"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 966
- Не Гестапо, а INDEMI, - строго сказал майор, - и, кстати, откуда ты меня знаешь?
- Это просто! - она улыбнулась, - Все наши знают, что вы приехали. А я вас помню, вы воевали здесь в начале января. Вы тогда были банши, а мы по руслу ручья таскали вам жратву. Я тоже. Мне показали вас, но вы меня не заметили, очень заняты были. Вот.
- Ясно. Ну, юная героиня фронтовой логистики, теперь скажи, почему ты решила, что указанная персона, мисс Наоми Морган, это шпионка-агитатор?
- Ну, она чужая, и она вынюхивает, про все расспрашивает. Никакой турист, и никакой гастарбайтер не будет расспрашивать про то, про что она. Получается: вот.
- А может, тебе сказал кто-то, что она шпионка-агитатор? – предположил фон Зейл.
- Зачем? У меня свои глаза, чтоб видеть, и своя голова, чтоб думать.
Сделав такое заявление, Линтибанг невозмутимо посмотрела прямо в глаза фон Зейлу. Разумеется, опытный разведчик мог без труда определить, что она недоговаривает, но среднестатистический собеседник принял бы эти слова за чистую монету. И фон Зейл, почему-то решил не показывать вида, что определил недоговорку.
- Ясно, - сказал он, - а про что конкретно расспрашивала мисс Морган?
- Ну, типа, где мы живем, где работаем, какой у нас секс, какая религия и обряды.
- Про религию и обряды? E-oe? – заинтересованно переспросил майор INDEMI.
- E-o! E-o! - Линтибанг энергично покивала, - Про религию прямо очень! И про секс.
- Ясно. А почему ты решила, что мисс Морган не только шпион, но и агитатор?
- Идем! Не при ней же об этом говорить! - заявила юная яванка, вскакивая с кресла.
- Идем, - согласился он, тоже вставая, - друзья, извините: работа. Я скоро вернусь.
Британка-психолог проводила их задумчивым взглядом, и повернулась к Акиваше.
- Вы добились своего, мисс Рэстэк: против меня выдвинуты обвинения.
- Не переводите стрелки, мисс Морган. Это вы привели INDEMI. Не я. Это вы лезли к Линтибанг с провокационными вопросами. Не она к вам.
- Акиваша, - вмешалась Герда, - как, по-твоему, насколько это плохо?
- Ни насколько.
- Мм… Но обвинения?
- Это не обвинения, а основания для профилактической беседы. Так что, мисс Морган напрасно драматизирует.
- Перестаньте говорить обо мне в третьем лице, когда я здесь! – рассердилась Наоми.
- Психолог не должен быть таким обидчивым, - авторитетно заявила Акиваша, - я тоже могла бы обидеться. Я хотела на дежурстве подумать вместе с ассистенткой по теме. А вместо этого приехали вы, мисс Морган, и подумать по теме не вышло. Такие дела.
- По теме? - переспросила Наоми, - У меня крутится вопрос: почему вы, инженер, явно востребованный профессионально, подрабатываете ночным менеджером в Y-клубе?
Резерв-лейтенант инженер фыркнула и повертела головой:
- Я не подрабатываю. Просто у нас, типа, волонтерская общественная миссия. Мы тут приглядываем, чтобы бизнесмены китайцы-хакка помнили, кто пустил их в клуб. Они делают хорошие деньги на продаже закуски, выпивки, и всякого такого. Но за это они должны выполнять условия: чистота на борту, гуманные цены и сервис. Если они это нарушат, то у нас разговор будет короткий: вышвырнем их вон, и пустим других.
- Мисс Рэстэк, я не поняла: у нас – это у кого? Чья общественная миссия?
- У нас, это у резервистов Народного флота из партнерства «Fibetti».
- Какой-то абсурд! - воскликнула Наоми, - Общественная миссия в доме свиданий!
- Такие абсурдные мы! - иронично сказала Акиваша, - Как специально для неопытного психолога. Чтобы он расширил свой кругозор, и перестал думать, что Земля плоская.
- Не вам судить о моем опыте! – огрызнулась Наоми.
- А откуда вы знаете, что я про вас говорила? От смущения ушки краснеют, а?
- О! Типичное хамство провинциальных янки. Им кажется, что это тонкий юмор.
- Ну, мисс Морган, если Лос-Анджелес провинция, то ваш Лондон глухая деревня.
- Мисс Рэсттэк, вы хоть раз бывали где-то, кроме бывших колоний? Понятно, что вы не видели Лондон. Но, может, Рим, Париж, Амстердам, или хотя бы Копенгаген? Нет?..
…Возможно, обмен колкостями продолжился бы, но вернулись фон Зейл и Линтибанг.
- Мисс Наоми Морган, слушайте меня внимательно, - тихо и жестко произнес майор.
- Я слушаю, - ответила она, и как-то рефлекторно встала с кресла.
- Мисс Наоми Морган, - продолжил он, - как офицер объединенной военной разведки и контрразведки Конфедерации Меганезия, я рекомендую вам, в процессе вашей научно-практической деятельности, учитывать местные обычаи. Это была официальная часть.
- Была?.. – удивленно переспросила Наоми, - …И больше ничего?
- Официально ничего. А неофициально, вы помните: мы обещали ребятам вернуться в Гнездо Черного лебедя. В 0:30 начнется трансляция вашего соотечественника.
- Я помню. Картер Клеймор сопредседатель Британского Межпланетного Общества.
- Так точно, - подтвердил фон Зейл, и вопросительно взглянул на Линтибанг.
- Мисс Морган! - выпалила яванка, - Я не знала, что вы это для науки. Без обид, ОК?
- Конечно, без обид! – подтвердила британка, и дружески улыбнулась ей.
- Классно! – обрадовалась Линтибанг, - Вы звоните, если что. Или заходите. Вот.
- То же самое, - коротко добавила Акиваша, и пыхнула своей электронной сигарой.
...
Начало первого ночи 5 августа. Запад Хониары. Гнездо Черного лебедя.
До трансляции из Новой Зеландии оставалось еще почти полчаса, и Наоми по какой-то причине захотела, во что бы то ни стало, переговорить тет-а-тет с Гердой. Германка не возражала. Ей было интересно, обстановка располагала, и фон Зейл не возражал. Даже поддержал: «Общайтесь, а если по итогам можно будет что-нибудь рассказать мне, то расскажешь по дружбе. А если нельзя будет, то не расскажешь. Как получится».
Британка-психолог выбрала местечко в углу. В круглом зале, все-таки было два угла (в точках сопряжения полукруглой стойки бара с круглой стеной).
- Ужасно, - прокомментировала Наоми свой выбор, - меня тянет забиться в угол, тянет жалеть себя, тянет плакаться в жилетку тебе, почти незнакомому человеку… И в такое состояние меня загнала одна короткая серия разговоров в этом чертовом Y-клубе. Мне впервые за 15 лет работы кажется, что я ничего не понимаю в человеческой психике.
- По-моему, - сказала Герда, - у тебя такая реакция на внезапное новое знание.
- Если бы знание… - британка вздохнула, - …Но это наоборот, разрушение знания.
- Наоми, я думаю: настоящее знание невозможно разрушить. Но иллюзию знания...
- …Да, конечно, Герда, ты права. Это была иллюзия знания. Но, черт побери! На этой иллюзии держалась вся система моих знаний в социальной психологии. Я сейчас как первокурсница, гляжу на гору учебников, и думаю: мне за три жизни это не выучить!
- Неправда! - возразила Герда, - Я же слышала, как ты объясняла случай с девочками-яванками! С тобой согласились даже те, кто, был заранее предубежден против тебя!
- Они не во всем согласились, – поправила Наоми, - и главное как раз то, в чем они не согласились. Это базисный постулат социальной психологии об эволюции норм.
- Объясни, - попросила Герда.
Британка нервно сплела и расплела пальцы.
- Есть принцип: социум осваивает все более сложные виды предметной деятельности, и усложняются социальные нормы. Иначе никак. Иллюстрация: «Янки при дворе короля Артура». Марк Твен. Судя по твоему кивку, ты читала.
- Да, Наоми. Я читала, и понимаю иллюстрацию. Не получится построить мир паровых машин и электричества, опираясь на право и мораль средневекового общества.
- Верно, Герда! Это вывод из базисных постулатов социальной психологии.