Снафф-Скотобойня (ЛП), стр. 3
Оргазм обрушился на нее как удар молота. Колени Райли слегка подкосились, когда "киска" сильно сжалась вокруг ее пальцев, извергая резкие, мощные струи, которые смешивались с мочой, все еще капавшей с нее. Она кончила прямо там, в центре кровавой кучи, ее бедра дрожали, низкий животный стон вырывался из ее горла, в то время как все ее тело содрогалось в финальной, жестокой кульминации.
Когда последний спазм стих, она высвободила пальцы, облизала их дочиста с грязной ухмылкой и посмотрела на голову Лены. Тесак сделал свое дело - шея Лены висела на нити мышц и кожи. Райли потянулась вниз, схватила горсть пропитанных кровью волос и сильно дернула. Последний кусок ткани порвался с мокрым треском, и голова оказалась у нее в руках.
Она держала ее за волосы, глядя в стеклянные полуприкрытые глаза Лены.
- Надо было держать гребаный рот на замке, сука.
Райли подняла с пола тесак, все еще липкий от крови, и вырезала свои инициалы глубоко на лбу Лены - Р.В. - нажимая так сильно, что лезвие скребло кость. Из порезов выступила свежая кровь и потекла по лицу мертвой женщины.
Райли рассмеялась, тихо и злобно, а затем с размаху пнулa отрезанную голову по полу. Tа дважды подпрыгнула с тяжелыми, мясистыми ударами, прежде чем откатиться к дальней стене, оставив за собой красное пятно.
Она вытерла руки о бедра, повернулась к дверям погрузочной площадки и вышла голая в ночной воздух. Скотобойня возвышалась у нее за спиной, как капающий красный собор из разорванного лесбийского мяса - повсюду кровь, кишки, моча и выделения, пять трупов, остывающих в темноте.
Райли не оглянулась. Она просто прикурила сигарету из пачки, которую оставила на капоте фургона, глубоко затянулась и забралась внутрь. Двигатель заурчал, фары прорезали предрассветную темноту.
- Лучшие гребаные выходные в моей жизни, - сказала она пустой дороге впереди, ее "киска" снова стала влажной при мысли о следующих сучках, которых она заманит сюда.
Она тронулась с места, оставив скотобойню и ее кровавую бойню позади в зеркале заднего вида, красный свет задних фар окрашивал здание, как свежую бойню.
Глава 4
Тремя днями раньше...
Шесть женщин подъехали к заброшенной скотобойне на двух фургонах, шурша шинами по битому стеклу и сорнякам. Место было проржавевшей дырой на краю "нигде" - сетка-рабица наполовину обрушена, окна заколочены, но тяжелые стальные двери все еще распахнулись, когда Райли пнула их. Внутри пахло застарелой кровью, сырым бетоном и свиным дерьмом, десятилетиями въевшимся в стены. Идеально.
Они свалили сумки на пол и быстро разделись, одежда полетела на пол кучей. Райли схватила Лену за горло и толкнула ее назад на ржавый конвейер, который тянулся через всю комнату. Лена с лязгом ударилась о металл, широко расставив ноги, и Райли забралась сверху, засовывая свой язык прямо в уже мокрое влагалище. Они занялись этим как животные - Райли зарылась лицом между бедер Лены, облизывая и посасывая ее набухший клитор, в то время как Лена схватила Райли за задницу и потянула ее вниз, прижимаясь своим ртом к бритой "киске" Райли в слюнявом мокром "69" на ленте.
В другом конце помещения Миа и Тара согнули Джесс и Куинн над низким металлическим столом. На обеих женщинах были толстые черные перчатки, обмазанные смазкой и густой темной свиной кровью, которую они соскребли со стен голыми руками. Миа засунула два пальца по самые костяшки во влагалище Джесс, а еще двумя растянула ее анус, двигая им сильно и быстро. Тара проделывала то же самое с Куинн, крутя запястье так, что окровавленные перчатки громко хлюпали с каждым толчком. Джесс и Куинн уже стонали, как сучки в течке, их бедра двигались назад, "киски" и задницы раскрывались под вторгающимися пальцами.
Настроение все еще было игривым - смех смешивался с мокрыми шлепающими звуками. Райли, не прекращая трахать еe языком, протянула руку и схватила кожаную плетку из груды игрушек. Она щелкнула ею по сиськам Лены, пока та ее вылизывала, оставляя красные полосы, от которых Лена стонала громче. Тара зажала стальные зубцы на соски Куинн и крутанула, смеясь, когда Куинн взвизгнула и сквиртнула на ее кулак в перчатке. Миа слегка душила Джесс одной окровавленной рукой, пока другая продолжала фистить ее дырки, женщины обменивались слюнявыми поцелуями и грязным подбадриванием.
- Черт, вы, шлюхи, уже промокли насквозь, - прорычала Райли, отрывая лицо от "киски" Лены на достаточное время, чтобы улыбнуться. По подбородку текли соки Лены, смешиваясь со слюной. - Но давайте сделаем это дерьмо настоящим. Больше никакой притворной боли.
Она соскользнула с конвейера, подошла к сумке и вытащила несколько коротких острых филейных ножей. На лезвиях отразился слабый свет, проникавший сквозь щели в досках. Райли взяла один из них и провела по лезвию большим пальцем.
- Пока что, только неглубокие порезы, - сказала она низким и голодным голосом. - Прямо когда ты вот-вот кончишь. Хочу смотреть, как ты истекаешь кровью, пока сквиртишь.
Лена села на ленте, ноги все еще раздвинуты, влагалище блестит. Она облизнула губы и быстро кивнула.
- Сделай это. Режь меня, пока я кончаю тебе на лицо.
Миа и Тара с влажными хлопками высвободили кулаки, перчатки блестели от крови, смазки и сока влагалищ. Джесс и Куинн тяжело дышали, их дырочки подергивались, глаза были широко раскрыты от такой же страстной похоти.
- Черт возьми, да, - хрипло сказала Куинн, шире раздвигая ноги. - Режь мне сиськи, пока фистишь меня.
Джесс просто ухмыльнулась, кровь со стены уже стекала по ее груди.
- Сделай так, чтобы было больно. Мы все договорились - никаких ограничений в эти выходные.
Райли раздала ножи. Шесть пар глаз уставились друг на друга, на лицах расплылись влажные улыбки, а пальцы крепче сжали рукояти. Воздух на бойне стал плотнее, напряженнее, впервые за все время секса в нем зазвучала настоящая волна насилия.
Райли, сжимая нож, снова залезла на конвейер и снова уложила Лену плашмя.
- Тогда давайте, блядь, поиграем.
Она зарыла лицо обратно между бедер Лены и прижала плоскую сторону лезвия к внутренней стороне бедра, прямо там, где кожа была мягкой и пульсировала. Остальные придвинулись ближе, перчатки и ножи наготове, игривый смех становился острее, голоднее, когда появились первые неглубокие порезы в ожидании следующего оргазма.
Глава 5
Они перетащили все это в помещение для разделки мяса, расположенное на главном этаже бойни - длинную бетонную камеру, вдоль стен которой стояли столы из нержавеющей стали, c подвесными рельсами, все еще оснащенными тяжелыми мясными крюками. Воздух здесь был более плотным, холодным, пахло старой бойней и ржавчиной. Флуоресцентные лампы мерцали сверху, отбрасывая резкие тени на стоки в полу. Сумки с игрушками и ножами были свалены на один из столов, и шесть женщин, не теряя времени, нырнули обратно в дело.
Тара вытащила из кучи массивный страпон - толщиной с запястье, черный силикон уже блестел от свежей смазки. Она обмотала его витками настоящей колючей проволоки с забора снаружи, туго закрутив острые шипы, так что они торчали, как крошечные бритвенные зубцы.
- Это тебя разнесет, Миа, - сказала она с мерзкой ухмылкой, застегивая портупею вокруг бедер.
Миа опустилась на четвереньки на холодный металлический стол, задрав задницу, из влагалища уже текло после предыдущего фистинга. Тара не входила осторожно. Она одним резким движением вогнала свой колючий член прямо в "киску" Мии.
Tа закричала, сильно выгибая спину, когда проволока вонзилась в ее внутренние стенки. Кровь тут же заструилась по стволу, смешиваясь с ее соками и стекая по бедрам тонкими красными струйками. Тара трахала ее как машина, двигая бедрами вперед, и с каждым движением шипы оставляли свежие порезы. Она вытащила страпон ровно настолько, чтобы в следующий раз вогнать ту же окровавленную колючую длину в анус Мии, растягивая ее пошире и заставляя кровоточить из обеих дырок сразу. Крики Мии превратились в грубые, прерывистые стоны, но она все равно толкалась назад, сжимая влагалище и задницу вокруг разрушения.