Реликтомант. Дилогия (СИ), стр. 96
Значит, живого радара на полконтинента мы не получили. Жалко, конечно, но я на такое и не рассчитывал.
– Что ж, значит оружие держим под рукой, но потихоньку возвращаемся к своим делам. Если земля опять начнёт тебе что‑нибудь рассказывать про большую толпу, сразу ищи меня.
Друид согласно кивнул.
– Когда земля шепчет, лучше послушать. Если дождаться топота, разговор уже короткий.
Соня приподняла карандаш.
Я сразу покачал головой.
Она всё равно сделала небольшую пометку на полях.
После этого я сел на край скамейки. Следующий вопрос был неприятнее.
– Теперь Ника. Расскажи, откуда ты её знаешь и что можешь сказать о ней наверняка.
Соня перестала писать.
Хармонд провёл пальцами по коре Хранителя. Потом несколько секунд молчал.
– Ника встречалась друиду раньше. Разумная демоница. Хорошо говорит с людьми. Иногда после разговора человек начинает хотеть того, чего до встречи не хотел.
– То есть пользуется чарами, – уточнил я.
– Люди называют это чарами, – спокойно ответил Хармонд. – Как мыслят демоны, я не знаю.
– И много таких разумных?
Хармонд сорвал сухую травинку возле ствола.
– Достаточно. И они иногда враждуют, а иногда друг другу служат. Порой на существе видно чужое желание. У Ники оно тоже есть.
– Ты знаешь её хозяина?
Хармонд покачал головой.
– Друид его не встречал, имени не знает и пока доволен обоими обстоятельствами.
Я спросил о самом похищении. Почему Ника выбрала Изольду, Соню и Лотту, друид не знал, но предположил, что дело в том, что она просто нацелилась на самые лёгкие цели, которых никто не защищал.
В принципе, я и сам склонялся к этой версии.
Тогда я напомнил про сердца. Почему он сказал про них? Хармонд и тут не стал изображать всезнающего старца.
– Друид предположил, – объяснил он, поглаживая большим пальцем край листа. – Демонам человеческие сердца нужны часто. Только это им от людей, обычно и нужно.
– А зачем?
Он пожал плечами. Я снова спросил:
– Но что мешало сразу их убить и забрать? Почему ты заявил, что мёртвые пленницы ей не подойдут?
– Просто угадал. Друид много раз видел, что только низшие демоны просто так бросаются на людей, убивают их и съедают сердца. Высшие ведут себя иначе. Стараются захватить жертв живыми или ждут жертвоприношения.
Жертвоприношение. Я задумался о своём первом дне в этом мире. Эшенбахов как раз хотели принести в жертву. Но почему тогда прибежали только низшие демоны, если оно для высших?
Я спросил об этом у Хармонда тоже. И, как ни странно, ответ у него нашёлся.
– Многие низшие демоны служат высшим. Друид бы подумал, что дело в этом.
Хармонд поднял один палец и продолжил:
– Так или иначе друид выбрал для Ники частую причину и произнёс её уверенно. Ника услышала и спорить не стала.
– Блефовал, значит.
Он кивнул
– Друид не думает, что иначе бы получилось.
Что ж, метод, конечно, рисковый. Но без него не факт, что мы бы вообще успели помочь девушкам. Так что придираться я не собирался.
Зато Соня не выдержала и всё‑таки вмешалась в разговор. Она захлопнула тетрадь и зло выпалила:
– Пусть только вернётся! Я ей покажу! В следующий раз я сама вам её притащу, дядюшка Никифор! А не она меня!
Похоже нашего агронома нешуточно взбесила эта ситуация. Ещё бы. Соня слишком своенравна, чтобы такое терпеть. Так что я совсем не удивлюсь, если чары Ники и впрямь больше на эту девчонку не подействуют.
В конце концов, её брат уже доказал, что это возможно.
Хармонд тоже отнёсся к её очень серьёзно.
– Хорошо. Друиду ещё нужны твои записи. Нового помощника долго учить, а Хранитель растёт каждый день.
Соня нахмурилась.
– Вы можете хотя бы один раз сказать, что беспокоитесь обо мне, а не о тетради?
Хармонд немного подумал.
– Друид может так сказать. Но тетрадь тоже береги.
На этом Соня только фыркнула. Я решил, что они сами разберутся.
Мне хотелось узнать ещё кое‑что. Что может знать только тот, кто провёл среди демонов на Порченых землях так много лет.
– Где вообще живут разумные демоны? Если одни служат другим, значит, где‑то есть постоянные места, где они собираются.
Хармонд поднялся и обошёл Хранителя. Ответил уже с другой стороны ствола.
– Друид видел места, где демонов было много. Видел сильных, возле которых держались слабые. Видел очень много всего. Городов, построенных демонами, не видел.
– А слышал о них?
Он снова пожал плечами.
– Слышал рассказы, как и все. Одни люди говорят, что есть. Другие говорят, что нет. Некоторые сначала говорят одно, а потом встречают сильного демона и меняют мнение.
– Очень надёжные сведения.
– Поэтому друид и не выдаёт их за свои.
Это мне в нём нравилось. Хармонд мог сказать странную вещь, мог ошибиться и вообще довольно долго жить с неправильным выводом. Но когда не знал, то чаще всего всё‑таки честно это признавал.
– А книги про демонов существуют? Вот ты, например, написал про Хранителей много всего.
Друид кивнул.
– Много. Друид читал несколько. Авторы спорят, откуда демоны приходят, как появляются новые и что считать разумным демоном. Иногда на соседних страницах спорят даже с собой.
Соня тихо заметила, что Хармонд тоже так делал в своей книге.
Он не обиделся.
– Поэтому друид теперь не читает старого Хармонда.
Если доберёмся до города, книги о демонах надо искать сразу. Причём лучше несколько. Одного местного специалиста нам для уверенности явно недостаточно.
А пока я вернулся к более практичным вопросам и снова спросил о нашей недавней орде.
К сожалению, Хармонд не знал, где она собралась, но заметил первые признаки большого движения у старого оврага. Я попросил показать направление.
Соня осталась возле Хранителя, а мы прошли к краю холма.
По дороге Хармонд неожиданно остановился возле небольшого куста. Одна ветка была надломлена. Друид присел, аккуратно совместил края и обвязал повреждённое место полоской ткани.
– Демоны задели? – спросил я, дожидаясь, пока он закончит.
– Тут все кого‑нибудь задевали, – ответил Хармонд, поправляя лист. – Демоны, люди, один страус. Кусту теперь без разницы, кто виноват.
Он погладил ветку и пошёл дальше.
На краю холма я достал бинокль. Внизу ещё чинили заграждения. За полем начинались деревья, и уже через сотню метров ничего толком рассмотреть было нельзя.
Хармонд указал левее дороги.
– Там старый овраг. Перед набегом с той стороны несколько раз дрожала земля. Мелкие звери ушли. Потом появились демоны.
Я нашёл в бинокль кусок склона.
– Что за оврагом?
– Лес, – ответил Хармонд, прикрыв глаза от света. – Дальше два ручья. Потом есть открытая земля и каменный склон. Друид давно там не ходил.
– Дороги видел?
Он немного подумал.
– Севернее была людская. Старая.
– Куда ведёт?
Хармонд уже привычно пожал плечами.
– У дороги два конца. Друиду тогда не нужен был ни один.
Очень полезно.
Я продолжил смотреть через бинокль, но деревья всё равно закрывали дальние места.
Разговор постепенно дошёл до грибницы. Хармонд упомянул, что демоны иногда появляются возле колец и пользуются переходами.
Вот тут я бинокль убрал.
– Погоди. Ты тоже знаешь про переходы через грибные круги?
Хармонд слегка удивился самому вопросу.
– Конечно. Грибница была здесь до друида. Скорее всего, останется и после.
– Я говорю о кольцах, через которые можно уйти в другое место.
– Друид тоже.
Несколько дней человек ходит рядом, спорит с Гаражом, проверяет корни и раздаёт советы каждому встречному. Про работающие переходы между удалёнными местами сказать как‑то не успел.
Впрочем, как я уже понял, Хармонд вообще не делил сведения на важные и неважные тем же способом, что нормальные люди.
– Ты сам ими пользовался?
Он кивнул.
– Редко. В основном, случайно. Друид уже не помнит, когда узнал про грибницу.