Жизнь с нуля в альтернативном мире. Том 1 (СИ), стр. 21
Сквер был пуст. Тёмный. Тихий.
Я бросил в него короткий взгляд — просто на всякий случай, протокольно. Сканер в кармане молчал. Никаких аномалий. Никаких тварей. Просто мокрые кусты, покосившийся фонарь и запах прелой листвы.
На двенадцатом фонаре — подходы к общаге. Я увидел знакомую пятиэтажку, тёмные окна, тусклый свет над подъездом. Окно комнаты дяди Толи — на третьем этаже, третье слева — было тёмным. Тролль-полукровка, видимо, ещё не вышел из своего алкогольного ступора.
Я зашёл в подъезд. Лифт, конечно, не работал. Писали на стене: «не работает с 1997 года», и с тех пор, видимо, никто не удосужился это исправить. Поднялся по лестнице пешком. Первый этаж. Второй. Третий.
И вот тут я остановился, ибо услышал вскрик и шорох. Прямо там, у двери в комнату Толи. Ну и моя чуйка тут же «воспела», что надо бы проверить кое-что. Лезть на рожон я всё равно бы не стал, но если сейчас у меня была возможность получить опыт, то… почему бы и нет?
Я достал телефон, открыл сканер. Но системное окно дало уведомление быстрее, чем я успел присмотреться к навигатору.
[Сканирование помещения 304…]
[Угроза: средняя.]
[Рекомендация: пока не входить.]
Я посмотрел на экран. Посмотрел на дверь. Посмотрел на экран.
«Пока не входить? Любопытно!»
Я опустил телефон в карман. Сделал шаг к двери. Ещё один. Аккуратно, на носках, чтобы не скрипнула подошва о клеёнку на лестничной клетке.
Перед дверью я остановился. Приложил ухо к холодному дерматину.
Сначала послышался шорох. Затем появился мужской голос. Тихий… незнакомый.
— … ну и где он? — говорил голос. — Должен же был уже подойти.
Пауза. Затем — другой голос. Тонкий, дрожащий, едва различимый. Голос дяди Толи.
— Я ж г-говорил… я ж г-говорил, что он не придёт… он же… он же…
— Замолчи, — оборвал первый. — Замолчи и сиди тихо. Если он не придёт через пятнадцать минут, мы уходим. И тогда уже неважно… понял?
Пауза.
— Я-я понял… я-я…
Я отлепил ухо от двери, выпрямился, посмотрел на дверь.
В комнате дяди Толи сидел человек… и заставлял дядю Толю ждать меня. Чтобы что? Чтобы проверить? Убить? Забрать?
Система в углу зрения услужливо мигала:
[Внимание!]
[Зафиксирована засада в помещении 304.]
[Количество объектов: 3 (человек — 1, полукровка — 2).]
[Условие боя: ограниченная зона. Свидетели: отсутствуют.]
[Легальный бой — при условии самообороны.]
[Рекомендация: подготовиться.]
«Ого, ещё кто-то?»
[Внимание!]
[Ваша дальнейшая судьба зависит от принятых вами решений.]
Глава 8
Постоял у двери ещё пару секунд, дабы подумать. Посматривал на уведомление и понимал: надо переть туда!
[Внимание!]
[Зафиксирована засада в помещении 304.]
[Количество объектов: 3 (человек — 1, полукровка — 2).]
[Условие боя: ограниченная зона. Свидетели: отсутствуют.]
[Легальный бой — при условии самообороны.]
[Рекомендация: подготовиться.]
«Подготовиться, — мысленно хмыкнул. — К чему? К драке с тремя в комнатушке на двенадцать метров? Это не бой, это возня в шкафу».
Ладно… А если подумать, то серьёзным противником, по сути, мог быть только дядя Толя. Человек — сразу мимо, да и…
«Там всего две полукровки, — задумался я. — Ну, блин, неужели не порву? Конечно, порву!»
И тут, словно специально, послышались голоса. Как будто госпожа удача сама подкинула мне информацию! В общем, один я узнал тут же: дяди Толин — тонкий, дрожащий, жалкий. Второй — мужской, спокойный, ровный… без всяких там яких! Третий принадлежал женщине!
В общем, зачем тянуть судьбу за бубенцы, верно?
Короче, я постучал! Но дружелюбно, по-соседски! Три раза…
За дверью что-то загремело. Пролетел стул по полу: кто-то резко встал. Потом… наступила тишина, и она, сволочь, была прям такой долгой, но терпимой.
— Кто? — наконец послышался голос Толи.
— Сосед, — ответил. — Земцов. Просто хотел…
Послышалось кряхтение, после чего — хрен мне, а не ответ! Было слышно, как за дверью кто-то шепчется… Спустя полминуты, видимо, дядя Толя получил инструктаж и ответил:
— А-а, Земцов… Ну, заходи, чё. У нас тут… гости.
Последнее слово он произнёс с такой интонацией, будто сам не верил в то, что говорит. Промелькнула мысль: а стоит ли вообще входить? Система молчала. Ни «не входить», ни «входить».
Положил ладонь на дверную ручку и тут понял: а почему бы и нет?
Если меня поджидают, если там замануха — надо бить первым! Да так, чтобы помнили! Она была металлическая, советского образца, так что…
Я пропустил через неё микроразряд. Маленький, как щелчок электростатического пёрышка. Большего я выдать физически не мог, но этого хватило.
Хотя нет — мог. Я не пользовался своим «запасом», который получил на подстанции. Так что… на бой хватило бы!
За дверью кто-то вздрогнул — послышалось, как втянули воздух сквозь зубы. Потом упало тело, упал стул и кто-то зашипел:
— Толян, твою мать!
— А я-то тут при чём⁈ — пискнул дядя Толя. — Это не я, это он!
И опять наступила тишина. Я стоял, они молчали… Спустя минуту приоткрылась дверь.
— Заходи, — сказал мужской голос. — Раз уж пришёл.
Ну и я зашёл как ни в чём не бывало.
Комната дяди Толи была примерно такой же, как моя, только грязнее. Тот же продавленный диван, тот же шведский столик с пустыми бутылками, те же обои, которые отходили от углов. Только у Толи отходили активнее — видно, он когда-то пытался их клеить обратно скотчем, но потом сдался.
У окна, спиной к свету, стояла девушка.
Посмотрел на неё и забыл, что собирался сказать.
Ей было лет девятнадцать, может, чуть больше. Рыжая, ярко-рыжая, некрашеная — почему-то сразу понял, что некрашеная, хотя обычно так не угадывают. Кожаная куртка нараспашку, под ней — чёрная водолазка, джинсы, ботинки на высокой платформе. Стройная… явно гибкая!
«Ой, и чего это я?»
Она напомнила мне подругу из моего мира, ВертиХвостовуАС. Да-да, такое вот у неё имечко было! Она была рыжей, богиней в постели и маньяком в бою. Срубала головы тварям на раз-два!
Лицо с выраженными скулами, ещё… реально, как у моей знакомой, — чуть вздёрнутый нос. И взгляд. Взгляд был оценивающий, дерзкий, насмешливый. И при этом — любопытный. Так смотрят на нового зверя в зоопарке: интересно, укусит или нет?
Между нами что-то щёлкнуло.
Ну, не страсть, а узнавание. Не более. Она чуть подняла бровь и тут же опустила, будто поймала себя на чём-то лишнем.
— Вот, — сказал дядя Толя, поднимаясь с пола, который открыл мне дверь. — Это и есть Артур.
А я повернулся к мужику, который стоял у двери. Он был невысокий, в мятом сером плаще и шапке, натянутой почти до бровей. Лицо — самое обычное. Такие в толпе не запоминались. Если бы попросили описать его приметы для ориентировки — сдался бы на второй минуте.
«Шпион, — почему-то подумал я. — Штирлиц никогда не был так близок к провалу! Чёрт, — вновь задумался, — а кто такой Штирлиц?»
— Проходи, Артур, — сказал мужичок, кивнув на единственный незанятый стул. — Садись. Поговорим.
— А я-то думал, что дядя Толя пьёт один, — сказал спокойно. — Оказывается, у него компания.
— У него всегда компания, — мужичок снял шапку, повесил на спинку стула. — Только обычно это бутылка и телевизор. Сегодня — я.
Сел. Дядя Толя облокотился на стену и старался на меня даже не смотреть.
— Я — Связной, — представился мужичок. — Можешь звать меня так. Имя моё тебе ни к чему.
— А я — Земцов, — ответил я. — Артур. Но вы, кажется, и так это знаете.
— Знаю, — кивнул Связной. — И очень ждал.
— Вот как.
— Вот так. — Он достал из кармана плаща телефон, разблокировал его. — Артур Сергеевич Земцов. Двадцать лет. Родился в Смоленске, мать — неизвестна, отец — неизвестен, воспитывался в детдоме. Учился в ПТУ номер семнадцать на электрика. Отчислился на третьем курсе, потом восстановился, потом закончил. Бабушка в Смоленске, больше родственников нет. Привод в полицию по малолетке — драка, условно. Не судим…