"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 923
- Стоп! Тут не ярмарка с клоунадой. У меня простой вопрос: на кого вы работаете?
- Мэм! Мы не работали здесь! Мы туристы из Малайзии.
- Старательная имитация непонимания, - констатировала судья.
- Фиг с ними, - сказал Махно, - их хозяин, главный коммерсант, сам проявиться, когда захочет вернуть свой самолет-бизнесджет. Вещь-то изрядная, цены немалой.
- Тут ты прав, Улат, - признала Паола, - кстати, куда ты запер летчиков - «челноков»?
- На эскадронную гауптвахту, - ответил он.
- Этих – туда же, - распорядилась она. И Махно тут же транслировал приказ молодому лейтенанту.
- Возьми «зодиак», доставь этих на гауптвахту, и сдай дежурному офицеру.
- Да, комэск, - ответил лейтенант, и подал очередной знак своей команде.
- Подожди, лейтенант! - сказал Корвин, - Такой вопрос: Паола, как, по-твоему, хозяин удерживал этих людей, чтоб они не удрали с товаром и самолетом?
- Действительно, подожди, - подтвердила судья, - и обратилась к Корвину.
- У тебя что, какая-то догадка насчет этого?
Резерв-штаб-капитан покачал головой, и поправил:
- Не догадка, а уверенность. Где-нибудь на Борнео у барыг имеются жены и дети. Они заложники. В случае нелояльности, хозяин зарежет их. Так устроен этот бизнес.
- Хэх! Достоверно, а я как-то не подумал, - проворчал Махно.
- Стоп! - сказала судья, - А барыги что, идиоты вписываться на таких условиях?
- Барыги, - пояснил Корвин, - по ходу уже на старте были должны денег хозяину.
- Хм… - судья задумалась, - …Тогда сходится… Алло, задержанные! Ваши семьи…
…Она не успела договорила, когда старший парень из пятерых задержанных внезапно проявил реакцию, называемую в детективных романах «моментом истины». Он начал быстро, сбивчиво излагать свои семейные обстоятельства, и семейные обстоятельства товарищей по черной коммерции. Гипотеза Корвина подтвердилась - за исключением деталей (например, что жены и дети были не на Борнео, а ближе, на юге Филиппин, в городе Холо, центре архипелага Сулу около Минданао). Больше всего судью удивила исходная сумма долга (на пятерых вербовщиков, и двух челноков в сумме меньше ста тысяч долларов, но с процентами уже больше полмиллиона).
- По-любому дешевле, чем бизнесджет, - заключил Махно, и посмотрел на судью.
- Короче, так, Сянци, - сказала она старшему барыге, - дайте телефон мистера Бинбао.
- Я не могу, мэм! Он всех наших убьет! Вы его не знаете!
- Этот Бинбао что, идиот, или ему деньги не нужны? – спокойно спросила Паола.
- Нет, госпожа, он очень хитрый и жадный.
- В таком случае, Бинбао сразу поймет, что ему лучше обменять ваших родных на свой долбанный бизнесджет. Если он убьет кого-то из них, то не получит бизнесджет, и это, вероятно, не все. Улат, скажи: подвержен ли бизнес на Сулу неким случайностям?
- А то ж! - ответил Махно, - Ведь Сулу, это острова, окруженные морем, и менее, чем в тысяче миль от нашего Палау. Случайности, неизбежные на море, это наш профиль.
- Ответ ясен, - заключила Паола, - теперь, Сянци, давайте телефон мистера Бинбао.
- Но, мэм, у меня руки связаны, а телефон на карточке в нагрудном кармане.
- Отлично. Лейтенант, возьми карточку из кармана мистера Сянцзи.
- Легко, сента судья! – и через несколько секунд карточка была передан судье
- Паола, - сказал Махно, - давай, лучше я позвоню, так оно доходчивее получится.
…
Мистер Бинбао (по впечатлению от телефонного разговора) оказался не каким-нибудь опереточным злодеем, а очень вежливым дядей. Услышав от Махно суть ситуации, он выразил свое сожаление, что вышла такая несообразность, и с пониманием воспринял условие возврата своего бизнесджета. Более того, Бинбао заявил, что восхищен такой экономической порядочностью нези. Вот янки или асси конфисковали бы самолет, но другое дело нези, это люди, живущие по верным понятиям. Кстати, он заверил, что не собирался причинять вреда семьям должников. Но, правильно, что жены и дети будут вместе с мужьями, даже если мужья на каторге. Конечно, сегодня же другой самолет привезет на Косраэ их, и новых пилотов для бизнесджета. Кроме того, Бинбао весьма практично поинтересовался дальнейшей судьбой аквариумного бизнеса в Море Нези. Конечно (сказал он) нези теперь взяли это под себя. Что ж, когда-то так должно было случиться. Но было бы сообразно заключить картельное соглашение, чтобы держать разумную цену, так выгоднее и нези, и китайско-малайским бизнесменам. Тут Махно ответил, что, как военный, не решает эти вопросы, но передаст по инстанции. Бинбао поблагодарил его за понимание, и на этом стороны вежливо попрощались.
…
С объективно-экономической точки зрения, мистер Бинбао вел себя в этом разговоре совершенно рационально. Он понимал мотивы второй стороны переговоров, понимал соотношение сил (своей команды и их команды), и понимал последствия альтернатив «договорились» и «не договорились». Золотое правило китайской коммерции гласит: «ссорься с опасными людьми, только если знаешь, как это принесет большие деньги». Бинбао знал, что ссора с нези не принесет ни цента, а только кучу неприятностей. А с другой стороны, пойдя навстречу нези в небольшом вопросе, можно что-то выиграть.
Но пять малайско-китайских барыг-вербовщиков (не владевшие методами системного анализа) были поражены легкостью, с которой была устранена проблема, которая, как Дамоклов меч, висела над ними и их семьями. Лейтенант не смог припомнить другого случая, чтобы трезвые, не укуренные люди, ехали с ним под арест в таком позитивном настроении. Судья Паола Агуадес проводила взглядом удаляющийся «зодиак» и резко вернулась к теме обычаев первобытной плавучей деревни.
- Так, значит, в данном племени оранг-лаут эксплуатировать детей, это нормально?
- Не то, чтобы эксплуатировать… - задумчиво произнес Махно, подбирая слова.
- Пока ты решаешь, как это правильно назвать я спрошу мнение соцнаблюдателя, - с такими словами, судья повернулась к Корвину. И он счел нужным сразу уточнить:
- Паола, я тут не как соцнаблюдатель. Просто, у меня случайно оказался мальчишка-филиппинец, знающий язык конкретно этих оранг-лаут, и я привез его.
- Мальчишка, что надо, - добавил Махно, - такой пригодится в команде.
- Не факт, что Тасио хочет в мою команду. У нас не очень-то простая жизнь.
- А если я хочу? – встрял 14-летний филиппинец.
- Если? – переспросил Корвин.
- Просто, это было бы классно, - уточнил Тасио.
- Ну, тогда ты принят, юнга.
Тут судья резко хлопнула в ладоши.
- Джентльмены! Давайте не отвлекаться на частные кадровые вопросы ваших фирм!
- Извини, Паола, - сказал комэск.
- Я тоже извиняюсь, - добавил резерв-штаб-капитан, - но, как я уже сказал, меня сюда занесло случайно, я не соцнаблюдатель, просто новый юнга оказался переводчиком.
- Корвин, - сказала она, - дело серьезное, и лучше не осложнять формальностями.
- Ты судья по рейтингу foa, может, тебе виднее, - спокойно ответил он.
- Типа того, капитан, - подтвердила Паола, - может, мне виднее. Ну, что скажешь?
- Я скажу, что Улат зря постеснялся сказать одну простую вещь.
- Это что же я постеснялся сказать? – с легким удивлением отреагировал Махно.
- Я думаю, ты постеснялся сказать, что вообще-то детский труд и эксплуатация детей, существенно разные штуки. И Хартия, вроде как, запрещает второе, но не первое. Ты можешь изложить это понятнее, чем я, поскольку это есть в доктрине секты Li-Re. Не обижайся, что я назвал вашу религию сектой, просто я не знаю, как еще называть.
- Aita pe-a, Корвин, - тут Махно улыбнулся, - секта, так секта. А твоя идея толковая. Я, вообще-то не стеснялся, просто не сообразил, что это сейчас будет в тему.