Часовщик 6 (СИ), стр. 15

— Спасибо, ваша светлость, — Владимир поклонился.

— Если вы вместо нас примете других людей, вся наша работа пойдёт насмарку. Каждый готовит должностные инструкции под себя, — ворчливо произнёс Андрей.

— Понимаю, — согласился я, — но основа у них общая. Отличаются лишь нюансы. Я готов вам дать достаточно много власти и свободы в принятии решений. Но при этом должен держать руку на пульсе. Мы поняли друг друга? — Я поймал взгляд Андрея, и тот не спеша кивнул, соглашаясь со мной.

На этой ноте я распрощался со своими людьми. По пути домой продолжал размышлять на эту тему. Последнее время я много читал и прикидывал в голове схему управления родом. У меня получалось два крыла. Экономическое, во главе которого мечтает встать Тимофей, и силовое, во главе которого будет Андрей Гусев. Ему уже будет подчиняться Владимир как командир бойцов. Ещё ему надо будет найти человека, который возглавит разведку рода, или взвалить эту должность на себя. Предстоит много работы, но я очень надеялся, что не мне. Моё дело — контролировать и принимать финальные решения, не вдаваясь в детали. Пусть я и глава рода, но как ни крути, но быть мастером рунологии мне нравится куда больше.

В среду я снова сидел в нашем небольшом офисе. На этот раз меня порадовал Фёдор Кошелев. Изначально я думал, что именно он встанет во главе моей гвардии. Тоже вояка, как и Владимир, только не растерявший формы. Самый простой и прямой из этой хитрой троицы пенсионеров. Но, по итогу, Андрей и Владимир захватили власть, а Фёдор остался не у дел. Хотя как сказать. Дело он себе нашёл и вот сейчас сидел напротив меня, докладывая о своих успехах:

— Есть для вас идеальный особняк. В аренду. Всего три тысячи рублей в месяц. Сдаётся до августа. Из-за этого такая низкая цена. Принадлежит виконту Ларину. Род не слишком богатый. Сейчас проживают на Дальнем Востоке, но к сентябрю планируют вернуться в Нижний Новгород. У них сыну исполняется шестнадцать лет, а школа магии в нашем городе считается одной из лучших.

— А что у них за дела на Дальнем Востоке? — удивился я таким географическим расстояниям.

— Занимаются поставками морепродуктов. Имеются рыбные фермы. Насколько я понял, глава семейства останется там, сюда вернётся семья. Жена главы с детьми.

— Интересно, — согласился я задумчиво. Да, место жительства надо менять. Мой дом сейчас слишком мал для графа и главы рода. Даже охрану негде разместить, я уж молчу о том, что гостей не принять. Только вот переселяться в чужой дом всё равно не лежит душа.

— Дом сдаётся с мебелью и прислугой, — продолжил Фёдор, — от центра Нижнего всего двадцать минут на автомобиле. До школы будет удобно добираться.

— Ещё и с прислугой, — протянул я, — жить в чужом доме, с чужой прислугой, с чужой мебелью. Там, наверняка, ещё и чужие портреты по стенам развешаны.

Владимир, сидевший рядом, за своим столом, поднял взгляд и посмотрел на меня:

— Нужно место. Собирать бойцов, слаживать, общаться. Нужен склад для оружия и обмундирования. В бизнес-центре это делать неправильно, — коротко произнёс он.

— Но и в чужом доме тоже, — покачал я головой и повернулся к Фёдору.

— Езжай-ка ты в город Урень. Там у меня фабрика. Хорошее место, чтобы обзавестись своим домом. Тем более, дом там имеется. От прошлого владельца остался. Наследники готовы его продать. Да, от Нижнего Новгорода путь неблизкий, но мне туда всё равно придётся ездить хотя бы раз в неделю. Да и мэр города свой, — улыбнулся я, вспомнив исполняющего обязанности мэра, который готов был поделиться со мной своей властью.

— Урень, — Фёдор почесал коротко стриженный затылок, — не такой уж и плохой вариант. Но, я так понимаю, вы туда не переедете? Всё-таки от школы далеко.

— До конца учёбы точно не перееду. Но под остальные задачи, которые озвучил Владимир, дом подходит. Нам нужна своя база. А Урень вообще уникальное место. Чужие там не ходят, а если и появятся, то сразу видны.

— С утра отправлюсь! — решительно произнёс Фёдор.

После разговора я зашёл к Петру. Имелось у меня к нему несколько вопросов.

— Добрый вечер, ваша светлость, — он вежливо встал из-за стола.

— Садись уж, — кивнул я, усаживаясь к нему за стол и внимательно разглядывая.

Адвокат выглядел лет на тридцать. Идеально пошитый костюм, гладко выбритое лицо, безупречно уложенная причёска. Внимательные глаза. Правда, на деле ему оказалось всего двадцать шесть. Я это обнаружил, когда подписывал доверенность. Интересно, что ещё он скрыл от меня.

— Вы что-то хотели, — нарушил он паузу, так и не сев за стол.

— Расскажи-ка мне, Пётр, почему ты поехал с нами на освобождение транспортной компании? Да, и не кажется ли тебе, что ты слишком плотно занимаешься делами моего рода? При этом счета за свои услуги выставляешь редко, и суммы там небольшие…

Выглядело всё это действительно подозрительно. Юрист, адвокат. Образованный, ценный человек, который вместо своих дел и заработка денег уделяет почти всё своё свободное время моим делам. Даже последние пару дней он готовил договора с бойцами и помогал с разработкой бумаг Андрею и Владимиру.

— Ваша светлость, — я услышал в голосе Петра неуверенность. Удивительно. — Вы пришли ко мне по рекомендации Колычева. Вы знаете, что я иногда работаю с ним?

— Да, — кивнул я, — Матвей говорил, что плотно работает с тобой.

— Возможно, вас несколько ввели в заблуждение, — немного кривовато начал Пётр. — Матвей Фёдорович работает с адвокатом Юрасовым. Юрасовым Арнольдом. Работает давно и плотно. Меня иногда привлекают к делам рода Колычева, но, скорее, по мелочам…

— Любопытно, — кивнул я, разглядывая Петра. Он стоял ровно и смотрел в пол, как провинившийся. — Ты же у нас Пётр Арнольдович. Из чего я делаю вывод, что Арнольд Юрасов — твой отец, и именно с ним работает Колычев.

— Всё так и есть, — тихо произнёс Пётр и поднял на меня взгляд, — но моя компетенция позволяет решать практически любые вопросы, — с жаром продолжил он, — у меня хорошее образование и достаточно опыта! Я с шестнадцати лет помогаю отцу.

— Ни минуты не сомневался в твоих умениях, — согласился я, — ещё с нашей первой встречи, когда ты пытался поставить вояк на место. Помнится, ты весьма смело себя вёл. Думаю, твой отец не смог бы справиться лучше.

— Благодарю, — от моей похвалы у него покраснели кончики ушей. Я говорил от чистого сердца. Скорее всего, его отец бы не стал влезать в свару и пытаться защитить своего клиента на месте. Опытные взрослые люди не лезут в драку. Они всё фиксируют, а потом выставляют счёт. Причём обеим сторонам.

— Но мне не нравится, что ты не был со мной откровенен, — укорил его я, — скажи вслух, какие цели ты преследуешь? — Я прекрасно догадывался, что услышу, но это надо было не только мне, но и Петру. Именно он должен был озвучить своё потаённое желание.

— Я не дворянин. Мои перспективы не так уж и радужны. Решать бытовые вопросы, защищать мелких преступников, по дурости совершивших преступления… Консультировать небольшие фирмы, составлять договора… Безусловно, это нужные и полезные вещи. Но мой отец работает с родом Колычевых, и его жизнь гораздо интереснее и полезней. Возможно, лет через двадцать я смогу заменить его, но прозябать свои лучшие годы, занимаясь скучной работой, не по мне, — Пётр замолчал, преданно глядя на меня.

— Я тебя понимаю, но ты так и не договорил, — напомнил я. Что вообще за привычка у людей не говорить самого важного? Боятся отказа или что?

— Мне хотелось бы или заключить договор с вашим родом, или возглавить юридическую службу и связать свою жизнь с родом Андер, — наконец-то Пётр сказал всё, что хотел, уверенно глядя мне в глаза. Даже с некоторым вызовом.

Настроение у меня было хорошее. Хотелось пошутить, поинтересоваться: ведь не так уж тяжело это сказать? Почему раньше молчал? Но я удержался, лишь внимательно посмотрел на него.

К самому Колычеву у меня вопросов не было. Он сделал всё правильно: дал мне телефон адвоката, который может решить проблемы. А какие проблемы могут возникнуть у простолюдина? Не проблемы, так, проблемки. А если возникло бы что-то серьёзное, наверняка подключился бы отец Петра и всё порешал. Но Пётр решил не привлекать своего отца и, на мой взгляд, уже доказал свою состоятельность.