"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 3235
- Что-то я не пойму, какая поддержка насчет вызова на рэп-баттл?
- Тут нам готов помочь эксперт по психоанализу, - сказала Жаки Рюэ.
- Имеюсь в виду я, - уточнил Юхан Эбо, и отсалютовал своим бокалом.
- Чертовски напоминает идею манипулирования, - заметила Джилл.
- А чем, по-твоему, занимаются психоаналитики? - спросила ее Китти.
- Мы помогаем людям нейтрализовать психические токсины, - возразил Юхан.
- По-моему, - заметила Китти, - тут собираются нейтрализовать что-то другое.
- Точнее кого-то, - поправила Джилл.
- Это легальные антитеррористические действия, - дала краткое пояснение Жаки.
- Круто! - припечатал Калибан.
- День сурка, - проворчал Эрик, - что, опять давать подписку о неразглашении?
- Нет, - Жаки, качнула головой, - всем и так ясно, что это не предмет для флейма.
- В спецслужбах, - сказал Вилли, - не все такие дебилы, как вице-директор Алдринген.
Калибан удивлено покрутил головой.
- Ты что, знаком с этим пижоном?
- Можно сказать и так. Гернст Алдринген любопытный образчик современной элиты. Следовало бы набить из него чучело для исторического музея, но гуманизм против.
- Ты такой гуманист? - скептическим тоном поинтересовалась Китти.
- Я – нет, но в музее - гуманисты. Они не оценят такой экспонат.
- Вилли, давай ты обойдешься без таких заявлений, ОК? – предложила Жаки.
- Ладно, я пошутил, - он улыбнулся и развел руками, - молчу и передаю слово Юхану.
- В каком смысле ты передаешь слово? - спросил психоаналитик.
- В смысле: ты объяснишь, как толкнуть Чоэ Трей к приему вызова на рэп-баттл.
Юхан Эбо сделал глоток вина и кивнул.
- Ясно. Это не очень сложная задача, учитывая дальневосточный психотип девушки и сверхзадачи, которую она поставила. И если Трей увидит в рэп-баттле шаг к решению сверхзадачи, то она немедленно примет вызов.
- Какая сверхзадача? – не понял Калибан.
- Вбить клин в элиту своей родины, - пояснил психоаналитик.
- А-а… Я думал просто приманить Трей на свое великое глубоководное погружение.
- Нет, Клод, так не получится. Твоя батисфера хорошая площадка для вызова, но это не главный мотиватор. Как я уже отметил, требуется клин.
- Клин? - Калибан растеряно передернул плечами, - Я без понятия, как это сделать.
- Это не очень сложная задача, - снова сказал Юхан, - надо применить самый жуткий и табуированный элемент южнокорейской культуры: истоки враждебности в отношении корейцев-северян и японцев. Это две, казалось бы, абсолютно разные вражды, но если приглядеться, то окажется что, по крайней мере, сейчас, это два однотипных рычага в идеологической машине. Молодым южанам объективно вообще нет дела до истории с японской оккупацией в первой половине XX века, и последующей войны с северянами. Раздувание огня в этих старых углях служит лишь интересам элиты. Поэтому у южан сохранена обязательная военная служба для парней. Это не для обороны, а только для промывания мозгов, и поддержания в обществе атмосферы нездоровой агрессивности, которая отвлекает от реальных проблем. Проблемы сейчас практически одинаковые у молодежи южан и северян, только северяне намного беднее. Кстати, те же проблемы у молодежи в Японии, но там иные методы отвлечения.
- Док, а можно попроще? – спросил Калибан.
- ОК! – психоаналитик подмигнул, - Объясняю совсем просто! Южная Корея тема для композиции о том, что все хорошие парни и девчонки…
- …Должны убить всех плохих, - договорил экс-боевик RAF.
- Вилли, ну что ты, в самом деле? – укоризненно спросила Жаки.
Он сложил ладони лодочками, изобразив медитирующего буддистского монаха. Юхан весело хмыкнул и повторил с продолжением:
- …Все хорошие парни и девчонки отвернутся от политиканов и увидят друг друга по-настоящему. Без навязанного негативного образа.
- Это годная тема, - сказал Калибан, - но при чем тут Южная Корея?
- Просто, - сказал Юхан, - надо дополнить это кадрами из фильма «38-я параллель».
- А-а... Док, про что фильм?
- Посмотри и увидишь.
- Да, посмотри, это надо видеть, - поддержал Эрик Лафит. И заметил, что из-за стола в салоне исчезли миссис Шо и Ханка. Он упустил момент, когда это произошло. Нельзя сказать, что он вовсе не обеспокоился, однако решил, что Фанни Шо на их стороне, а значит, ничего плохого с Ханкой тут не случится. Чуть позже он задумался о странном восприятии сторон. Само получилось: «мы» против «они», как на 38-й параллели.
…
Вечеринка получилась долгая, интересная, и финишировала изрядно за полночь. Когда пятеро гостей отбыли с тримарана «Флинт» к себе на мотояхту «Dirty-dog», оставшиеся четверо на «Флинте» разделились.
Джентльмены (Юхан Эбо и Вилли Морлок) вернулись в салон, чтобы там продолжить обсуждение некой психоаналитической темы, о которой будет сказано в свое время.
Леди (Жаки Рюэ и Фанни Шо) устроились на открытой палубе под звездами, не забыв прихватить с собой кувшин с ливийским квази-чаем из сахарского хвойника. PR этого напитка испорчен в Европе при демонизации психотропных веществ. Но объективные полезные свойства хвойника, известные еще в античности, от этого не исчезли.
Итак, бабушка и внучка налили себе по чашечке квази-чая, и внучка спросила:
- Слушай, Фанни, может, тебе и Вилли после такой веселой ночи не следует ехать по открытому морю на этих аквабайках?
- Конечно, не следует, - спокойно согласилась миссис Шо, - на рассвете прямо сюда к тримарану подойдет верхне-ливийский академизатор.
- Кто-кто?
- Академизатор. Академический научный корабль.
- Гм… - Жаки Рюэ задумчиво покрутила чашку в руке - …А что, Хаким аль-Талаа уже учредил академию наук в Верхней Ливии?
- Разумеется. Не пристало мирной прогрессивной стране держать канонерки в море. И, кстати, ты ведь не думала, что мы с Вилли катились сюда на таких забавных игрушках непосредственно с ливийского берега.
- Понятно... По крайней мере, я спокойна за тебя. А что ты так увлеченно обсуждала с тинэйджеркой-фридайвером?
Миссис Шо выразительно выпучила глаза и прижала палец к губам.
- Вообще-то это был приватный разговор, но, чтобы ты не терзалась любопытством и обошлась без запросов в тайную рейхсканцелярию…
- Фанни! Перестань называть служебную инфосеть ECIS – рейхсканцелярией!
- Вот, представь, такая я старомодная. Так или иначе, мы поняли друг друга. Давай ты обойдешься без запросов туда, а я расскажу тебе в чем, собственно, дело.
- Договорились, - подтвердила эксперт по новым террористическим технологиям.
- Тогда слушай, - произнесла миссис Шо, - прежде всего: Ханка - не фридайвер, а бета-версия астронавта, если точнее, то марсианского астронавта.
- Что-что???
- Крошка, ты отлично слышала что. И, вероятно, ты жаждешь деталей.
- Еще как жажду!
- Тогда слушай дальше. Помнишь наши приватные разговоры о проекте «Bifrost»?
- Конечно, помню, бабушка! Это проект американо-израильского консорциума OOGG, заявленный как перспектива пилотируемого полета на Марс. Два года назад OOGG начал по договору с правительством Верхней Ливии использовать полигон Чарруба, что к югу от Бенгази, для тестов ядерных схем проекта «Bifrost». Радиационный фон там так сильно повышен после хуррамитского эксцесса, что можно не стесняться.
- Превосходно, крошка. Перейдем к следующей фазе: подготовка астронавтов. Ты ведь знаешь проблемы биологии, из-за которых трудно отправить экспедицию на Марс.
Жаки Рюэ утвердительно кивнула, и отчеканила, как на инструктаже:
- Экспедиция - более ста дней на корабле в открытом космосе, и это значительная доза радиации. Также и на Марсе радиационный фон много выше земного. Затем, проблема продовольствия в полете. Далее, проблема клаустрофобии. Замкнутое пространство на протяжении всего полета, и в значительной мере – на самом Марсе. Ведь астронавтам придется находиться в основном на базе. Прогулки под открытым небом Марса будут занимать сравнительно малую долю время. Последнее: риск аварий. Разгерметизация корабля в полете, или марсианской базы, или скафандра на прогулке, это фатально. И неисправность энергосистемы на несколько часов также фатальна для астронавтов.