Портал к тебе (СИ), стр. 29

Я положила папку на стол.

— Мне хватит трёх.

Он остановился. Медленно поднял голову и посмотрел на меня. Я чувствовала себя в полной безопасности. Артефакт под воротником работал безупречно, модулятор голоса был настроен, а оптический контур создавал идеальную маску. Для всего мира я была Э. Райтом — уверенным в себе специалистом с многообещающими патентами.

Но в тот момент, когда наши взгляды встретились, я ощутила странный толчок. Это было почти физическое чувство — словно кто-то внезапно коснулся моей кожи ледяными пальцами, проходя сквозь все слои защиты. Рейнар не просто смотрел на меня. Он словно смотрел сквозь маску.

Я замерла. Внутри всё похолодело. Я была уверена в качестве своего оборудования, но взгляд Рейнара был слишком... точным. В нём не было ни тени сомнения. Он не пытался разгадать, кто скрывается за образом Райта — он уже знал.

Я была готова к чему угодно: к сухому деловому разговору, к скепсису, к высокомерию. Но я совершенно не была готова к тому, что моя маскировка окажется бесполезной. Он смотрел не на Э. Райта, который пришел к нему, а прямо на меня. Сквозь иллюзию.

Его взгляд задержался на моих глазах. В нём не было ни гнева, ни шока. Только странная, глубокая узнаваемость, которую я не смогла расшифровать. Я почувствовала, как сердце пропустило удар. Он видел меня. Настоящую. Как? Каким образом он смог пробить защиту артефакта?

Я смотрела на него, и в моей голове начали всплывать вопросы один за другим. Но Рейнар продолжал молчать, и это молчание было самым громким разоблачением в моей жизни.

Он опустил взгляд обратно на документы.

— Продолжайте, господин Райт.

Глава 21.2

Я замерла. Он ничего не сказал. Не выдал меня, не задал ни одного уточняющего вопроса, не потребовал объяснений. Он просто позволил мне играть дальше. Хорошо. Значит, игра началась. Я раскрыла папку, стараясь, чтобы мои пальцы не дрожали.

— В течение трёх месяцев восточные гильдии попытаются сорвать строительство вашего северного тракта.

Рейнар продолжал читать, даже не шелохнувшись, но я заметила, как едва заметно напряглись его плечи.

— Они ударят по участку между вторым и третьим узлами. Используют нестабильный эфирный заряд, замаскированный под обычный промышленный сброс.

Я перевернула страницу, и звук бумаги в тишине кабинета прозвучал как выстрел.

— Если ваши инженеры не изменят схему давления, возникнет цепная реакция. Вы потеряете оборудование и минимум полгода строительных работ.

Рейнар наконец отложил бумаги, и этот жест был медленным, почти ленивым, но в нём чувствовалась скрытая угроза. Он сложил пальцы домиком, глядя на меня так, словно я была интересным насекомым, которого он раздумывал, раздавить или сохранить для коллекции.

— Откуда у вас эта информация? — голос его звучал низко, с легким металлическим оттенком. — Такие детали о северном пути не обсуждаются даже в закрытых советах директоров.

— Из расчётов, — ответила я, стараясь, чтобы голос модулятора не дрогнул. Я чувствовала, как под воротником рубашки пульсирует артефакт, создавая иллюзию уверенности, в то время как внутри меня всё сжималось от осознания того, что он видит меня настоящую.

— Каких расчётов? — он чуть наклонил голову, и в его льдисто-голубых глазах вспыхнуло холодное любопытство.

— Моих.

— Вы работали с восточными гильдиями? — в его вопросе слышался скепсис. Он искал лазейку, пытался понять, не являюсь ли я шпионом конкурентов.

— Нет, — отрезала я.

— Тогда откуда такая осведомленность?

Я посмотрела ему прямо в глаза, заставляя себя не отводить взгляд. В этот момент я почти физически ощущала, как он сканирует мою душу, проходя сквозь все слои лжи и маскировки.

— Потому что я знаю, где искать слабые места, господин Ван-Голд. В любом проекте, будь то государственная граница или ваша транспортная сеть, всегда есть точка разрыва. Нужно лишь уметь её видеть.

Он молчал. Тишина в кабинете стала почти осязаемой, густой, как смола. Я видела, как он обдумывает мои слова, и позволила себе едва заметную, почти дерзкую улыбку.

— И потому что ваши инженеры, при всем их опыте, совершили довольно очевидную ошибку в расчетах резонанса.

Его бровь чуть приподнялась. В этом жесте было столько высокомерия, что я почти почувствовала его на вкус.

— Очевидную? — переспросил он, и в его голосе промелькнула опасная нотка.

— Для меня — да. Для тех, кто привык смотреть на эфир как на топливо, а не как на живой поток, эта ошибка останется незамеченной до самого момента взрыва.

В комнате снова повисла тишина, но теперь она была другой. Напряженной, наэлектризованной. Я видела, как он снова изучает меня. Теперь это был уже не просто интерес к деловому партнеру. Он смотрел на меня как на загадку, которую ему отчаянно хотелось разгадать. Он прекрасно знал, кто я. Он видел Элис Барнс, но он не понимал, зачем она пришла, прикрывшись именем господина Райта. И эта неопределенность была моим главным козырем.

— Что вы хотите? — наконец спросил он, и его голос стал чуть мягче, но не утратил своей властности.

— Лабораторию, — ответила я, и это слово прозвучало как требование.

Он чуть нахмурился, откидываясь на спинку массивного кресла.

— Только?

— Доступ к оборудованию. Материалам. Эфирным кристаллам высшей очистки. И специалистам, которые будут работать под моим началом, — я перечислила это спокойно, без тени просьбы. Это был список требований.

— Дорого, — коротко бросил он. В его глазах мелькнула тень иронии. — Очень дорого. Вы просите ресурсы, на которые многие тратят десятилетия, чтобы получить лишь разрешение на их использование.

— Я знаю, — ответила я, и в моем голосе прозвучала холодная уверенность. — Но я предлагаю вам сделку, которая окупит эти затраты в десятикратном размере. И это я еще сильно преуменьшаю.

— И что же вы собираетесь создавать в этих стенах, господин Райт? — Он прищурился, и я почувствовала, как он снова пытается прощупать мою реакцию, а слово «господин» звучало почти издевательски.

— Технологию, которая изменит рынок. Сделает ваши текущие разработки пережитком прошлого.

Рейнар медленно выдохнул, и на его губах появилась тень улыбки — не доброй, а скорее признающей силу противника.

— Амбициозно. Слишком амбициозно даже для такого уверенного в себе человека.

— Практично, — парировала я. — Амбиции — это для тех, кто мечтает. Я же просто считаю цифры.

— Патент? — Его голос стал предельно серьезным. Это был главный вопрос. Единственный, который действительно имел значение для владельца империи.

— Все мои разработки будут зарегистрированы на имя господина Райта, — я произнесла это четко, отсекая любые попытки присвоить мои труды. — Я предоставляю вам приоритетное право использования технологии и процент от прибыли, но авторство и права остаются за мной.

Он на мгновение посмотрел на меня особенно внимательно, и я почувствовала, как воздух в кабинете стал густым, почти осязаемым.

— Значит, вы намерены существовать только под этим именем? — в его вопросе прозвучала странная, едва уловимая нотка.

Я выдержала его взгляд, стараясь, чтобы дыхание оставалось ровным.

— Мне нравится это имя.

— Разумеется, — в его голосе промелькнуло что-то насмешливое, почти интимное, словно он делился со мной какой-то тайной шуткой, которую я была не в состоянии понять.

Я не стала реагировать. Любая эмоция сейчас была бы признанием поражения.

— Мне не нужна ваша должность, — продолжила я, возвращая разговор в деловое русло. — Не нужны ваши деньги. Мне нужны ресурсы.

— А взамен?

— Я дам вам технологии.

— И информацию вроде этой? — Он чуть приподнял подбородок, ожидая ответа.

— Если она будет касаться ваших интересов.

Глава 21.3

Рейнар медленно поднялся. Он обошёл массивный стол, сокращая дистанцию, и остановился прямо напротив меня. Я почувствовала тонкий, почти обжигающий аромат — смесь дорогого свежего парфюма с нотами холодного кедра и чего-то, напоминающего запах озона перед сильной грозой. Этот запах не обволакивал, как привычные ароматы, он словно прочерчивал вокруг него ледяную границу. Я не отступила, хотя всё моё существо кричало о том, что я нахожусь в опасной близости от хищника.