Злая Ведьма и Малыш, стр. 5

– Александр, – произнесла я куда тише и спокойнее. – Именно поэтому я и хочу создать Сенат. Ты заблуждаешься. Ни Парламент, ни люди, ни страна тебе не принадлежат. Ты служил им. Верой и правдой. Может, не всегда совсем уж честно. Может, порой добывая выгоду и для собственного кармана, но все еще желая блага для большинства. Поэтому ты там, где ты есть. Но теперь твоя служба подходит к концу.

Александр сжал кулак и едва было не ударил им по стеклу.

– Ты грабишь меня, Анна. Прямо посреди дня. Как какой-нибудь дорожный бандит, хочешь отобрать все, что я создал, – сквозь сжатые зубы, процедил Александр.

Я вздохнула и покачала головой. Наверное, мне стоило признать, что тот веселый, всегда готовый помочь попавшим в беду мальчишка уже давно остался в прошлом. Но, Малыш, как же мне не хотелось прощаться с другом.

– Мне жаль, Александр, что ты все так видишь. Но я уверена, что пройдет время, и ты поймешь, что это было лучшим…

– Давай поженимся, Анна.

Я едва было не призвала посох и свою магию. И дело даже не в том, что именно сказал Александр, а в том, что он осмелился меня перебить. Такую вольность я, покуда еще носила титул Императрицы, не могла простить.

– Этого никогда не будет, Александр, – отрезала я. – А теперь хватит пустых разговоров. Ступай.

– Мы будем править вечно, Анна. Ты и я. И мы перейдем Спящие Горы, и пройдем маршем по их землям, пока не дойдем до океана. А там, за ним, мы увидим новые края, которые подчинятся нашей короне. Моей короне. И тебе по мою правую руку.

Мне стоило, Малыш, понять что-то раньше. Может быть, даже не в момент того разговора, а еще прежде. Увидеть то жгучее чувство, что съедало Александра изнутри. Ту непостижимую жадность, которая подчинила себе моего друга. Но я была слепа. Слепа и глуха.

Потому что не услышала самого главного – того, как уже некоторое время не мурчал Адвад. Я повернулась к своему брату и увидела, что тот, лежа у миски с молоком, почти не двигался.

Я взмахнула рукой и произнесла слова, призывая посох и Черное Пламя, но что-то встало на их пути. Что-то темное и тяжелое упало мне на плечи и заставило рухнуть на колени.

Я подняла взгляд выше и увидела, как темнеют белки Александра, а его зрачки постепенно наливаются цветом раскаленных углей в молодом костре.

– Ведьмак… – с трудом прохрипела я. – Что ты… наделал… Александр.

Он заключил сделку. Сделку с Дивом. Но совсем не ту, что заключила, когда-то, я. Совсем не ту…

Некогда мой друг, а теперь чудовище в облике человека, наклонился и вздернул мой подбородок, придвинув лицо так близко, что я чувствовала его дыхание на своем лбу.

– То, что был должен, – прошептал он. – Как и ты. Каждые десять лет по одному младенцу в обмен на силу и вечную жизнь? Самый простой выбор, который мне только приходилось делать. А мы сможем родить много. Куда больше одного раза в десять лет.

Я попыталась дотянуться до ножа, спрятанного под широким поясом, но Александр щелкнул пальцами. Вспыхнули ярким, зеленым пламенем мои шкафы. Пеплом взвились книги и трактаты, а где-то среди них исчезала и старая сказка, которую мне в детстве читала матушка.

По ту сторону, на стенах, горели волшебные руны языка Дивов, сковывающие мою магию и силы.

– Я готовился к этому целый год, моя Императрица, – последние слова Александр произнес с неприкрытой, жгучей издевкой. – Не думай, что это просто блажь. Но, в память о детской дружбе, я дам тебе выбор. Ты либо отдашься мне сама и добровольно передашь мне корону, либо я заставлю тебя это сделать.

Я заглянула в его глаза, потерявшие последние остатки человечности. Где Александр отыскал путь в край Дивов? Как он нашел того, кто был готов заключить сделку, нарушавшую законы Двух Цариц? Как, всего за год, добился такой чудовищной силы? Все эти вопросы в тот момент меня абсолютно не волновали.

– Попробуй, – с трудом, едва проталкивая слова немеющим языком, произнесла я.

Александр натянул на лицо все ту же наигранную улыбочку и всплеснул руками.

– Сама выбрала, Анна. Я предлагал другое.

Он откинул борт камзола и вытащил из ножен длинный клинок, вырезанный из кости и покрытый рунами. Спокойно, даже нарочито медленно, он провел им по своей ладони, а затем, резким движением, вонзил мне в живот.

Я застонала от боли, но сдержала предательский крик. Он не добьется от меня такой привилегии. Никто, за все двадцать лет, не слышал криков Хозяйки Теней, и обезумевший от жадности чиновник не станет первым.

Но боль, постепенно, стихала, а рана стремительно затягивалась. Прямо на глазах кровь таяла розовым туманом, а рваные края стягивались. Вот только костяное лезвие, треснув, вдруг рассыпалось прахом, оставившим на моей коже вереницу символов.

Александр снова щелкнул пальцами, и письмена на стенах погасли. Я тут же попыталась призвать посох и не смогла. Меня скрутила такая боль, о которой я прежде даже не подозревала. Будто каждую клеточку тела, от пальцев до кончиков волос, погрузили в кипящее масло. Словно меня одновременно порезали тысячи листов бумаги, в ноги и руки вонзили мечи и копья, а в глаза воткнули длинные, зазубренные жала, попутно сжав голову чугунными тисками.

С трудом дыша, едва разбирая, что вижу, я отшатнулась к стеклу и тяжело задышала.

– Пока я не разрешу, Анна, ты не сможешь призвать ни Тени, ни Черное Пламя, – посмеиваясь, Александр отошел к креслу, к моему креслу, и нагло в него плюхнулся. – А если будешь усердствовать, то не добьешься ничего, кроме, разве что, своей смерти.

Я смотрела на него. На этого столь высокого, но, одновременно, такого маленького и, теперь уже, совсем не человека. Еще не монстр, но уже не смертный. Ведьмак. Создание порочного порыва и магии. Существо, которым, точно так же, как и мной, пугали маленьких детей, уча тех, кому стоит верить, а кому нет.

Жаль, что родители не успели рассказать мне о том, что враг предать не может. На это способен только друг.

– Гвар… – я пыталась позвать стражников, но те и сами пришли.

Мои верные Темные Рыцари. Девять, нет, десять воинов – облаченные в доспехи, они распахнули двери и вошли в кабинет.

– Господа, – Александр вальяжно махнул рукой. – Отведите нашу почтенную Императрицу в ее покои. Ее Императорскому Величеству нездоровится. И, думаю, ей потребуется… пара месяцев, чтобы осознать свое новое положение. И пусть она проведет их наедине с собой.

– Ваша светлость, – отчеканили рыцари.

– Что… что ты сделал с остальными? – с трудом спросила я, попутно отодвигаясь все дальше и дальше от опасливо приближающихся ко мне воинов.

– Корпус Темных Рыцарей был расформирован еще утром, Анна, – не стал скрывать Александр. – Уверен, найдутся те, кто не поверят в то, что завтра расскажут про твою болезнь народу. Будут и те, кто попытаются что-то разузнать и даже помочь, так что… именно поэтому всех, кто служил в корпусе, отправят в разные уголки Империи. Продолжать трудиться, разумеется, на благо народа. Ну а самых ретивых мы, так скажем, заставим исчезнуть. Конечно же вместе с семьями. Чтобы, как вы, моя Императрица, могли догадаться – не поднимать лишних волнений.

Я широко распахнула глаза. Мои воины. Мои верные воины, пролившие столько крови и принесшие столько жертв.

– Чудовище.

– Серьезно? – засмеялся Александр. – И это мне говоришь ты? После того, что сотворила на побережье?

– Чтобы выжило сорок тысяч тех, кому приказали нас остановить, монстр, а не чтобы захватить трон!

– Демагогия, – отмахнулся Александр, а предатели, облаченные в доспехи, которых не заслуживали, явно осмелели. – И, как видишь, я был прав, когда говорил, что тебе не стоит бояться пророчества той старухи. Как же утомительна была твоя привычка из-за этого ничего не брать из чужих рук, Анна. Но ничего. Скоро я тебя отучу и от нее тоже. Взять ее.

Рыцари рванули вперед, а я, наконец, добралась до неприметной ручки, открывавшей часть витража. Всем весом налегла на нее и… ничего не произошло.