"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 1354

Если в стране половина народа — ниже уровня бедности, то где президент (всенародно избранный) должен проводить неформальные политические консультации? Конечно, в апартаментах для мультимиллионеров! Не важно, избран президент за левые (рабоче-крестьянские) лозунги или за правые (про капиталистические). Конкретный президент Марио Делкасо был не избран, а десантирован из Хьюстона, хотя, какая разница?

Сегодня даже в элитном отеле, было не совсем уютно. Когда в маленькой стране горят практически все крупные топливные хранилища, дым проникает в любое помещение, независимо от цены и числа «звездочек» обозначающих уровень элитарности.

Теперь — об участниках неформальных консультаций. После прекращения в 1992 году гражданской войны, воевавшие стороны: народные освободители (левые) и национал-консерваторы (правые) создали две партии, которые далее на каждых выборах делили примерно пополам между собой места в парламенте. Грубо говоря: лидеры феодалов и лидеры вилланов решили, что скармливать свою живую силу, и свои деньги мясорубке бесконечной войны — непродуктивно. Если война забуксовала, то лучше договориться о политическом регламенте, при котором дележ добычи (в смысле — госбюджета) станет честным (примерно поровну). Конечно, обе силы при этом пристально следили, чтобы ключевые институты правительства не монополизировались кем-то одним. Поэтому на сегодняшней встрече присутствовали лидер «освободителей» — Диего Восо, и лидер «консерваторов» (Тадео Пименти). Также присутствовал Антонио Лагорено — министр иностранных дел, и генерал Хоакин Гомес — министр обороны. Такая пятерка — элита нации (говоря патриотически), верхушка пирамиды грабежа (говоря экономически).

Учитывая обстановку, все собравшиеся пожелали вначале выслушать генерала.

— Сеньоры, — начал Гомес, — ситуация угрожающая. Наша инфраструктура повреждена внезапной авиа-бомбардировкой. Морской десант агрессора, высадившийся на западе, разгромил наши береговые подразделения, продвинулся до крайнего северо-запада, и захватил округ Метапан. Разрушения и потери не фатальны. Но они могут перерасти в фатальные, поскольку мы имеем неустановившуюся переходную власть в стране. Это понимает агрессор — тольтекский император Укшлашти. Он, вероятно, будет развивать наступление, пока время работает на него. Если сейчас не переломить ситуацию, то в ближайшие дни мы потеряем не только правобережье верхнего течения Рио-Лемпа.

— Что значит «не только»? — спросил президент.

— Сеньор президент, это значит: если тольтеки начнут наступление на юго-восток, то фактически, наших сил хватит, только чтобы удержать рубежи столицы. Не более.

— Генерал! — возмутился Делкасо, — Неужели наши вооруженные силы не могут разбить обнаглевшую банду морских пиратов, высадившихся на наш берег?

— Сеньор президент, проблема в том, что «Воины Юкатана», это не какая-то банда, это высокотехнологичное рейдовое подразделение гибридной войны. И, его возможности примерно такие же, как у экспедиционного батальона морской пехоты США.

Президент Марио Делкасо напрягся и нервно облизнул губы.

— Но, генерал, насколько я понимаю, батальон, это меньше тысячи бойцов.

— Да, — ответил Хоакин Гомес, — обычно в батальоне от 300 до 1000 бойцов. Но если мы обсуждаем конфигурацию экспедиционного батальона морской пехоты США, то надо учитывать приданные подразделения артиллерии, авиации и флота.

— Какого дьявола! — взорвался президент, — Если гринго затеяли эту историю, и если их противники организованы и вооружены так же, как они, то пусть гринго разбираются!

Антонио Лагорено, министр иностранных дел, покачал головой.

— Сеньор президент, тут есть проблемы. В программе гринго не предполагается прямое военное вторжение. Наземные действия поручены Панамериканской полиции и новой милиции VEU под профессиональным тактическим руководством наемников CRR.

— И где они все, дьявол их побери? — продолжил возмущаться Делкасо.

— Тут тоже есть проблемы, — сообщил Лагорено, — потери Панамериканской полиции в результате вечерней бомбардировки выше допустимого. И поэтому их штаб выводит оставшиеся силы из Сальвадора. Что касается CRR, то их офицеры видели тапиров, и поэтому считают, что контракт нарушен заказчиком, следовательно, расторгнут.

— Они видели тапиров? — недоуменно переспросил президент, — Что в этом такого?

— Спросите у сеньора Гомеса, — предложил министр иностранных дел.

Президент Делкасо недовольно фыркнул и повернулся к министру обороны.

— Генерал, что за ерунда? Будто кто-то не знал, что у нас в сельве водятся тапиры.

— Это, — пояснил Хоакин Гомес, — не те тапиры, что у нас в сельве. Тут имеются в виду тяжелый крылатый автожир, он производится в Меганезии под маркой: «Тапир».

— Автожир? Это что-то вроде вертолета?

— Да, это вроде вертолета, но дешевле. И, поскольку «Тапир» — меганезийская машина, офицеры CRR решили, что на стороне тольтекских агрессоров работают нези. Или там меганезийские инструкторы. Дирекция CRR не подписывалась воевать против нези, и поэтому команда CRR уходит. Фактически, у нас остается только милиция VEU.

— Минутку, генерал, а как же наша регулярная армия? — удивился президент.

— В армии разброд, — лаконично сообщил генерал Гомес.

— Разброд? Но вы министр обороны! Вы должны были решить эту проблему!

— Извините, сеньор Делкасо, но я в должности всего три дня. За это время невозможно решить проблемы, накопленные с прошлого века, и выплеснувшиеся из-за той аферы, которую выдумали гринго. Я говорю о трущобном хрисламском маоизме.

— Генерал, не лезьте в политику! — строго сказал Марио Делкасо.

В ответ, Хоакин Гомес выразительно пожал плечами.

— Как скажете, сеньор президент. Но офицеры спрашивают: как объяснять солдатам из призывного контингента, почему у милиции VEU паек и денежное довольствие…

— Генерал, у вас что, проблемы со слухом? — на этот раз президент повысил голос.

— Минуту, сеньор Делкасо, — встрял Диего Восо, лидер парламентских левых, — вряд ли правильно будет игнорировать проблему, затронутую министром обороны.

— О чем вы? — сердито отозвался президент.

— Я о том, что солдаты, призванные по закону, имеют право знать, какие ценности они защищают. В отличие от наемников, воюющих за деньги, и от мародеров, воюющих за возможность безнаказанно грабить.

— Прочтите закон о военном призыве, сеньор Восо! Там говорится о воинском долге, и дисциплине, но не о каком-то мнимом праве знать больше, чем полагается!

Тадео Пименти, лидер парламентских правых, до сих пор игравший со своей золотой авторучкой, казалось, не интересуясь дискуссией, внезапно оказался вполне в теме.

— Сеньор президент, — произнес он, — сейчас не та ситуация, чтобы ссылаться на закон.

— Это был намек? — все так же сердито спросил Марио Делкасо.

— Нет, это факт, — пояснил Пименти, — после того, как первые лица погибли 6 декабря, комитет национального спасения назначил временного президента. Я думаю, сеньор Лагорено, как профессиональный юрист, может пояснить статус такого комитета.

— Хорошо, я поясню, — согласился министр иностранных дел, — роль такого комитета и временного президента сводится к скорейшей реставрации легальной власти. Это для нашего случая: всенародные выборы президента, который представит на утверждение парламента новых министров по ключевым направлениям, согласно конституции.

Временный президент снова нервно облизнул губы, и спросил:

— А что, если будет всенародный референдум о продлении моих полномочий?

— Такие случаи известны, — ответил Лагорено, — иногда это позволяет узаконить власть временного президента на неопределенное время, но лишь при условии авторитетного международного признания. Для нашего случая: признание конгрессом США. Если вы имеете подобные договоренности с президентом Эштоном Дарлингом, и с достаточно представительными фигурами в Конгрессе, то можно попробовать. Но, тогда вам надо установить стабильный контроль над страной, иначе договоренности не сработают.