"Конфедерация Маганезия". Компиляция. Книги 1 -21 (СИ), стр. 1353

От тольтекского периода в колониальном Метапане не осталось ровно ничего. Воины конкистадоры уничтожали любые материальные следы туземной культуры. На месте разрушенного тольтекского храма был возведен католический собор Сан-Педро, а все деревни вдоль северного берега озера Тетликстлики были сожжены, чтобы расчистить площадь под латифундию, известную как Ора-Барра. Ремесленный квартал Текомапа к западу от города, и к востоку от Ора-Барра много раз менял хозяйственный профиль. В испанский колониальный период, и в первые полвека независимости Сальвадора, там выплавляли железо. В начале XX века, в годы нефтяного бума и Золотой лихорадки, в Текомапа появился аэродром. Но к концу XX века, глобализация стала диктовать свои условия, и все ровные участки, включая аэродром, были проданы транснациональной цементной корпорации «Holcemex». Так экономика компактного города Метапан с 20 тысячами жителей свелась к производству изделий из цемента, и переработке разной аграрной продукции фермеров Ора-Барра. Кое-что приносил также туризм — благодаря большому биосферному резервату Трифино чуть севернее города на территории трех государств: Сальвадора, Гватемалы, и Гондураса. Тихое место, ничего особенного.

А теперь, пора перейти к событиям на западе Сальвадора 10 декабря после полуночи.

Макси-джипы и грузовики, высаженные с карманного авианосца на берегу в городке-курорте Лос-Кобанос, сформировали походную колонну, и покатились на север. Всего несколько часов назад, у них не было шансов легко пройти 130 километров. Через 20 километров их ждал бы огневой контакт с блок-постом CRR и милиции VEU в районе города Сонсонате, а еще через 30 километров им пришлось бы вступить в бой с очень внушительным гарнизоном Санта-Ана (второго по величине города в Сальвадоре). Но теперь противник был дезорганизован тяжелыми бомбардировками «бабочек», а перед автоколонной пролетела команда «тапиров», расстреливая блок-посты из пулеметов и фосфорных огнеметов. На дороге, темной из-за отключения электричества, были лишь пассивные препятствия — сгоревшие остовы патрульных автомобилей. Оттащить это с дороги — не проблема. Так, пройдя через всю восточную территорию Сальвадора, как горячий нож сквозь масло, десантный батальон в 3 часа ночи выдвинулся на окраину Метапана. В Метапане был гарнизон милиции VEU (организованный там 7 декабря, с численностью мотострелковой роты, и тремя инструкторами-профи из CRR).

Полтораста «милиционеров» (набранных из трущобной полукриминальной молодежи, наскоро обученной, вооруженной штурмовыми винтовками М-16) все же, могли стать проблемой, особенно если инструкторы-профи грамотно сыграют свою роль. Генерал Каламаро, и молодой император Укшлашти, подготовились, чтобы такая проблема не возникла. Среди озерных индейцев — пипили, пришедших в Метапан чтобы продать на маркете свежую рыбу, и купить промтовары, появились другие индейцы, практически неотличимые от них. Но это были воины Юкатана, из тех, что 7 лет назад воевали под командованием императора Тлпачктли, а после поражения были выведены его сыном Укштлаштли в Гватемалу. Больше сотни таких партизан переплыли условную границу Гватемала-Сальвадор по озеру Гуиха (Тетликстлики) и уже третий день следили, как у противника происходит смена дежурств и патрулей. Они информировали десант о тех направлениях, на которых нет патрулей, и о пунктах отдыха резерва противника. Эти партизанские разведчики с радиотелефонами дали возможность десанту проникнуть в Метапан незамеченными, и оптимально ударить по противнику. Оптимально — это так, чтобы получилось не боевое столкновение, а внезапный расстрел. Или, как пишется в учебнике: «эффективный скоротечный огневой контакт, внезапный для противника».

После этого осталось только провести прочесывание города и пригородов (из которых главнейшими являлись Текомапа и Ора-Барра — о чем говорилось выше). Еще, конечно, следовало провести манифестацию маленькой, но идеологически важной победы. Как известно, методы военного PR позволяют раздуть из мухи слона — если их продуманно применить раньше, чем противник успеет сориентироваться и применить свой PR.

Император Укштлаштли и генерал Каламаро позаботились об адекватном PR. Когда Метапан был взят, началось шоу вокруг собора Сан-Педро. У здания были размещены разбуженные и приведенные сюда горожане, плюс полсотни иностранных туристов. В следующем акте (под видеозапись с online трансляцией на несколько сетевых каналов) произошла комплексная ликвидация различных враждебных элементов: человеческих, архитектурных, и религиозных. Несколько десятков недавно присланных чиновников, проповедников, и милиционеров VEU были загнаны в здание собора. Само здание, по методу синхронных точечных взрывов было обрушено внутрь себя.

Получилась куча руин, сравнительно небольшая (если сравнивать ее с предыдущими размерами собора). Далее, при помощи бульдозеров и спецмашин, привезенных сюда с предприятия «Holcemex», из Текомапа, этой куче руин была придана примерно форма квадратного трехъярусного холма, и это залито бетоном через раздаточные рукава. На бульдозеристов и операторов спецмашин это произвело шокирующее впечатление. Их нередко привлекали к срочным ночным работам, но замуровывать в бетон кучу людей, заживо похороненных под руинами специально обрушенного собора… Запредельно.

Император Укштлаштли, до этого момента молча наблюдавший с импровизированной трибуны за всей процедурой, теперь взял в руку микрофон, и прокомментировал:

— Эти парни хорошие работники, и «Holcemex» хорошее предприятие. Мне жаль, если полезное и правильное дело, в котором они участвовали, расстроило их. Сейчас наши медики окажут им профессиональную помощь, и они будут в порядке. Они еще будут помогать возрождению нашей империи Метапан! Приведите мне сюда их бригадира!

Через полминуты на трибуну был ласково вытолкнут растерянный мужчина, одетый в рабочую спецовку и оранжевую каску.

— Твое имя? — коротко спросил Укштлаштли.

— Э-э… Ортенсо Гусман, — произнес тот, и на всякий случай добавил, — Я не занимаюсь политикой. Я чисто по работе только.

— Ортенсо! Ты можешь заниматься политикой, или нет, — сказал император, — но сейчас разговор о другом. Ты и твоя команда сделали работу. А вот ваше вознаграждение.

— Спасибо, сеньор император, — ответил Ортенсо, машинально взяв из протянутой руки Укштлаштли банковскую упаковку 100 листов по 100 USD.

Император подождал, пока бригадир рабочих покинет трибуну, после чего объявил:

— Древняя и прекрасная земля Метапан принадлежит людям науа: тольтекам и ацтекам, ольмекам и майя, ведущим свой род от четырехсот полубогов Сенцон-Тоточтин, детей Эйекатля и Майяуэль! С этого дня все мы, потомки Сенцон-Тоточтин, в нашей стране почитаем только своих богов, и живем только по своим законам! Пусть другие народы почитают своих богов у себя дома, и живут там по каким угодно законам. Но пусть не пытаются тащить это сюда, в Метапан. Сегодня мы показали им силу Эйекатля — бога звездного ветра, расчищающего путь Новому Солнцу перед рассветом. Мы, люди эры Тонаутлилтик, Черного Шестого Солнца, встали на путь наших богов, и если кто-либо захочет загородить нам путь — что ж пусть попробует!.. Слава Эйекатлю!

— Слава Эйекатлю! — откликнулись десантники и партизаны — воины Юкатана.

— Слава Эйекатлю!! — громче повторил Укштлаштли.

— Слава Эйекатлю!! — повторило за ним уже большее количество людей.

— Слава Эйекатлю!!! — рявкнул император в третий раз.

— Слава Эйекатлю!!! — заревела вся толпа (включая тех, кто впервые слышал о древнем мезоамериканском божестве звездного ветра).

Если предложить психологу-социологу-профи сделать анализ данного эпизода, то он, выскажет гипотезу, что экс-генерал Каламаро и император Укштлаштли устроили это провокационное шоу в Метапане, чтобы спровоцировать свежеиспеченное и рыхлое марионеточное и некомпетентное правительство Сальвадора на необдуманные шаги, совместные со штабом американской тайной операции «Грин-Бриз». И, как показали дальнейшие события, это в значительной мере ему удалось.