Портал к тебе (СИ), стр. 47

Он перевёл взгляд на терминал, где всё ещё застыла последняя строка записи, эта улика нашего общего врага.

— Просто смотри на мои поступки.

Я молчала, чувствуя, как в груди начинает зарождаться что-то новое. Не доверие — нет, до этого ещё слишком далеко. Но какое-то странное, обжигающее любопытство. Он уже собирался уйти, но, дойдя до двери, остановился.

— А потом решишь сама, — он обернулся, и в его глазах мелькнул стальной блеск. — Стоит ли мне доверять.

Дверь закрылась, отсекая его присутствие. Я осталась одна в тишине лаборатории, которая больше не казалась мне гнетущей. Я снова посмотрела на свои руки. Они больше не дрожали. И всё же в этот момент я почувствовала страх совершенно другого рода. Это был страх, который я не знала раньше. Не страх предательства — я уже знала его вкус. Не страх физической боли или смерти — они стали для меня чем-то привычным, почти рутинным. Это был страх возможности снова поверить. Потому что если Рейнар окажется таким же, как Дэмиан, я смогу это пережить. Я уже прошла через худшее, я выжила там, где другие ломались. Я просто снова возведу стену, только на этот раз — выше и крепче. Но если он окажется другим... Тогда мне придётся признать самое страшное. Что, возможно, не весь этот мир заслуживает моего абсолютного недоверия. И что где-то здесь, между холодными чертежами, бесконечными патентами и объявленной войной, я впервые за две свои жизни встретила человека, рядом с которым мне хочется перестать защищаться. Перестать быть призраком. Сражаться. Бежать. А просто остаться.

Глава 31

Заколка-микрофон работала безупречно. Я превратила жизнь Камиллы в открытую книгу, которую читала с ледяным спокойствием. Теперь каждый её разговор, каждый шёпот в спальне Дэмиана, каждое имя, произнесённое вполголоса, становились частью моего личного архива. Я собирала эти крупицы информации, как инженер собирает детали сложного механизма. Я узнавала слишком много. И постепенно начинала понимать одну простую и пугающую вещь: Камилла была куда опаснее, чем я помнила. Не потому, что она была умнее Дэмиана или обладала более глубокими техническими знаниями. Нет. Она была опасна тем, что умела замечать то, что он, в своём высокомерии, привык игнорировать. Людей. Их подлинные эмоции. Их иррациональные страхи. Их крошечные, почти незаметные изменения в поведении, которые для Дэмиана были лишь шумом, а для неё — ключом к управлению.

В тот день мы встретились в саду Академии. Стоял тёплый день, воздух был густым и сладким, пахло влажной землей и цветущими кустами. Камилла сидела на скамье в тени раскидистого дерева, лениво перебирая пальцами лепестки одного из декоративных цветов. Она выглядела воплощением безмятежности. Я уже собиралась пройти мимо, стараясь сохранить образ «сломленной и тихой», когда она подняла взгляд. И в ту же секунду я поняла: она всё почувствовала. Её глаза больше не смотрели на меня с той привычной, приторной и снисходительной нежностью, которая раньше вызывала у меня тошноту. В них появился острый, почти хирургический интерес. Она не просто смотрела на меня — она меня препарировала.

— Ты изменилась, Элис, — произнесла она, и её голос прозвучал как мягкий щелчок предохранителя.

Я остановилась, медленно поворачивая к ней голову.

— Правда? — мой голос был идеально ровным, но внутри я почувствовала, как по спине пробежал знакомый холодок. Игра началась.

Камилла улыбнулась. Эта улыбка не затрагивала её глаз — они оставались холодными и оценивающими. Она медленно провела пальцем по лепестку цветка, а затем, словно невзначай, коснулась райтаниевой заколки в моих волосах.

— Раньше ты была такой простой для меня, — промурлыкала она.

Я заставила себя рассмеяться. Коротко, сухо, имитируя легкое недоумение.

— Очень лестно.

— Я не это имела в виду, — её пальцы на мгновение задержались на холодном металле заколки, и я почти физически почувствовала, как она пытается «считать» мою реакцию. — Раньше ты была как открытая книга. Немного грустная. Немного неуверенная. Очень жаждущая одобрения...

Она посмотрела мне прямо в глаза, и в этом взгляде было столько же любопытства, сколько и опасности.

— А теперь ты напоминаешь мне запертый сейф.

Я промолчала, стараясь даже не дышать слишком глубоко.

— Холодный. Тяжёлый. И очень хорошо защищённый.

Внутри меня неприятно кольнуло. Амулет Орелиана лежал под одеждой, привычно холодный у кожи, создавая ту самую стену, о которую сейчас разбивались попытки Камиллы заглянуть мне в душу.

— Просто я взрослею, Ками, — ответила я, стараясь придать голосу максимально непринужденный тон.

Она тихо рассмеялась, и этот звук был похож на шелест сухой травы.

— Взросление не происходит за одну ночь, дорогая.

Я пожала плечами, глядя на неё с легким, почти снисходительным вызовом.

— Может, я просто долго взрослела, пока никто не замечал?

Камилла продолжала смотреть на меня. Слишком долго. Слишком пристально. Я уже знала этот взгляд. Она не верила ни одному моему слову. Но самое главное — она пока не понимала, чему именно не верит. Она чувствовала фальшь, но не могла нащупать её источник. И это было хорошо. Пока что.

Вечером я снова включила запись. Сначала из динамика доносился лишь белый шум и приглушенные звуки окружающей обстановки. Затем проступили голоса. Дэмиан и Камилла. Я узнала его голос мгновенно. Даже сквозь помехи он оставался прежним — обволакивающим, спокойным, почти гипнотическим. Тем самым голосом, который когда-то заставлял меня верить, что весь мир сосредоточен вокруг него одного.

— Он просто исчез, — раздражённо бросил Дэмиан. В его тоне впервые за долгое время проскользнула нотка настоящего бессилия. — Мои люди говорят, что он открыл портал прямо перед их носом.

Я застыла, чувствуя, как сердце пропустило удар.

— В последний момент, — продолжил он, и я почти видела, как он раздраженно сжимает кулаки. — Они даже не успели понять, куда он ушёл.

Наступила тяжелая пауза. Было слышно только мерное тиканье часов где-то на фоне. А затем раздался голос Камиллы — тихий, задумчивый и пугающе проницательный:

— Много ли изобретателей ты знаешь с врождённым даром портальщика?

Я перестала дышать. Воздух в комнате внезапно стал слишком густым, а тишина — оглушительной.

Дэмиан ничего не ответил сразу. Я почти слышала, как он замер, обдумывая её слова.

— К чему ты клонишь? — его голос стал жестче.

— Ни к чему, — голос Камиллы оставался совершенно спокойным. Слишком спокойным. В этой безмятежности сквозила опасная уверенность хищника, который уже почуял след. — Просто подумала.

— Не начинай, — отрезал он.

— Я ничего не начинаю, Дэмиан.

Снова пауза. Тягучая, как смола.

— Но если человек способен открыть портал без подготовленного контура...

Она не договорила. Ей и не нужно было. Мне больше не нужно было слушать. Я резко выключила запись, и звук оборвался, оставив после себя звенящую пустоту. В кабинете стало тихо. Слишком тихо. Я медленно откинулась на спинку кресла, чувствуя, как тело становится тяжелым, словно налитым свинцом.

Камилла не знала. Нет. Пока не знала наверняка. Но впервые в её голове появилась правильная переменная. «Портальщик». Одно слово, которое превращало меня из цели в трофей. И теперь она будет искать подтверждение. Она будет выслеживать каждую мою ошибку, каждый случайный жест, каждую аномалию в моем поведении, пока не найдет ту самую зацепку. Я закрыла глаза, и темнота перед веками тут же сменилась вспышкой воспоминаний. Тот переулок. Холодный дождь. Серые плащи, мелькающие в тумане. Резкий удар. Паника, заполнившая легкие ледяным воздухом. И тот самый момент, когда я, окончательно потеряв контроль, сорвала эфир с собственного тела и заставила пространство разорваться. Я сама дала им эту ниточку. И теперь Камилла будет тянуть за неё, пока не вытянет меня на свет.

Я думала, что меня пугает Камилла. Что меня пугает Дэмиан. Что меня пугает эта бесконечная, душная возможность снова оказаться в той же ловушке, где моя воля будет принадлежать кому-то другому. Но оказалось, что есть кое-что ещё. Гораздо хуже. Рейнар.