Приключения Ольхолапа, стр. 40

Вишнегривка и Огнелапка уже куда-то засеменили, а Кротоус обернулся к Ольхолапу:

– Хочешь поохотиться со мной? – спросил он.

– Эээ… нет, благодарю, – покачал головой Ольхолап. Слишком часто бывший наставник был свидетелем его провалов. – Я сам немного потренируюсь.

– Хорошо, увидимся в лагере! – Кротоус протиснулся через заросли папоротника и исчез в роще.

Как только топот лап старшего кота утих вдали, Ольхолап скользнул вглубь леса, навострив ушки и открыв пасть, чтобы не упустить ни одного запаха.

Вскоре он услышал звонкий щебет и хлопанье крыльев, перебивающий шелест листьев, прямо над своей головой. Подняв глаза, он заметил, что упитанный дрозд примостился на ветке близ растущего дерева.

При виде птицы пасть Ольхолапа наполнилась слюной, в животе предательски заурчало, и котик понял, что очень голоден. Они с товарищами почти и не ели, с тех пор как нашли песчаное ущелье два дня назад. В голове у него промелькнула мысль: «Не накажут ли меня, если я поймаю эту птичку для себя, а не понесу в лагерь?» И тут же вспомнил, что он больше не в Грозовом племени. «Слишком много чести есть с котами Небесного племени, если они не заботятся о своих котятах и старейшинах!»

Пока он размышлял, дрозд перепорхнул на другое дерево, глубже в лес. Котик вскарабкался на ствол ближайшего дерева, внимательно высчитывая местоположение дрозда. Он лихорадочно пытался вспомнить, что ему рассказывали об охоте на птиц. До того, как ему сказали, что он ужасный охотник и определили в целители. «Не думай об этом, не думай об этом! – говорил себе котик. – Это всего лишь маленькая птичка. У меня все получится!» Ольхолапу каким-то чудом удалось перелезть на дерево, где сидел дрозд, не привлекая внимания добычи. Он напряг мышцы, приготовился к прыжку, предвкушая самый лучший улов в своей жизни, и тут какой-то котяра появился из ниоткуда и взмыл в воздух уверенным прыжком, выбрасывая передние лапы. Но лапы кота лишь коснулись гладких перышек, поскольку перепуганная птица встрепенулась и взвилась ввысь, а незадачливый охотник в ярости повалился на землю.

– Лисий помет! – прошипел Ольхолап.

Странный незнакомец – косматый, тощий серый кот вскочил на лапы и недобро уставился на Ольхолапа.

– У тебя что, глаза на загривке? Ты что не видел, что это я выслеживал эту птицу? – зарычал незнакомец. – Это из-за тебя я её упустил! Хотел перехватить да поспешил!

Но Ольхолап и думать забыл о дрозде. Теперь, когда он хорошенько смог разглядеть незнакомого кота, Ольхолап не мог оторвать от него взгляда. «Это же воин из моего видения!» И вновь у него перед глазами словно возродились силуэты: Листвяная Звезда касается подбородком макушки кота с лоснящейся серой шкурой. Что же произошло с этим молодым воином, что сейчас он выглядит словно блохастый бродяга – тощие ребра просвечивают сквозь шкуру, шерсть свисает свалявшимися клочьями?

– Ты кто? – спросил Ольхолап, обретя дар речи.

– Меня зовут Туманец, – резко ответил кот. – А тебе какое дело?

Осторожно, не отрывая взгляда от серого кота, Ольхолап спустился с дерева. Держась на почтительном расстоянии от Туманца, чтобы тот ненароком не подумал, что его новый знакомый ищет боя, Ольхолап вежливо склонил голову.

– Приветствую, – спокойно начал он. – Меня зовут Ольхолап, и я из Грозового племени.

Серый кот уставился на Ольхолапа со смесью удивления и недоверия в глазах.

– Из Грозового племени? Правда? – воскликнул он. – Тогда ты должен знать Огнезвёзда! Я конечно, еще не родился, когда тот пришел возродить мое племя, но история о нем звучала каждое полнолуние на Небесной скале. Мои соплеменники чтят его выше всех и никогда не забудут о нем.

Ольхолап почувствовал, как каждая шерстинка на его загривке поднимается от возбуждения. Он решил было сказать Туманцу, что Огнезвёзд мертв, но вовремя передумал – рано пока ему знать. Вместо этого он спросил:

– Тебя изгнали из племени?

Серый кот непонимающе уставился на него.

– Изгнали? Меня? – переспросил он с едва скрытой горечью в голосе. – Нет, друг мой. Изгнали все наше племя!

– Что ты имеешь в виду? – спросил Ольхолап, недоверчиво уставившись на нового знакомого.

Туманец поманил его хвостом подойти поближе. Ольхолап устроился в корнях дерева, на котором он хотел поймать того злополучного дрозда, а серый кот присел рядом.

– Ты уже встречался с теми котами в ущелье, да? – начал Туманец. – Спорю на дрозда, они заставили тебя думать, что они и есть Небесные коты. Но это не так. Эти бродяги напали на настоящее Небесное племя и захватили нашу территорию.

Сначала Ольхолап почувствовал волну облегчения. Недаром ему казалось, что с теми котами в ущелье что-то не так! Они вообще не племя! Неудивительно, ведь они не имеют ни малейшего понятия о Воинском законе! Но тут до него дошла ужасающая истина слов Туманца. «Это ли означало мое видение? Небесное племя изгнано, и нуждается в моей помощи?»

– Откуда пришли эти бродяги? – спросил Ольхолап.

– Понятия не имею, – ответил Туманец. – Как и не знаю, следуют ли они какому-нибудь закону. Все, что мы от них видели – только зло.

Когда волна облегчения спала, сомнения прокралось в голову Ольхолапа, словно блоха в шкуру.

– Но ведь целое племя должно было справиться с налетом бродяг?

Туманец отвел глаза в сторону, его усы стыдливо опустились:

– У нашего племени были трудные времена. Сказать тебе по правде, дневных воителей у нас было столько же, сколько воинов, постоянно живущих в ущелье.

– Что за дневные воители? – недоуменно спросил Ольхолап.

– Коты, которые приходили в ущелье тренироваться и охотиться вместе с нами, – объяснил Туманец. – А на ночь возвращались к своим Двуногим.

– Р-ручные? Домашние, хочешь сказать? – Ольхолап едва не поперхнулся, настолько он был возмущен. – Вы домашних в племя принимаете?

– Нас не смущало их происхождение, дневные воители были храбрыми воинами и верными товарищами, – оправдывался Туманец, – но бродяги напали ночью, когда дневные воины спали в гнездах Двуногих. Бродяг было больше, чем котов в ущелье. Вот и все.

– И бродяги победили, – невесело протянул Ольхолап.

Туманец мрачно кивнул.

– Мы пытались защищать своих соплеменников, а не убивать врагов. А таким бродягам без закона и чести было победить куда легче.

– А где сейчас все остальные? Из племени? – спросил Ольхолап, поглядывая по сторонам, словно сейчас, среди стволов, он увидит тощие силуэты изгнанных соплеменников Туманца.

– Не знаю. Мы все рассеялись по свету. Я один остался здесь. Я даже не знаю, сколько выжило, не говоря уже о том, куда выжившие ушли.

– Но почему ты остался?

Янтарные глаза Туманца подернулись пеленой горечи и скорби.

– Моя подруга была убита в битве. Я решил, что лучше буду жить как одиночка в месте, где она погибла, чем отправлюсь в далекие земли.

Когти жалости и одновременно невиданной доселе ярости стиснули сердце Ольхолапа. «Теперь мне ясно, почему предки послали меня сюда!» Чувство вины раздирало его словно лисьи клыки, когда он понял, что по-настоящему значили его видения. Небесное племя нуждалось в помощи, но он и его друзья пришли слишком поздно.

– Вот почему коты в ущелье вели себя не как племя, – пробормотал Ольхолап полушепотом. – Они просто бессердечные бродяги, которые напали на племя под покровом ночи. Когда коты в ущелье были наиболее уязвимы. О, нет, эти бродяги – не племя! Они грязные воры! Хуже грязных воров!

– Что ты об этом знаешь?! – раздался свирепый рык позади Ольхолапа. Он резко обернулся и увидел Темнохвоста, стоящего всего в нескольких лисьих прыжках от него, с насмешливой гримасой на морде. Бродяга явно разобрал последние слова ученика, но его холодные синие глаза не выражали никаких эмоций, когда тот обвел взглядом Ольхолапа и Туманца.

– Вижу, ты тут познакомился кое с кем! – злобно протянул Темнохвост. – Не думал, что он останется в живых! И теперь ты со своим новым дружком что-то задумал против моих котов!