"Зарубежный детектив 2026-29". Компиляция. Книги 1-10 (СИ), стр. 400
– Если ты застрелишь мою жену, – тихо произнес он, – я вызову полицию.
Вдали пророкотал гром.
«Только я ее уже вызвал», – возникло у него в голове.
– Ладно, – сказал Тэпп.
– Что ладно?
Снайпер кашлянул.
– У меня прицел ночного видения, у тебя мобильник. Заключим сделку.
Послышался новый раскат грома.
Джеймс был никудышным лжецом. Его щеки, разгоряченные приливом жаркой крови, уже лихорадочно пылали. Как же ему удавалось так легко обманывать, когда он был мальчишкой? Сейчас у него была почти физическая аллергия на ложь. Оставалось только надеяться – молиться, – чтобы Тэпп ничего не заметил.
– Ситуация не из простых, – сухо промолвил снайпер, словно завел светский разговор в лифте.
– Сэр? – Чириканье дежурной будто просочилось сквозь пальцы Джеймса. Она шмыгнула носом, сдерживая слезы сочувствия. – Если вы сейчас не можете говорить, просто нажмите клавишу…
– Джеймс! – позвал Тэпп.
– Что?
– Группы на подходе, – сообщила дежурная. – Мы вам поможем.
– Я тебя убью, – проговорил стрелок с металлической четкостью. Тембр его речи, влившись в электрическую схему рации, стал другим, нечеловеческим. – Ни на мгновение не воображай, будто мы с тобой на одной доске. Я конец твоего мира. Начинай отсчет, потому что каждый удар твоего сердца пронумерован. Каждый вдох, каждый электрический сигнал в мозгу, каждая секунда сознания – все пронумеровано. Не могу сказать точно, какие сейчас идут номера, но, уверяю, цифры совсем не большие.
Джеймса кольнул страх. Тэпп убьет Эль, понял он. Расправится с ней в тот момент, когда сюда прибудут полицейские. И никакого другого исхода не будет. «Как я мог так сглупить? Это не перемирие, а бомба замедленного действия».
Прямо сейчас где-то поблизости сюда спешит в ночи первый откликнувшийся полицейский автомобиль. Проблесковые маячки мечут в темноту красные и синие всполохи, и этот видимый за мили, кричащий прожектор сокращает минуты и секунды их хрупкого прекращения огня. Он выиграл время для Эль. Но сколько? Как много его осталось до тех пор, когда разъяренный Тэпп засечет в свой прицел ночного видения полицейский маячок, поймет, что его переиграли, и убьет ее?
Джеймс положил «Моторолу» на цемент и взял мобильный телефон в обе руки.
– Очень важно, – тихо сказал он дежурной. – Как скоро… как скоро они здесь появятся?
– Я…
– Сколько у меня времени? – Пока он говорил, раздался новый раскат грома, на сей раз ближе.
– О! – Она причмокнула губами.
– Что?
– Сейчас, сейчас… понятно.
– В чем дело?
– Удивительное везение. – Она понизила голос. – Помощник шерифа только что вышел на связь.
– Сколько их?
– У нас он один такой. – Женщина замялась, словно на нее повеяло чем-то гнилостным. – Патрулировал на Плейнсуэй. Округу он знает… Сказал, что почти у вас.
Начал накрапывать дождь, когда Эль заметила на краю долины полицейскую машину. Сначала появился пульсирующий проблесковый маячок, затем через гребень перевалили белые передние фары. В задних габаритных фонарях вспыхнула красным пыль. Эль упала на колени и, поборов хриплую одышку, оперлась на ладони. Поморгала, прежде чем поверить, что это происходит в действительности.
Коп съезжал по Тенистому спуску на высоком внедорожнике. Эль колебалась, припав к земле почти в миле вниз по склону в нескольких десятках ярдов от дороги. Гул мотора становился глуше, растекаясь по открытому пространству. Ее машинально потянуло наперерез полицейскому, и она, не размышляя, шагнула к дороге. Так летят насекомые в электронную мухобойку, и это сравнение от нее не ускользнуло.
«Почему Тэпп в меня не стреляет?»
Насущный вопрос дня. Ему вдогонку следовали: «Каким образом этот коп сюда попал? Почему Тэпп не убивает его?» И главный: «Где Джеймс?»
Пока Эль то ли бежала, то ли ковыляла, с юга налетел шквал, по земле забарабанил ливень, засыпав песком ее лодыжки. Сразу вобрал Эль в себя, в гул миллиона посыпавшихся на владения Мохаве дождевых капель. Медные крупинки колошматили ее по затылку, лупили по плечам, выбивали фонтанчики пыли у ног, как недавно пули в ложе реки.
Первый холодок пробрал до костей, стало одолевать наваждение. Всем овладела логика кошмара, когда причины не влекут события, земля уходит из-под ног и лица превращаются в гоблинские морды. Ничто не реально.
Где, черт возьми, Джеймс? Что происходит?
Когда фары полицейского автомобиля приблизились, небо прорезала беззвучная вилка молнии.
Бумажка Роя – ключ ко всему и объяснение могущества Тэппа – бесполезно трепетала в руке Эль. В темноте она не могла прочитать ее.
Джеймсу стало жутко оттого, как «умер» его мобильник: раздался тихий хлопок, и дежурная службы экстренных вызовов исчезла на середине фразы. Связь прервалась, и он внезапно остался сидеть с пластмассовой коробкой у уха, один под пулеметным треском дождя по металлической крыше. Не один, усмехнулся он. Хуже, чем один.
– Джеймс! – раздался голос Тэппа.
Джеймс подобрал рацию:
– Что?
– Ты солгал мне. – Снайпер выдохнул в микрофон, наполнив эфир шуршанием. Его голос дрожал, звучал уязвленно. Как у упавшего с велосипеда мальчишки, изо всех сил сдерживающего слезы, чтобы показаться ровесникам крутым. – Теперь мне это известно. И сейчас я должен признаться, что тоже лгал тебе. Будет справедливо раскрыть карты, когда твои биты.
Прогремел гром.
– Вот как? И что? – Джеймсу удалось фальшиво рассмеяться, а сам он лихорадочно размышлял, что еще более страшного может произойти в этот день и способна ли черная тень человека с его детскими каламбурами, способностью убивать за милю и чертовым прицелом ночного видения стать еще более потусторонней и ужасной.
– Джеймс, у тебя есть постоянная работа?
– Была.
– Какая?
– Ответственный сотрудник рекламного агентства. По сути, продавец.
– У меня тоже есть постоянная работа. – Тэпп откашлял мокроту из горла. – В сарайчике, где ты находишься, есть светоотражающий дорожный жилет.
– Где?
– У двери.
– Вижу.
– Посмотри, что за ним.
Джеймс взял жилет. За ним поверх темных слаксов лежала аккуратно свернутая песочно-коричневая форма. Она пахла кожаным сиденьем и по́том. На стене брякнула черная портупея с пустой кобурой, баллончиком со слезоточивым газом и болтающейся на витом проводе нагрудной рацией. В болотном освещении мелькнула именная табличка: «Шериф Уильям Тэпп».
– Вот тебе и коп-ец! – бросил снайпер.
Глава 21
Таинственная бумажка Роя была штрафной квитанцией за превышение скорости. Она лежала там, куда ее уронила Эль, и казалась под дождем пятнистыми крылышками бабочки. Косая надпись тонкой синей ручкой: семьдесят четыре мили в час в зоне разрешенных семидесяти. Два часа дня и сегодняшнее число. На последней строке подпись нарушителя – Роя Майкла Барка, человека, который умер, отдавая Эль эту квитанцию.
Бумажка помогла бы, если бы на Эль не было наручников, а ее колени не утопали в грязи на обочине Тенистого спуска. Щурясь в слепящем свете фар, она узнала помощника шерифа – угреватого в оспинах хиляка Дуги Хаусера со стрижкой «ежиком», желторотого. Он улыбался им, когда Джеймс спрашивал его о пустом белом грузовичке Глена Флойда, а она прятала лицо, дабы он не заметил, что она пялится на его идиотскую шляпу. Сейчас она была на нем и выглядела так же нелепо.
Но на сей раз он не улыбался. Заглушил внедорожник и снова появился у водительской дверцы с рацией в руке, еще одной «Моторолой». Это подтверждало то, что уже было известно Эль. Встал в свете фар, и дождь барабанил ему по плечам сверкающими каплями. Ноги хлюпали в размокшей земле. Юнец повернулся к определенной точке на горизонте, словно знал, куда смотреть, немного помедлил, а затем, включив рацию, робким голосом ребенка, боящегося потревожить занятого отца, спросил: