Секретарь дракона (СИ), стр. 14

За стеклом раздаются странные звуки, словно кто-то пытается оттащить мужчину от стекла. Восклицания на драконьем языке сопровождаются скрипом мебели.

— Я не приказываю, а прошу. — Голос становится немного тише, мягче. Это действительно просьба, но это не значит, что я собираюсь её выполнить.

Голос настолько близко к стеклу, словно мужчина касается его губами. Тем не менее, я ничего не вижу, кроме своего отражения.

Стою без движения.

— Пожалуйста, Алекса! Сделайте, как я прошу!

За стеклом раздаётся сбивчивый шёпот нескольких человек. Я не понимаю языка драконов, но в доносящихся до меня словах есть что-то раздражающее, слишком резкое. За ними следуют звуки борьбы.

— Пожалуйста, Алекса! Я должен увидеть ваше плечо.

Ну… Если плечо, то всё не так страшно.

Поднимаю руки к вороту платья.

За стеклом воцаряется тишина.

Прикасаюсь пальцами к моему платью, самому обычному, строгому, подходящему для аудиенции с правителем чужой страны. Ударяясь локтями о стекло, расстёгиваю молнию на спине. Совсем чуть-чуть и приспускаю платье с плеч.

Зачем ему это?

Знать бы. Если он попросит продолжить раздевание, получит категорический отказ.

За тридцать секунд тишины я успеваю передумать слишком многое. Построить десятки теорий, испугаться и снова себя успокоить.

— Можете одеться, — говорит мужчина грубо.

Голос удаляется, и мне становится неудобно. Словно я устроила стриптиз за стеклом.

— Теперь вы объясните мне хоть что-нибудь?

— Я хочу встретиться с вами завтра, Алекса. В это же время.

— И тогда вы всё объясните?

За стеклом хлопает дверь.

Стерион — а именно так зовут начальника охраны, который отводит меня в жилую комнату — не может или не хочет ответить на мои вопросы. Запирает меня и, бросив на прощание тоскливый взгляд, уходит.

Остатки дня я провожу, скучая и испытывая на себе пресную драконью кухню. Как всегда с обилием мяса и недостатком гарнира.

Меня маринуют в заключении до следующего дня. Если они думают, что я так быстро сломаюсь, то ошибаются. Хотя, судя по напряжённым лицам и осторожной поступи охраны, единственное, о чём они думают, — это о том, как избежать контакта с подозрительной пленницей.

После очередной порции безвкусной еды меня отводят в уже знакомую стеклянную клетку.

— Добрый день, Алекса.

— Добрый день… правитель… Мне бы хотелось узнать, с кем я разговариваю. Вы правитель? — Голос немного дрожит, но я должна постоять за себя. — Я приехала помочь вам наладить отношения с оборотнями, а меня заключили в клетку, окружили охраной и держат в полном неведении.

За стеклом отчётливо слышится дыхание. Невидимка стоит почти вплотную к стеклу, но я вижу только тьму.

— Пожалуйста, объясните, что происходит, — прошу вежливо, но настойчиво.

— Повернитесь влево!

По моей правой скуле разливается тепло, словно я чувствую взгляд правителя.

— Вы правитель Аринд’эр? Мне понравилась столица. Я прогулялась до крепости Д’э-кхе и была потрясена её красотой. Как в старинных сказках про принцесс, даже видно балкон под самой крышей.

На случай, если вы не догадались, когда я волнуюсь, то начинаю болтать. Только бы не ляпнуть ничего крамольного про драконов, особенно игрушечных.

По правой щеке проносится волна мурашек, как прикосновение. Провожу пальцами следом, будто проверяя, и вздрагиваю. Что я вообще знаю о драконьей магии? Ничего.

— Мне и улицы понравились, и дома тоже… и плазмоциклы… в Вербене таких нет… жаль, что в крепость я не попала.

Громадным усилием воли заставляю себя замолчать. Поворачиваюсь и смотрю прямо перед собой. Надеюсь, что в глаза правителю, хотя кто знает, какого он роста. Может, смотрю в его пупок.

— Она сильная, — говорит невидимка по драконьи, но я его понимаю.

Следующая фраза начинается со слова «уверен» или «уверенный», и я напрягаюсь, чтобы запомнить остальные слова.

— Камишьт!

— Да, — звучит в ответ.

Правитель задаёт вопрос со словом камишьт.

За стеклом раздаётся смех Рейна. Это так неожиданно, что открываю рот от удивления.

Он здесь⁈

Рейн знает, что меня держат в плену, и не пытается меня спасти⁈

Зря я ему поверила.

Смотрю в темноту, представляя его лицо. Он вроде как пытался меня спасти и помочь бежать, а теперь смеётся вместе с правителем и любуется мною в клетке?

Верить нельзя никому. Никогда.

Они тихо разговаривают, но я улавливаю слово «оборотни», потом «гора». Рейн смеётся и произносит слово «аниит», что значит «конец». Всё-таки, фразы о погоде в словаре оказались самыми полезными: «конец зиме», «конец сезона дождей». Только вот о каком конце говорит Рейн? Явно не погодном.

— Вы нас понимаете, Алекса? — спрашивает правитель.

— Только отдельные слова. Не могли бы вы объяснить, что происходит?

— Перед тем, как доверить вам важную миссию, я должен проверить, насколько хорошо вы справляетесь с оборотнями.

— Да, конечно! — Облегчение охватывает меня, расслабляя мышцы, и я понимаю, что последние сутки была напряжена до предела. — Я готова показать свои навыки в любой момент.

— Хорошо. — Я слышу улыбку в голосе правителя, и от этого становлюсь почти беспечной. Неужели всё самое страшное позади?

— Спасибо. Вы правитель Аринд’эр?

После недолгого молчания я слышу за стеклом смех.

— Если для вас так важно, чтобы я это подтвердил, то да, я правитель драконов.

На стекле появляется отпечаток мужской руки. Неожиданно для себя прикладываю ладонь, соединяя мои пальцы с его. Он тут же отдёргивает руку и шипит. Даже через стекло я чувствую исходящую от мужчины странную силу.

За стеклом раздаются недовольные восклицания, хлопает дверь, и я остаюсь одна.

Или нет, не одна. Кто-то смотрит на меня из темноты, и я отвечаю вызывающим взглядом. Поднимаю руку и поглаживаю стекло ладонью. Оно тёплое, словно живое. Да и не стекло вовсе. Странный, словно живой материал, он рябит перед глазами.

— Мне нравится магия драконов. — Не знаю, кому адресованы эти слова, и почему я произнесла их именно сейчас.

В этот момент охранник открывает дверь, и меня возвращают в клетку… вернее, в комнату.

Какое-то время я сижу на постели, остывая от напряжения встречи, потом достаю из кармана мой верный и уже весьма потрёпанный словарь драконьего языка, чтобы узнать значение слова «камишьт». Оказывается, у этого слова два значения: 1. Смертельно опасный. 2. Сорт винограда, растущего в горах Кара-о’лей. Либо мужчины устроили небольшой перекус во время нашей встречи, либо правитель посчитал меня смертельно опасной.

Для кого⁈

Листаю словарь, нахожу букву «а». Аниит. Зря посмотрела. Кроме как «конец», у этого слова оказывается и второе, вполне логичное значение — смерть.

Аниит тебе, Алекса Болконская.

Слово «аниит» не даёт расслабиться. Я замурована в доме, где мне только что обещали «аниит». Конец или смерть. Я не могу позволить себе такую роскошь, как риск. Я мать-одиночка, а это накладывает огромную ответственность. Где этот чёртов Рейн? Смотрел на меня через стекло со своим папочкой. Нет чтобы зайти и спасти меня. Явно ведь регенерация закончилась, так где он, доблестный рыцарь? Я ему дом в деревне обустроила, во дворце всех построила, а он… Пусть явится сюда, и я устрою ему полный аниит. Хочу узнать всю правду, причём прямо сейчас.

Луплю кулаками по двери, подзывая охрану. Они открывают дверь, но не приближаются ко мне, смотрят с опаской.

— Я учу ваш язык. Проверьте, пожалуйста, произношение. — Читаю первую попавшуюся фразу из словаря.

Охрана переглядывается, нехотя поправляют моё произношение.

После нескольких фраз, когда они расслабляются и становятся менее подозрительными, я произношу вопрос, заданный правителем. Тот самый, который либо про виноград, либо про смертельную опасность под название камишьт. Повторив её пару раз для отработки произношения, интересуюсь её значением.