Князь Андер Арес. Книга 13 (СИ), стр. 10

Можно сколько угодно говорить о справедливости, договорах и законах. Договор держится, пока за ним стоит сила, готовая его исполнить. Закон без силы — это пожелание. Справедливость без силы — это жалоба.

Отсюда следовало, что если я хочу, чтобы Земля и Грея жили по своим правилам, а не по правилам пастухов, у меня должна быть сила, с которой пастухи будут считаться. Затир советовал подумать, стоит ли становиться финаром. Но при этом думал, что у меня есть божественный механизм. Однако у меня не было ограничителя СОЗДАТЕЛЕЙ. И хорошо это или плохо я пока не знал.

Как и не знал, прав ли Затир или нет. Но я знал одно — овцой быть не хочу.

— Ладно, — сказал я сам себе.

Тяжело вздохнув, я ещё раз посмотрел на остекленевшую массу на камне. Она уже остыла, и в ней отражалось небо. От настоящего тела Андера Ареса ничего не осталось. Теперь был только я.

Ещё немного постояв на берегу острова я телепортировался в Виндар, к Соне.

Она сидела на кровати.

Я появился посреди комнаты, и она вскинула голову. В первую секунду я увидел на её лице страх. Она отползла к стене, и я не понял почему. А потом понял. Она видела перед собой незнакомого мужчину.

— Тихо, — сказал я. — Спокойно. Это я, Костя.

Она услышала голос. Голос у Андера был другим, глубже, но интонации остались мои, и она их узнала. Плечи у неё опустились, и она с облегчением выдохнула. Но глаз она с меня не сводила, и в мыслях у неё стояло: «А если нет?»

Тогда я закрыл глаза и вернул себе прежнее лицо. Скулы расползлись шире, подбородок стал тяжелее, кисти укоротились. Это дело заняло пру секунд. Я открыл глаза, подошёл и поцеловал её в лоб.

— Убедилась?

Она кивнула. Выдохнула. Потянулась ко мне, и я обнял её.

— Привыкай, что здесь я буду выглядеть именно так, — сказал я ей в макушку. — Как тот, кого ты только что испугалась. Хорошо?

— Хорошо, — сказала она. Помолчала и добавила. — Ты такой красавчик, оказывается.

— Да? — удивился я и отстранился. — Мне казалось, что облик Кости, наоборот, интереснее.

По взгляду Сони я понял, что это не так. Она посмотрела на меня с той жалостью, с какой женщины смотрят на мужчин, которые выбрали не ту рубашку и уверены, что выбрали правильно. Спорить я не стал. Сменил тему.

— Ты чего не спишь?

— А как тут уснёшь? — спросила она. — Оставил девушку на незнакомой планете, одну, в комнате. Разумеется, мне страшно.

Она сказала это спокойно, но я видел, что она не врёт. В мыслях у неё был последний час. Как она лежала и слушала шаги в коридоре. Как кто-то прошёл мимо двери, остановился, постоял и пошёл дальше. Как за окном во дворе кто-то бранился на чужом языке. Как она смотрела на иллюзию меня, спящего рядом, и не могла заставить себя лечь к ней, потому что это был не я.

— Извини, — сказал я. — Но мне нужно было отлучиться.

— Да я уж поняла, — сказала Соня и тут же спросила. — Ты всё сделал, что хотел?

— Да. — Я сел рядом. — Нам больше здесь делать нечего.

— И куда мы?

— В замок Арес.

Она кивнула. Я развеял иллюзию на кровати, и Соня посмотрела на место, где только что лежал спящий я, и передёрнула плечами.

Про вали я ей не рассказал. Ни про портал, ни про Затира, ни про то, что теперь за Землёй будут следить. Не потому, что не доверял. Просто для одного дня переживаний было и так много.

— Ложись, — сказал я. — До рассвета часа три.

— Ты не устал?

— Немного, — соврал я.

— Тогда ляг со мной. Мне так будет спокойнее.

Я кивнул и сел на кровать, после чего она положила голову мне на колени. Я сидел, гладил её по волосам и смотрел в окно, где над крышей госпиталя висел Фобос (спутник), а из-за него выглядывал край второй луны. Соня уснула минут через пять. Я смотрел, как она спит, и думал о том, что скоро ей предстоит увидеть замок и семью, которая не знает о её существовании, и что я до сих пор не придумал, как её представить.

С первыми лучами Саи над Виндаром зазвенели колокола.

Сначала ударил один, на храме Арес. Потом подхватили колокола на башнях стены, потом на ратуши, потом маленькие: на школе, на госпитале, на гильдиях. Через минуту звенел весь город.

Так звенел город, когда на стене замечали тварей изПустоши.

Соня тут же вскинулась на кровати.

— Что это?

— Тревога.

Я подошёл к окну. Во дворе школы уже бегали люди в зелёных мантиях. Лита стояла на крыльце и что-то кричала. Двое учеников тащили ящик с зельями, третий на ходу натягивал сапог. По улице за оградой проскакали четверо гвардейцев, и в руках у одного я увидел пластину артефакта, с которой он не сводил глаз, вертя головой на каждого встречного.

Я вплёл в стену сканирующие чары и послушал город.

Со стороны замка шли гвардейцы, десятками, и разбивались по улицам. Ворота закрывались, все четыре яруса. На площади кто-то с трибуны объявлял, что город закрыт до особого распоряжения, что никого не впустят и никого не выпустят, что всем жителям надлежит оставаться в домах и открывать гвардии по первому требованию. Слова «пропажа» и «тело» с трибуны не звучали. Но другого объяснения поднятой тревоги у меня не было.

— Это из-за тебя? — догадалась Соня. Она подошла и встала рядом у окна.

— Из-за меня. Они обнаружили пропажу тела.

— И что теперь?

— Нам нечего бояться. Любая проверка покажет, что я Андер Арес. Так что не переживай. Скоро мы покинем школу и отправимся знакомиться с моими родными.

— И твоей женой.

— Да, — усмехнулся я. Было видно, что Соня нервничает на сей счёт. Но что-то мне подсказывало, что всё обойдётся.

Глава 5

Через полчаса Лита прошла по коридору, стуча в каждую дверь и объявляя, что школа сегодня работать не будет, и что всем надлежит оставаться в комнатах и ждать гвардию, которая будет проводить проверку. Соня спросила через дверь, что случилось, и Лита ответила, что дело, и пошла дальше.

Гвардия пришла через час. Их было двое. Перед тем как им открыть я вернул лицо Кости. Они вошли, посмотрели на нас через прорезь, сверили с листом, который держал один из них, спросили выходили ли мы ночью. Я ответил, что нет. Они посмотрели на кровать, на мешок с одеждой, на стол, заглянули под кровать и вышли. Я слышал, как за стеной они делают то же самое.

Обыск шёл по всему городу. Гвардейцы входили в дома, в лавки, в подвалы, в амбары, в конюшни. Открывали каждый сундук и каждую бочку. Кто-то не открыл сразу, и дверь выбили. На торговой улице ругались купцы, у которых перевернули товар. У ворот стояла очередь из крестьян с телегами, которых не выпускали.

К полудню обыск докатился до школы второй раз, уже с другим составом. Я показал им то же, что и первым. Потом гвардия ушла, и стало тише. Колокола замолчали. Город закрытый и морально придавленный.

Я решил, что тянуть больше не стоит.

План был простым. Выйти, дойти до замка, принять свой облик у ворот и сказать гвардии, что я вернулся. Дальше пусть будет, как будет. Сэм и Мишель узнают меня. Скорее всего, проведут проверки. Про Соню я скажу, что она из земель, куда меня закинул Януш. Полуправда, но такая, за которую не стыдно.

Я встал, взял мешок и протянул Соне руку, и в этот момент в окне пронеслась тень.

Огромная. А следом я услышал взмахи крыльев и рёв. Его ни с чем не спутаешь…

Я распахнул окно и поднял голову.

Над Виндаром летел золотой дракон.

Он парил низко, метрах в ста над крышами, и первая мысль, которая пришла мне в голову, была… они прилетели меня искать. Сэм послал весть в земли драконов, что тело пропало, и Нанали подняла Каруса, и они примчались, чтобы обыскать город своими чарами.

Но представать пред светлые очи Каруса я не собирался. Прежде мне нужно было понять, кем он теперь является. Друг, враг или нечто среднее между этими понятиями⁈ В общем, мне, как всегда, не хватало информации, которую я рассчитывал получить от братьев.