"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 885

- Хелм, что неприятного в нашем журнале? – удивилась германка.

- Я говорю не о вашем журнале. Я говорю вот о чем.

Он показал ладонью в сторону моря, где уже некоторое время покачивался на слабых волнах небольшой каютный катер. В темноте невозможно было увидеть, кто на борту. Носовой фонарь катера мигал и это, видимо, было не просто так.

- Азбука Морзе? – предположила Герда.

- Не совсем, - ответил он, - это короткий стиль кода, основанный на азбуке Морзе. Тот мужик не впервые на море, так что свободно болтает на световом семафоре.

- А кто он, этот мужик?

- Барри Диллинджер, репортер TTN, Transcontinental Top-News, Сан-Франциско.

- Я знаю этот американский интернет-TV-таблоид, - сказала Герда.

- Ну, и как вам оно?

- Дерьмо, как любой таблоид, но, в отличие от иных, это очень качественное дерьмо.

- Интересная характеристика, - оценил майор, - а теперь: какой ответ мы дадим на его настойчивые семафорные запросы: «прошу разрешения подняться на борт»?

Герда Шредер слегка нахмурилась.

- А-а… Какие варианты?

- Их два, - сказал Хелм фон Зейл, - послать его ко всем чертям, или пригласить его, и поставить над ним парочку занимательных психологических экспериментов.

- Как интересно! Я голосую за второй вариант.

- Значит, Герда, мы приглашаем его, - и майор, подняв карманный фонарик, помигал в направлении каютного катера.

…

Барри Диллинджер, 30-летний загорелый чуть толстоватый и жизнерадостный субъект, улыбался так, будто только что сорвал банк в казино.

- Мисс Шредер, мистер фон Зейл, ваша приверженность принципу свободы слова, это прекрасно! Вы - пример для подражания в нашу эпоху предубеждения против СМИ!

- Нет, мистер Диллинджер, это вы пример для подражания, - мягко сказал фон Зейл, - я впечатлен вашим намерением побеседовать в прямом эфире с мисс Шредер и со мной. Предубеждение против СМИ в нашу эпоху связано с тем, что многие репортеры очень трусливо себя ведут. Они препарируют записи бесед, чтобы изменить смысл согласно полученному негласному заказу. Но вы-то не из таких, верно, мистер Диллинджер?

- Э-э… - протянул репортер TTN, и проницательному наблюдателю стало бы понятно: никакой прямой эфир не планировался.

- Я включу ваш TV-канал, - сказала Герда, - это важно для стиля. Надо видеть, как мы выглядим на экране. И я могу помочь вам оптимально разместить TV-камеру здесь, на веранде. Мы с вами коллеги, и должны помогать друг другу, не так ли?

- Э-э... - снова протянул Диллинджер.

- Это хорошая идея, - добавил фон Зейл, - пока Герда установит TV-камеру вы, мистер Диллинджер, согласуете с вашей редакцией точное время и IT-канал прямого эфира. Я полагаю, там обрадуются шансу получить из первых рук полную историю о том, как в действительности развивались события в Лоренгау и на исландском лайнере.

- Э-э… - еще раз протянул репортер TTN, разрываясь между соблазном вбросить в эфир зверски-скандальный материал, и опасением получить из-за этого ряд проблем. Любой эксперт по таблоидам мог предсказать победу соблазна, - …Э-э… Да, мистер фон Зейл, конечно, вы правы, это отличная идея. Сейчас я позвоню в редакцию.

…

Тот же вечер 12 июля, через 2 часа. Яхта короля Фуо Татокиа.

Интересно получается, если в перерыве на ужин в полу-формальных дипломатических переговорах, можно увидеть, как предмет переговоров выглядит в зеркале СМИ. Такое событие теперь реализовалось благодаря TTN (или точнее, благодаря «занимательным психологическим экспериментам» Хелма фон Зейла и Герды Шредер). И был внешний импульс, подтолкнувший к этому просмотру в дипломатическом перерыве: звонок.

Мелани Литч (глава МИД Австралии) в состоянии сильной тревоги позвонила своему подчиненному, атташе Чарльзу Найтхарту, ведущему переговоры. Дело в том, что TTN успело за час провести мощную рекламу прямого эфира с участием майора фон Зейла «кровавого монстра Новой Гвинеи» и (заодно) «спасителя сотен туристов из Европы». Счетчик интернет-юзеров, подключившихся к IT каналу прямого эфира стремительно перескочил через миллион, а волны от него разбегались по сети в виде фраз на блогах. Требовалось немедленно оценить воздействие всего этого на общественное мнение…

…Чарльзу Найтхарту не пришлось долго уговаривать короля Фуо и НТР-координатора Норну на включение этого канала за ужином. Им тоже было интересно. Начало эфира оказалось пропущено (но можно посмотреть в записи позже). А сейчас майор фон Зейл отвечал на какой-то вопрос Диллинджера, касающийся круиза «Мидгардсорма».

***

Х. фон Зейл: Расследование круиза «Мидгардсорма» продолжается, но к номинально- исландскому шипперу «Скальд-тур» предъявлены иски, по сумме больше стоимости лайнера. Случай, аналогичный катастрофе лайнера «Коста Конкордия» в 2012-м. Там пассажиры (их было 4 тысячи), требовали более полмиллиарда евро, при стоимости корабля 450 миллионов. «Мидгардсорм», это малый лайнер, и пассажиров на порядок меньше, но денежные пропорции те же.

Б. Диллинджер: О-хо-хо! Не повезло бизнесу маленькой гордой страны Исландии!

Г. Шредер: Исландия не при чем. Хелм не зря сказал, что эта компания «Скальд-тур» номинально исландская. Номинально, а не фактически, до вас дошло теперь?

Б. Диллинджер: Теперь дошло. Я же не тупой. А чья эта компания фактически?

Г. Шредер: Читайте журнал «Истории успеха», мартовский номер. «Скальд-тур» была создана двумя исландцами, братьями Густавсон, как бренд на вырост. Они раскрутили название на флейме о неизбежной торговой войне за рыбные квоты между Исландией и Евросоюзом. Затем, они продали голую компанию малазийскому концерну «Паназия-Эксплорер». Исландские братья неплохо нажили, а в «Скальд-тур» не осталось ничего исландского, кроме адреса штаб-квартиры на улице Лаугевегур в Рейкьявике.

Б. Диллинджер: О-хо-хо! Значит, «Мидгардсорм» принадлежит малазийцам! Я думаю, покупатели билетов на круиз имели право знать это до того, как заплатили деньги!

Г. Шредер: можно смеяться, но эта информация не скрывалась. Любой желающий мог, потратив полчаса времени, найти это в интернете. Но, потребители крайне редко ищут данные о происхождении и истории компании-продавца. Я вот тоже не потрудилась.

Б. Диллинджер: Эй, Герда, а если бы вы знали, что это собственность малазийцев?

Г. Шредер: Тогда я бы посмотрела, чем еще владеет «Паназия-Эксплорер». И нашла бы данные о том, что у них большой пакет акций ЯФМИК. Ноги бы моей не было на борту «Мидгардсорма» при таких предпосылках.

Б. Диллинджер: Wow! Это шок! Зрители, вы вздрогнете, когда узнаете правду!

(На экране на 5 секунд появляется заставка)

*** Вы вздрогнете, когда узнаете правду! ***

(Затем беседа продолжается).

Б. Диллинджер: Вот шок! «Скальд-тур», компания-владелец лайнера «Мидгардсорм», продавшая билеты тремстам пассажирам, оказалась не исландской, а малазийской, и связанной с Японско-Французской и Малайской Интернациональной концессией, что добывает нефть, газ и цветной металл на островах Солангай! Теперь мы знаем, почему дирекция «Скальд-тур», вопреки элементарным требованиям безопасности, направила круизных пассажиров по маршруту через Лоренгау, столицу Солангая! Кто-то захотел решить PR-проблему ЯФМИК. Или кто-то захотел снабдить исламистов «Jamaat4sea» ценными заложниками. Что если «Паназия-Эксплорер» связана с исламистами?

Х. фон Зейл: Пусть суд разбирается.

Б. Диллинджер: А где будет суд?

Х. фон Зейл: В Рейкьявике, ведь там официальный адрес ответчика: «Скальд-тур».

Б. Диллинджер: А как они это расследуют? Маленькая страна на другом краю мира.