте. Тело Алистера тоже начало закручиваться, затем его подхватило течение, и он соскользнул вниз, чтобы присоединиться к своему воинственному народу.

Его тело упокоится в саду их мертвых, и когда он исчез из нашего поля зрения, Мера громко зарыдала. Обернувшись, она уткнулась лицом в бок Тени, и он обнял ее так крепко, как только мог, поддерживая ее. Риз отпустил мою руку и обнял меня, и я удивилась, насколько мне нужна была эта поддержка. Нам обоим она была необходима.

Когда последние аккорды песни Карна затихли, мы все молча смотрели в безупречное небо, наши силы удерживали нас над водой, даже когда наш друг тонул. В конце концов Мера напомнила нам, что мы все еще должны отпраздновать в честь Алистера. Тень открыл портал, и мы молча прошли внутрь.

Небольшой трепет в животе напомнил мне, что я еще не рассказала им о наших новостях, потому что все время, прошедшее с нашего возвращения из пустыни, было посвящено Алистеру. Он заслуживал нашего полного внимания, поэтому я решила еще немного подержать это в секрете.

Когда мы вернулись в библиотеку, там уже было многолюдно; Гастер очень серьезно отнесся к просьбе Меры найти всех, кого затронуло присутствие Алистера.

Комната была полна его друзей, и, в отличие от Карна, здесь царила более непринужденная атмосфера, мы все вместе выпили в его честь.

Тень первым встал и заговорил.

— Алистер был мне братом столько лет, сколько я и не хочу вспоминать, — прорычал он, и на его губах читалась печаль, пока Мера смотрела на него, слезы текли по ее щекам. — Его храбрость была общеизвестна, но именно его беззаботность, его юмор много раз вытаскивали меня из тьмы.

В этих словах было много правды, и по мере того, как другие вступали в разговор, мы узнавали все больше историй о юности Алистера и его любви к розыгрышам. В конце концов, его друзья и знакомые покинули библиотеку, и остались только наша группа и несколько гоблинов, убирающих беспорядок. Тень вмешался, чтобы помочь им своей энергией, и, поскольку библиотека подчинилась его приказу, порядок был восстановлен в мгновение ока.

Именно в этот момент начиналось настоящее осознание потери. После прощания и поминок пришло время двигаться дальше. Без него.

— Тебе нужно поесть и отдохнуть, — сказал Риз, когда застал меня стоящей перед полками Карна, рассматривающей многочисленные прочитанные мною тексты и тома и сожалеющей, что я не сделала больше для того, чтобы наладить контакт с Алистером.

— Столько загадок, — сказала я, почти не обращая на него внимания. — Я едва коснулась вод Карна. Теперь, когда Алистера нет, я чувствую, что должна была проявить больше внимания.

— Не делай этого с собой, — сказал Риз, прижимая меня к себе. — Это моя вина, что тебя не было в нашем мире все эти годы. Это я должен загладить свою вину, и когда придёт время, я покажу тебе секреты Карна, которым научился у своего брата. Под поверхностью скрывается так много всего.

— Виноваты мы оба, — напомнила я ему. — И мне бы очень этого хотелось.

Затем к нам присоединились остальные, и Мера выглядела совершенно измученной, потирая покрасневшие и опухшие глаза. Тот факт, что она не выздоравливала так быстро, указывал на то, что она не только практически непрерывно плакала сегодня, но и что её ребёнок готовился появиться на свет. Это всегда очень истощает энергию вечного.