Пустынная (ЛП), стр. 47

Жить в Пустынных Землях вместе с Ризом было моей детской мечтой, и мы не должны были так разваливаться на части. Пришло время для нового будущего.

Может быть… даже для надежды.

— Знаешь, они были бы счастливы. — Слова вырвались наружу, и воспоминания о прошлом наполнили мой разум. Возможно, это были красные пески или новое осознание того, что между мной и Ризом существовала разорванная связь, которая вот-вот должна была окончательно разрушиться или же полностью сформироваться, но в любом случае, на мгновение я застряла в прошлом.

— Кто бы стал? — спросил он, проследив за моим взглядом, устремленным на бескрайние пески Рохами, к которым мы приближались.

— Наши семьи.

Переведя взгляд на меня, он опустил меня на песок, и я пожалела, что вообще открыла рот. Мы должны были вести себя непринужденно… без эмоций. Напоминание о нашем прошлом и о любви, которую мы разделяли, было верным способом вспомнить и о предательстве, и о боли.

Это не самый лучший путь для движения вперед или изменения нашей истории, как я ранее надеялась.

Риз не ответил, и когда я попыталась сменить тему, чтобы вернуть нас к той сексуальной атмосфере, которая была раньше, он поднял руку и провел ею по моей щеке.

— Они любили тебя, — прошептал он. У меня перехватило дыхание от эмоций в его голосе. — Мама всегда говорила мне, что ты воплощение чести и силы. Она говорила, что мне повезло иметь тебя, и думаю, именно поэтому я так тяжело пережил это предательство.

Мне не нужно было уточнять, о каком предательстве идет речь.

— Похоже, я в итоге их разочаровала, — признала я. — Но, как бы там ни было, я тоже их любила. Я любила всю твою семью и считала их тоже своими. — Несмотря на их недостатки и одержимость властью, его родители — и мои — были достойны нашей любви.

Риз, с каким-то странно бесстрастным выражением лица, покачал головой.

— Ты бы их не разочаровала, Лале. Они бы поняли твой выбор в тот день. Я ожидал, что ты поможешь нам всем в битве, которая даже не была твоей. В битве, где ты потеряла Леку. Мне следовало постараться понять тебя лучше, и именно из-за меня мы провели столько лет порознь. Если бы я мог вернуться назад…

Всё моё существо кричало одновременно от горя и радости, эмоции смешивались и искажались, пока я не превратилась в сплошной беспорядок. Риз наконец-то проявил ко мне снисхождение, которого я так отчаянно жаждала, пока годами наказывала себя в безуспешных попытках загладить свою вину.

В конце концов, наш мир никогда не состоял из черно-белой морали, добрых и злых поступков, предательства и ненависти. У каждой медали много сторон, и признание этого может дать нам шанс наконец-то двигаться вперед.

— Мы не можем вернуться назад, — напомнила я ему. — Поэтому давай не будем упускать этот шанс двигаться вперед.

Наши взгляды встретились, и пламя, пылающее в глубинах галактики его силы, согрело меня до глубины души.

— Я полностью разделяю твои чувства, — прорычал он.

Я подняла голову и начала наш поцелуй, и снова оказалась над землей, обхватив его талию ногами и выгибаясь навстречу ему. Его левая рука скользнула вверх по моему позвоночнику, запутавшись в прядях моей косы, и притянула мое лицо к своему. Риз целовал с такой интенсивностью, что мог разрушить мир. Это чуть не сломило меня, поэтому я была в этом абсолютно уверена. Открыв рот, я позволила его языку скользить по моему. Чем больше я чувствовала его вкус, тем больше мне хотелось, и со стоном я обхватила его шею руками, притягивая наши тела как можно ближе.

К тому моменту, когда начали спускаться пески Риза, я тяжело дышала, и у меня болела нижняя часть тела. В этот момент я была готова сорвать с него одежду.

— Нам нужно быть голыми, — пробормотала я, чувствуя себя обиженной тем, что у меня до сих пор нет оргазма.

Хриплый смех Риза только усугубил ситуацию.

— Ты слишком много времени проводишь с Мерой. Терпение… Тебе бы уже давно пора было этому научиться.

О, так ли это было? Я выгнула спину и прижалась к нему, чувствуя напряжение его твердого члена сквозь одежду. Глаза Риза потемнели до полуночного оттенка, вспышки звезд и галактик стали ярче, чем когда-либо, и я поняла, что улыбаюсь самодовольно.

Его рычание было впечатляющим.

— Да, ты права. К черту терпение. — Горячий песок омыл нас, и в мгновение ока я оказалась совершенно голой. Когда мои груди освободились, Риз наклонился и прижался ртом к моему правому соску, прикусив зубами, надавливая, а затем провел языком по вершине. К тому времени, как он перешел к левому, я уже стонала, обхватив его голову обеими руками.

Хотя мне и нравился его воинственный образ с коротко подстриженными темными волосами, в тот момент мне хотелось, чтобы у него было что-нибудь, за что я могла бы ухватиться. Когда он поднял голову, я встретилась с ним взглядом, мое дыхание было громким и поверхностным.

— Больше никакого терпения, — повторил он, опуская меня на ноги. Моим ногам потребовалась секунда, чтобы удержать меня, но как только я обрела равновесие, я смогла встать и посмотреть туда, куда он нас привёл.

— Это внешняя территория Рохами, — сказал он, взяв меня за руки и переплетая свои пальцы с моими, пока вел к тому, что выглядело как песчаная дюна, возвышающаяся примерно на тридцать футов над плоской равниной.

— Почему ты выбрал это место? — спросила я, оглядываясь в поисках ответа.

Он крепче сжал мою руку и потянул меня вперед.

— Я нашел грот.

Я застыла на месте и на мгновение подумала, что ослышалась.

— Прости, что ты сказал?

Он остановился передо мной, полностью повернувшись ко мне лицом.

— Мне потребовалось почти сто тысяч лун, но я наконец-то нашел один.

Я широко раскрыла глаза, открыла и закрыла рот.

— Это миф.

В Пустынных Землях гроты были для них чем-то вроде оазиса, воплощением мифа о нахождении рая посреди безлюдных песков. В этом мире говорили, что они существуют под равнинами, но никто так и не нашел ни одного, чтобы подтвердить эту историю. Когда мы были молоды, Риз рассказывал мне о своих планах найти один из этих даров, которые, как считалось, оставили древние, хотя никому это так и не удалось.

Мне следовало догадаться, что если кто и сможет найти грот, так это Риз.

— Не могу поверить, что ты действительно нашел хоть один, — сказала я, покачав головой, и волнение вытеснило шок. — Мы столько времени строили планы, что будем делать со всеми этими сокровищами.

Он наклонился и прижался губами к моим, совершенно спонтанный поцелуй, и это потрясло меня так, как я и не ожидала. Отстранившись, задыхаясь, я спросила:

— Как тебе это удалось?

Риз пожал плечами, его взгляд по-прежнему был прикован к моим губам.

— У меня было много свободного времени, не говоря уже о той целеустремленности, которая помогала мне переживать трудные дни.

Это меня немного отрезвило. Я не была с ним в те тяжелые дни — без сомнения, я сама стала причиной многих из них.

— Я должна была быть здесь, когда ты его нашел, — прошептала я, привлекая его взгляд к своему. — Я упустила этот момент.

Его губы едва заметно изогнулись в улыбке, но он не выглядел несчастным.

— Ты здесь, на этой луне, и мы наконец-то можем осуществить наши планы.

Планы…

— Кто бы мог знать, что однажды эти планы будут включать в себя обнаженные части тела и множественные оргазмы, — пошутила я, нуждаясь в передышке от более тяжелых эмоций.

— Я знал, — сказал он, тихо посмеиваясь, и этот смех пробудил во мне невероятную силу. — Это было предначертано мне давно, и поскольку я никогда никого не приводил в это место из страха, что его украдут или осквернят, похоже, все мои детские мечты вот-вот сбудутся.

Меня охватило чувство облегчения от осознания того, что никто другой никогда не бывал в гроте вместе с ним. Это всё ещё был шанс пережить всё это вместе с ним. Впервые для нас обоих.

Прежде чем я успела что-либо сказать, он отпустил мою руку и приблизился к дюне. Несколько минут он внимательно осматривал местность.