Секретарь дракона (СИ), стр. 33

— Слушаю вас, правитель.

— Я выполню условия горных демонов, но ты останешься со мной.

Ячто⁇

— Простите, правитель, я не расслышала?

— Расслышала. Ты останешься со мной.

— В качестве чего? — Прижимаю ладони к стеклу, толкаю его, словно пытаясь ворваться в соседнюю комнату и увидеть лицо собеседника. Привести его в чувство.

— Не чего, а кого, — поправляет Аринд’эр. — Кого угодно, Алекса, — добавляет через силу.

Его голос приближается, и на стекле появляется большая мужская ладонь. Больше ничего не видно, даже запястья. Тоже мне, маги-конспираторы, а то я не знаю, как выглядит правитель Аринд’эр. У меня в кармане как минимум десяток его изображений на монетах.

Я в шоке. Условие Аринд’эра не имеет никакого смысла. Я иннайра, угроза будущему драконов. Из-за таких, как я, однажды вымерли сильнейшие особи. Я ожидала чего угодно, только не такого поворота событий. Сослать меня в изгнание — отличная идея, заточить в горах — разумное решение, убить меня — радикальный и мудрый ход. Но оставить рядом с собой? Не может быть.

— Я иннайра, — напоминаю на всякий случай, вдруг у правителя помутнение рассудка. У него ответственная должность, множество стрессовых факторов, вдруг забыл?

— Да.

— Угроза драконам.

— Да.

— Меня ненавидят.

— Да.

— Меня боятся.

— Да.

— Из-за иннайр разгорелась кровопролитная война…

— Да.

— Вы шутите, правитель? — спрашиваю с надеждой.

— Нет, Алекса, — говорит он устало. Полагаю, что его рука на стекле — это предложение, и я должна приложить свою ладонь с другой стороны стекла в знак согласия. Завожу обе руки за спину и в немом ужасе смотрю на линию жизни на ладони правителя. Жаль, что по ней нельзя определить, что делать дальше. Как поступить в этой непредвиденной ситуации.

— Я жду твоего решения, Алекса.

49

49

Стоя в тени дерева во дворе резиденции правителя Аринд’эра, я считала, что у меня нет выхода и что я достигла абсолютного тупика. Наивная, я думала, что ситуация не может ухудшиться, — и вот поворот. Судьба в очередной раз доказывает обратное.

Лежу на неудобном топчане и взываю к остаткам оптимизма. Наверняка в сложившейся ситуации есть хоть что-нибудь хорошее. Надо только поискать.

О себе я больше не беспокоюсь, меня волнует только моя дочка. Насчет Рейна я тоже уже не волнуюсь. Его отец убедил меня, что с ним все в порядке, и он справится с любыми проблемами. Если уж великий и мудрый правитель Аринд’эр не боится за своего сына и наследника, то и я тоже постараюсь успокоиться. Тем более, что у меня и без этого проблем предостаточно.

Правитель намерен оставить меня при себе. Если раньше он собирался держать меня в клетке на безопасном от себя расстоянии, сугубо ради экспериментов и чтобы тщательно изучать мое влияние на драконов, то теперь речь идет о совсем другом будущем. Похоже, демонесса и, по совместительству, бывшая любовница правителя была права, и Аринд’эр не слишком волнуется о последствиях связи с иннайрой. Возможно, он планирует уединиться со мной где-нибудь… в гнезде на вершине горы, на долгие века, а бразды правления передаст сыну.

М-да… страшненько!

Интересно, можно ли сойти с ума от собственных шуток? Потому что если можно, то я очень к этому близка.

Меня совершенно не радует перспектива стать любовницей правителя Аринд’эра, однако при этом я вспоминаю, что говорил мне Мелиор. Ради того, чтобы быть со мной, он был готов позаботиться и обо мне, и о Кнопочке. Он гарантировал нам полную безопасность. Возможно, и правитель тоже о нас позаботится, не зря же демонесса советовала мне «осознать мои силы». Возможно, она имела в виду именно это, мое влияние на Аринд’эра.

Если правитель действительно позаботится о нас с Кнопочкой, и есть он осознает последствия своего решения и справится с ними, то все может оказаться не так уж и плохо.

А насчет моих чувств… Честно говоря, мне уже не до чувств. Да и потом, ничего хорошего от любви я не знала. Мой бывший жених подарил мне Кнопочку, и за это я очень ему благодарна. А в остальном… Я долгое время жила с мужчиной, который, как оказалось, совершенно меня не любил, иначе не предал бы с такой легкостью, и не бросил бы Кнопочку. А теперь я буду жить с мужчиной, которого не люблю я. Зато он подарит мне и моей дочери безопасность.

Вот так бывает: поболтаешь сама с собой и решишь все свои проблемы. Или почти все.

Да и потом, приятно поболтать с умным и хорошим человеком.

Не могу сказать, что я в восторге от найденного выхода. Однако мне есть с чем сравнить. Например, с перспективой быть пожизненно запертой в пещере. Или с вариантом стать пешкой в руках военных Вербены и обречь мою дочь на такую же страшную судьбу.

В отсутствие очевидного и хорошего выхода приходится крутиться как получится и выбирать меньшее зло.

Конечно, приемлемым этот выход будет только если правитель Аринд’эр найдёт способ оставить при себе двух иннайр, при этом не разрушив свою жизнь и не вызвав гнев своего народа. О высокой вероятности плохого исхода думать не хочется.

Как говорится, выживем-справимся.

На этой позитивной ноте я сворачиваюсь клубочком на жестком топчане и засыпаю. Готовлюсь на следующее утро с улыбкой принять предложение великого правителя драконов Аринд’эра, каким бы оно ни было, при условии безопасности для меня и моих родных.

Однако судьба в очередной раз вмешивается в мои планы и, опять же, делает это пренеприятным способом.

Мне затыкают рот.

Скорее всего, это делается для того, чтобы я не могла закричать. Однако при этом дышать я тоже не могу, потому что мой нос оказывается прижат огромной мужской лапищей.

А ещё меня хватают в охапку, суют подмышку, и мы куда-то идём. Понятное дело, моего разрешения никто не спрашивает.

Одно хорошо: моя способность паниковать за последние недели истощилась, поэтому я не испытываю почти никаких неприятных ощущений. Возможно, это ещё и потому, что я улавливаю знакомое ворчание. За мной прибыл Рейн, и, похоже, он не в самом прекрасном настроении. В этом нет ничего нового. Настроение у него и в лучшие дни так себе.

Дёргаюсь и верчу головой, пока не высвобождаю хотя бы нос. Дышать — это уже хорошо.

Наверное, я рада, что Рейн за мной пришёл, но при этом мне дико страшно, что он заставит меня снова проделывать путь к оборотням с самого начала. В этот раз я совершенно точно не выдержу испытаний, я и так уже без сил.

Только когда Рейн закидывает меня на сиденье своего плазмоцикла, он позволяет мне заговорить.

Я, конечно же, сразу пользуюсь этой возможностью.

— А я, между прочим, сегодня замуж собираюсь, — говорю самым беззаботным тоном, на который способна в этот момент.

— Я тебя сейчас отправлю…замуж, — предсказуемо рычит Рейн.

Разумеется, замужество мне правитель не навязывал, хотя и сказал, что предлагает остаться рядом с ним в роли «кого угодно». Так что, если бы захотела, я могла бы попросить у Аринд’эра половину трона и роль правительской жены. По крайней мере, на ту пару дней, которые я продержалась бы в столице драконов. Нет никаких сомнений, что, хотя правитель оказался под влиянием моей магии, другие сильные драконы не потерпят иннайру в высшем обществе. У Аринд’эра будут большие проблемы, так что нам только в горное гнездо и лететь.

Однако это не значит, что я не могу притвориться перед Рейном. Надо же ему как-то отомстить! Почему он не мог вырваться раньше и спасти меня от его мамаши? Мне пришлось вернуться в столицу драконов и по пути перенести кучу испытаний из-за его халатности. Шучу, конечно, но злюсь на него за то, что он не предупредил меня об опасности демонической магии и сроке своего отстутствия.

— С сегодняшнего дня можешь называть меня «мама». — Дарю ему ангельскую улыбку.

Я не настолько хорошо знаю драконий язык, чтобы понять всю смесь ругательств, которые летят мне в ответ.

— Рейн, как некрасиво! Ты очень грубый мальчик. Разве так разговаривают с мамой?