Снафф-Скотобойня (ЛП), стр. 4

Через стол Лена прижала Райли плашмя на спину, прижав колени к груди. Скальпель Лены - бритвенно-острый из того же набора, который раздала Райли - прижался к нежной коже внутренней стороны бедра Райли.

- Лежи смирно, крутая сучка, - прошипела Лена и вырезала слово "ПИЗДА" глубоко в плоть.

Лезвие прошло чисто, горячая кровь быстро потекла по ноге Райли. Она дергалась и ругалась сквозь стиснутые зубы, но ее "киска" заметно сжалась, из нее вытекла свежая влага, а боль смешалась с острым кайфом. Лена продолжала резать, углубляя каждую букву, пока слово не стало четким и кровоточащим.

Джесс и Куинн уже были подвешены к двум подвесным крюкам, висели вверх ногами друг к другу, и в нескольких футах, лица на уровне раздвинутых влагалищ друг друга. Тела слегка покачивались, "киски" и задницы были полностью открыты. Миа и Тара делали это по очереди в перерывах между толчками - сначала Миа, у которой все еще текло из ее собственных дырочек, вогнала кулак прямо в отвисшее влагалище Джесс. Удар заставил еe качнуться и взвизгнуть, но она все равно подалась вперед и погрузила язык в анус Куинн. Та ответила тем же, усердно посасывая клитор Джесс, пока Тара глубоко вонзала костяшки пальцев в задницу Куинн, долбя туда-сюда, пока обе женщины не сквиртнули жидкостью с оттенком крови, образуя грязные дуги, которые забрызгали пол.

Остальные вступали по очереди, кулаки и открытые ладони били по незащищенным дыркам, разбивая костяшками пальцев половые губы и раздвигая задницы еще шире. Джесс и Куинн продолжали "69" вверх ногами, языки неистовствовали, тела дергались с каждым жестоким ударом. Кровь и сквирт смешивались в лужах под ними, капая из влагалищ и стекая по животам и сиськам.

Сначала помещение наполнил смех - резкие, грязные хихиканья между стонами и мокрыми шлепками. Но чем дольше летели кулаки и резали лезвия, тем голоднее становилось. Никто не произнес стоп-слово. Никто даже не глянул на дверь. Глаза остекленели, улыбки были дикими, тела скользкими от пота и свежей крови, пока уик-энд переходил от грубой игры к чему-то более темному, мрачному, влажному и гораздо более постоянному.

Глава 6

Вторая ночь поразила скотобойню, как лихорадка. Шестеро женщин почти не спали, их тела все еще гудели после кровавой бойни в комнате для разделки, и они потащили свои окровавленные игрушки и ножи прямо в главный цех. Большое открытое пространство теперь чувствовалось иначе - холоднее, злее под жужжащими флуоресцентами, бетон уже был покрылся пятнами от неглубоких порезов первой ночи. Хихиканья больше не было. Только тяжелое дыхание и шлепанье босых ног по кафелю, когда они снова разделись и разделились на пары.

Райли толкнула Лену на ту же ржавую ленту конвейера, что и в первый день, забралась сверху и прижалась своим сочащимся влагалищем прямо к ee лицу.

- Сиди, блядь, смирно и ешь меня, - прорычала Райли, сильно втираясь, так что опухшие губы размазались по рту и носу Лены.

Язык Лены тут же высунулся наружу, проникая глубоко в дырочку Райли, посасывая ее клитор, как будто она изголодалась по нему. Райли двигалась на лице медленно и обдуманно, двигая бедрами, сиськи подпрыгивали при каждом толчке, пока кровь от свежевырезанной "ПИЗДА" на собственном бедре стекала по ноге.

В нескольких футах Миа согнула Куинн над низким металлическим поручнем, уже сжимая в руке филейный нож. Ta тяжело дышала, широко раздвинув ноги, из влагалища все еще текло после фистинга вверх ногами прошлой ночью. Миа работала тремя пальцами туда-сюда в анусе Куинн, сильно крутя, потом наклонилась и прижала лезвие плашмя к ee левому соску.

- Кончи для меня, жалкая сучка, - прошипела Миа.

Оргазм обрушился на Куинн секундой позже - тело дернулось, "киска" сквиртнула грязной дугой на пол. Миа провела ножом по соску одним чистым, жестоким движением. Розовая плоть отделилась аккуратным кусочком, и кровь брызнула горячей красной струей прямо в открытый рот Райли.

Райли почувствовала медный привкус на языке и проглотила его, не сбившись с ритма.

- Блядь, в следующий раз - глубже, - прорычала она, сильнее втираясь в лицо Лены. - Хочу, чтобы вы, пёзды, резали меня, пока я кончаю.

Пол превратился в корчащуюся кашу кровавых тройничков. Тара опустилась на колени сзади Мии, вогнав кулак по запястье в все еще кровоточащее влагалище Мии, пока Миа продолжала двигать ножом, срезая длинные неглубокие полоски кожи со спины Куинн. Джесс присоединилась к ним, пальцы и лезвие одновременно скользили туда-сюда в развороченных дырках Куинн, снимая еще одну тонкую полоску плоти с ее ягодицы и позволяя ей шлепнуться на бетон. В другом конце комнаты Лена и Райли притянули Тару к себе - Райли все еще трахала лицо Лены, пока Тара вгоняла несколько пальцев в анус Райли и вырезала скальпелем свежие линии на ее сиськах. Кровь текла повсюду, смешиваясь с густыми струями сквирта и слюны.

Ножи вспыхивали между толчками. Кулаки били глубоко, лезвия чертили красные тропы по животам, бедрам и задницам. Длинные полоски кожи сдирались, как мокрая бумага, и свисали с грудей и спин, прежде чем упасть на пол с мягкими влажными шлепками. Женщины снова смеялись, но теперь смех был грубым и уродливым, с примесью чего-то дикого. "Киски" сжимались вокруг вторгающихся лезвий и кулаков, задницы широко растягивались, рты были полны крови и влагалищ. Пол стал скользким под их ногами - свежая кровь и сквирт собирались вместе, делая каждое движение скользкими и опасными.

Никто не останавливался. Никто не хотел. Выходные пересекли черту окончательно, и каждый бурлящий оргазм только усиливал голод их желания узнать, что будет дальше.

Глава 7

Пол бойни уже превратился в скользкое красное месиво от ночного безумия, но шесть женщин еще не закончили. Даже близко. Райли вытерла кровь со рта тыльной стороной руки и ухмыльнулась остальным, грудь вздымалась, свежая вырезанная "ПИЗДА" на бедре все еще сочилась.

- Финальная игра, - объявила она срывающимся голосом. - Больше никаких пар. Больше никаких правил. Раздеваемся, обливаемся маслом, хватаем тяжелое дерьмо - тесаки, крюки, пилы - трахаемся и деремся, пока кто-нибудь не сдастся или не отрубится нахер.

Они не колебались. Одежда, которой все равно почти не было, свалилась в кучу на бетон. Тара открыла две большие бутылки минерального масла из сумки и начала всех поливать, густая скользкая жидкость стекала блестящими ручейками по сиськам, прессам и бритым "кискам". Тела блестели под жужжащими лампами - каждый изгиб, каждый свежий порез и синяк - теперь скользкие и блестящие. Они быстро вооружились: Райли схватила тяжелый тесак и мясной крюк, Лена взяла костяную пилу, Миа и Тара взяли филейные ножи и по длинному стальному крюку, Джесс и Куинн вооружились тесаками и маленькой ручной пилой. Металл звенел и сверкал, пока они кружили друг вокруг друга, глаза дикие, из "кисок" снова текла кровь.

Они сбились в кричащий маслянистый клубок.

Райли швырнула Тару о ближайшую бетонную стену, прижав ее там одним предплечьем поперек горла. Сиськи Тары все еще кровоточили от более ранних порезов; Райли не стал ждать. Она вогнала три пальца вo влагалище Тары, потом четыре, потом весь кулак, долбя глубоко и сильно вращая, пока масло заставляло все скользить быстрее и грязнее. Спина Тары выгнулась, гортанный стон вырвался из нее, когда кулак Райли широко ее растянул. В то же время Райли подняла тесак и начала резать - длинные, аккуратные порезы на грудяx Тары, открывая свежие красные рты, которые плакали кровью по ее масляному животу. Тара выгибалась от кулака, влагалище сжималось и брызгало вокруг запястья Райли с каждым новым порезом.

- Трахай сильнее, сумасшедшая сучка! - прорычала Тара, хватая крюк Райли и проводя острием по своим ребрам, просто чтобы почувствовать его.

Лена и Миа разбили ящик пустых стеклянных бутылок в блестящую постель осколков прямо под подвесными рельсами. Они упали на нее вместе, ноги туго сцеплены "ножницами", "киски" сильно терлись друг о друга. Осколки глубоко вонзались в их задницы и половые губы при каждом толчке, разрывая кожу и превращая их скользкие складки в кровавое месиво. Клитор Лены скользнул по клитору Мии, от боли они обе закричали громче, а бедра задвигались быстрее. Кровь и масло смешались под ними в розовую кашицу, когда они все глубже вонзались друг в друга осколками стекла, растирая клиторы до крови, в то время как крики становились все более хриплыми, а оргазмы - влажнее, краснее, грязнее.