"Зарубежный детектив 2026-29". Компиляция. Книги 1-10 (СИ), стр. 243

– Когда что?

– Не прикидывайтесь дураком, Гарсон! Я же чувствую, что наше дело пополнит собой статистику нераскрытых преступлений.

– Не думаю.

– Не думаете? Наверное, из-за наших блестящих успехов?

Он посмотрел на меня с неожиданной теплотой. Поднял тетрадку с пола. Улыбнулся.

– Успокойтесь, Петра, распутаем мы это дело, вот увидите. Наберитесь терпения, вы же знаете: скоро сказка сказывается – не скоро дело делается.

Он раскрыл тетрадку и сунул туда свой нос. Я рассмеялась.

– Ладно, Фермин, вы уж простите меня. Я высказалась бестактно и к тому же довольно нелепо.

Не отрывая глаз от тетради, он поднял руку и сделал такое движение, словно стирал какую-то надпись в воздухе. Потом медленно заговорил:

– А что, если… Если мы сложим все эти числа, что здесь написаны… примерно на сорока страницах, исходя из того, что на каждой странице в среднем встречается по две записи, отмечающие выплату тридцати, пятидесяти или шестидесяти тысяч песет, то в сумме это даст нам приблизительно три миллиона.

– Что вы хотите этим сказать?

– Я хочу сказать, что у Лусены была целая куча денег, если предположить, что все эти записи относятся к одному году.

– Согласна. Вспомните, какая на нем была дорогая цепочка.

– Хорошо, предположим, что цепочка обошлась ему в триста – четыреста тысяч песет, это нетрудно выяснить. Допустим, это был каприз, который он себе позволил, но во всем остальном-то он вел нищенскую жизнь. Жил в отвратительной квартире, посещал забегаловки вроде бара «Фонтан». На наркомана он не похож – так где же эти деньги? Его бухгалтерия доказывает, что он был человек методичный. Не складывал ли он где-нибудь свои денежки? Какие-либо признаки грабежа в его доме отсутствуют.

– Вы имеете в виду банковский счет?

– Ну, инспектор, вы теряете навыки! Тип, у которого нет ни единого документа, который не подписывал договор об аренде, которого знают под разными кличками… Можно ли представить его открывающим срочный вклад? Я хочу сказать, что где-то он их припрятал.

В мозгах у меня немного прояснилось.

– В надежном месте, – сказала я.

– В надежном месте, – повторил Гарсон.

– Поиск следов – дело слишком тонкое, думаю, придется еще раз обстоятельно все осмотреть. Вы знаете, как это организуется… Попросите выделить группу, способную провести доскональный обыск, и направьте ее в квартиру Лусены.

У Гарсона заблестели глаза.

– Слушаюсь, шеф.

– Вы подали ценную мысль, Фермин. Возможно, в этом месте он прячет не только деньги, но и другие вещи, бумаги, счета… Улики, дорогой друг, улики! Ваша идея поистине гениальна.

– Только не слишком обольщайтесь, Петра. Не исключено, что в конце концов выяснится: стервец все тратил на шлюх.

– Как-нибудь переживу это.

– А как быть с лабораториями?

– Пока что забудьте про них.

На выходе из комиссариата нас ждал сюрприз: как раз в этот момент о младшем инспекторе справлялась у дежурного Анхела Чаморро. Она подошла к нам и заговорила с всегдашней своей доброжелательностью. Поинтересовалась моим здоровьем и, к моему полному изумлению, осведомилась у Гарсона, не испытывает ли он похмелья.

– Мне кажется, последняя рюмка после ужина как-то плохо пошла.

Гарсон только кивал, едва успевая вставить словечко. Такого я даже представить себе не могла. Этот тайный донжуан, этот пузатый наследник Синей Бороды обольщал одновременно и Анхелу, и Валентину. Я многозначительно посмотрела на него, и он состроил физиономию невинного младенца.

– Шла мимо и вдруг вспомнила, что завтра у меня день рождения. Нет-нет, не поздравляйте, это так ужасно, что даже думать об этом не хочется. Я смогу примириться с тем, что стала чуть более старой, только в хорошей компании. Не откажетесь поужинать у меня дома? Таким образом вы поможете мне пережить неприятный момент.

Мы дали согласие и еще какое-то время мило и весело беседовали.

– Само собой разумеется, вы можете прийти не одна, если захотите, Петра.

– Да, возможно, я приведу с собой своего приятеля.

Возможно, я попытаюсь это сделать, но, вероятнее всего, Монтуриоль пошлет меня ко всем чертям после моей последней выходки. Вот если бы я предложила ему это под звуки романтической музыки… Владелица книжного магазина весело простилась с нами. Я обернулась к Гарсону:

– Ведь это действительно случайность, что Анхела проходила мимо, правда, Фермин? Хотя в случайности я не верю.

– Почему бы не довериться случайности? Иногда происходит нечто такое, чего ты меньше всего ожидал.

– Например, вдруг вспыхивает любовь, не так ли, Гарсон?

Он сделал вид, что не слышит.

– Прошу прощения, дважды вспыхивает!

Но Гарсон словно оглох.

Группа, которую нам прислали для проведения тщательного обыска, особого доверия у меня не вызвала. Двое молодых людей, один с чемоданчиком, другой – без. Я-то надеялась увидеть нечто другое, например, всякие технические средства. Однако ничего не сказала и не выдала своего разочарования. Младший инспектор воодушевился, уверенный, что мы найдем несметные сокровища. Он вошел в логово Лусены с тем же чувством, с каким Картер, наверное, входил в гробницу Тутанхамона. Там все оставалось таким же, каким было в наше предыдущее посещение, разве что пыли прибавилось.

Эксперт открыл свой чемоданчик и извлек из него несколько небольших молотков из разного материала: пластмассы, дерева, железа… Он снял пиджак, выбрал один из молотков и, сантиметр за сантиметром, стал простукивать им пол. Гарсон в нетерпении следовал за ним почти вплотную, словно они были пассажирами метро в час пик. Через некоторое время молодой человек с явным недовольством в голосе предупредил:

– Это может надолго затянуться.

Мой напарник раздосадованно отошел от него и уселся рядом со мной на продавленный диван. Мы стали листать старые журналы, какие были у Лусены. Второй полицейский спокойно смотрел в окно – видимо, привык ждать. Под конец он сел на стул и заснул.

Медленно тянулись часы. Наблюдая за манипуляциями эксперта, я поняла, что он ищет пустоты, используя для этой цели разные молотки в зависимости от исследуемого материала, будь то стены, пол, кафель или даже дверная коробка.

Проявив поначалу энтузиазм, Гарсон вскоре несколько заскучал и от нечего делать завел со мной разговор:

– Вы думаете купить что-нибудь в подарок Анхеле?

– Я заказала букет из белых роз.

Он принял озабоченный вид.

– Правильное решение. А я вот совершенно не знаю, что ей подарить, честное слово.

– Подарите ей коробку конфет.

– Это как-то безлико.

– Тогда сборник стихов.

– Маловато.

Я задумалась.

– Купите ей красивую плюшевую собачку.

– Да ладно, Петра, я серьезно говорю.

– Я тоже серьезно. Такой приятный пустячок.

– Не знаю… может быть. Правда, мне кажется, что это чересчур скудный подарок для человека, который любезно пригласил тебя в свой дом. Поймите, мне уже осточертело не иметь собственного дома, где можно собрать друзей. Практически я уже решил последовать вашему совету – уеду из пансиона и сниму квартиру.

Я так и подскочила.

– Последуете моему совету? Какая наглость! Я уже два года как пристаю к вам с этим, но решение вы приняли именно сейчас. Выкладывайте истинные причины, Фермин, наберитесь смелости, ведь вам загорелось иметь свою квартиру, потому что вы влюбились.

Гарсон опасливо покосился на полицейского, пытаясь понять, слышал ли тот мои слова. Потом изобразил на лице довольную улыбку и смущенно, как школьник, признался тихим голосом:

– Да, это правда, я влюбился. Плохо только, что до сих пор не знаю, в какую из двух.

– Из двух?

– Вы меня прекрасно поняли – это Анхела Чаморро и Валентина Кортес. В последние недели я виделся с ними почти ежедневно.

– Но это же ужасно, Гарсон. И за такое короткое время!

– Не знаю, что тут ужасного.

Полицейский проснулся и сообщил нам, что пойдет выпить бутылочку пива в баре на углу. Пока он не ушел, мы не проронили ни слова.