Хозяин Оков XVII (СИ), стр. 49
С Бьярнумом и его сыном Бьяршиным мы пообщались по артефактной связи. Навещать меня лично они не посчитали нужным, мотивируя тем, что можно пообщаться вживую и на расстоянии. Бьярнум даже предложил как-нибудь выпить, общаясь по междугородней связи, но я отказался.
У союзных конунгов имелись свои сложности, в основном заключающиеся в противодействии местной знати, но я в это влезать не стал. Должны сами справиться. У меня и своих забот по горло. Бьярнум заверил, что ему почти удалось приструнить Далифакс. Лиетарис тоже справлялась в Арьяджи.
Сеть артефактной связи постепенно ширилась. Мастера изготавливали специальные зонды для высотных антенн. Я же занимался артефактной начинкой — Огненной для нагрева воздуха внутри шаров и электромагической для обмена данными.
Вольные Пустоши постепенно соединялись в единую сеть связи. Я позаботился о том, чтобы промежуточные пункты связи могли выступать не только в качестве приемников и передатчиков, но и в качестве ретрансляторов. Из одного края Пустошей в другой с помощью зонда сигнал не передать. Только между городами в пределах сотни километров.
Поэтому я встроил в зонды функцию ретранслятора. Они передавали идущий сигнал на следующий пункт связи. До тех пор, пока послание не доходило до адресата. Так что мы получили возможность напрямую обмениваться данными с далеким Тиердолом, Блакъярдом и другими Вольными Городами. Сигнал проходил с задержкой, но система работала.
Одно мелкое поселение под названием Гунфройд отказалось принимать зонд, все остальные города согласились установить зонды связи. Пошли слухи, будто эти устройства облучают жителей черной волшбой или даже мысли читают — настолько мощную магию мне приписывали. Даже те конунги, что ранее пытались устроить мне бунт, согласились установить устройства. На одного вредного деда-ретрограда, отказавшего Нирдхолду, я закрыл глаза. Не было времени разбираться с отщепенцем из Гунфройда.
Позаботился и об обороноспособности родного города. Гнев Ниуру постепенно заменил на Гнев Солнца. Потребовалось внести определенные корректировали и расширить площади покрытия. В целом места установки остались прежними — на башнях.
Радовал лишь тот факт, что за время моего отсутствия удалось накопить большое количество ячеистой сети для заготовок. Как из серебра, так и из золота. Фактически, мы с Лейной вдвоем уже не успевали проводить зачарование. Заготовки производились в промышленных масштабах. Так что с дефицитом было покончено.
Затем занялся еще одним важным проектом. Ульдантэ добыла крайне интересные сведения из Солнечной Купели, и я тешил себя надеждой, что у меня получится разгадать секрет направленного Резонанса. Ведь если удастся ускорить развитие одаренных, это станет мощным толчком для армии Нирдхолда!
Глава 24
[Изальд Пестрая]
Новости о смерти Князя Белых Пещер Радужные эльфы встретили радостными криками. Они достигли земли обетованной. Места, где им предоставили защиту, кров и пропитание. А проклятый Аандор, попивший эльфийской крови в прямом и переносном смысле, получил по заслугам!
Изальд внимательно следила за размещением Радужных эльфов. Особенно за детьми, поскольку они не могли о себе позаботиться. Впрочем, Радужная Ферма не располагала к самостоятельной жизни. Тебя кормили, давали жилье и не заставляли трудиться. Да, условия проживания были погаными — словно у скота в хлеву, однако и взрослым напрягаться не приходилось.
Радужные эльфы со скрипом приспосабливались к новым условиям жизни. Даже Изальд не всегда разбиралась в каких-то бытовых вопросах, привычных для свободных. Например, заработок денег. Найти работу не так-то просто, особенно неодаренному.
К счастью, нареченный брат обладал широкими возможностями и связями. В Артефактах Мрадиша всегда требовались служащие.
Первые дни эльфы отходили от странствий и обживались. Кормили их бесплатно. Но затем Изальд сама велела им искать средства, не дожидаясь, когда их погонят с насиженных мест.
Их поселили в удивительном доме. Разные мастера занимались отделкой помещений, привозили мебель и устанавливали разные артефактные системы.
Когда все трубы проложили и проверили, заготовки установили в подвал и соединили всю систему воедино, только тогда заявился зачарователь. За несколько часов Мрадиш провел магическое внедрение, протестировал систему и запустил в работу.
Они могли регулировать температуру отопления в доме, получили доступ к канализации, горячей и холодной воде, что не могло не радовать новых новосельцев.
Матки не буянили особо, но это был лишь вопрос времени. Они привыкли жить на широкую ногу, не занимаясь никакой грубой работой. К счастью, брат согласился проспонсировать их, закрыв основные потребности. Примерно по старой схеме: достаточно рожать детей, и они могут ни о чем более не переживать.
Как грубовато заметил Хоран, Радужных эльфов осталось мало, и их поголовье следовало восстанавливать.
Само собой, община будет поддерживать тех, кто не может сам стоять на ногах. Детей распределили по семьям, за ними присматривали.
Без дела Радужные эльфы не сидели. Кто-то нашел себе работу в Артефактах Мрадиша. Некоторые изъявили желание вступить в стражу. Так что постепенно эльфы устраивались в Нирдхолде.
Разумеется, одаренным было в разы проще найти себе пристанище. В Артефакты Мрадиша сразу пригласили нескольких. В зачаровании Благословение пригождалось. В стражу тоже брали охотно, ведь такой эльф мог усилить другого одаренного.
Радужные эльфы привыкали к Нирдхолду, привыкали к открытому небу у себя над головой. Город разительно отличался от поселений Белых Пещер.
Изальд полагала, что к Радужным эльфам будут настроены негативно. Им ведь всегда рассказывали, что люди видят эльфов только в качестве рабов. Однако по большому счету жителям Нирдхолда было плевать на переселенцев, какая бы форма ушей и цвет глаз у них ни были.
Ни радостных оваций, ни освистываний или оскорблений они в свой адрес так и не услышали. Просто появились новые жители разрастающегося города. Пожалуй, это была лучшая из возможных реакций.
Тем не менее, эльфы не расслаблялись. Дзартен провела им весьма дотошную и подробную лекцию о жизни в свободном городе. Сам по себе Нирдхолд являлся достаточно безопасным местом. Да, встречались бандиты и лица с пониженной социальной ответственностью, но ничего выходящего за рамки.
Проблема крылась в них самих. Радужные эльфы являлись достаточно ценным ресурсом. Похитители охотились на людей и эльфов с целью их последующей продажи или получения выкупа. Чем ты ценнее, тем выше шансы заинтересовать преступников. А Радужные эльфы — как одаренные, так и нет, ценились в разы выше других видов эльфов. Много кто из дряхлых аристократов желал пройти через процедуру омоложения.
Они с помощью Дзартен разработали систему передвижения и настроили определенный распорядок дня. Таким образом эльфы не шастали по улицам поодиночке, старались вернуться домой до захода солнца и избегали мутных кварталов. И хотя случаев похищения не было, каждый Радужный эльф соблюдал написанные кровью многих поколений правила. Никто не хотел снова очутиться на чем-то похожем на Радужную Ферму.
Жизнь устаканилась. Большая часть эльфов устроилась в Нирдхолде. Сама Изальд трудилась в Артефактах Мрадиша, помогая конунгу с Благословением. Хоран активно занимался заготовками, так что и у Пестрой было достаточно работы.
В свободное время Изальд занималась новой рукописью. Их героический побег и приключения, выпавшие на долю эльфов, она решила изложить в Радужной Одиссее. Произведение станет настоящим гимном свободе и борьбе за права угнетенных народов!
Нирдхолд каждый день удивлял Изальд. Она общалась со многими рабочими, крестьянами, служащими и солдатами. Слушала истории, делала заметки, искала интересных людей и эльфов. Все это приносило вдохновение для творчества.
— Мы по сменам работаем — восьмичасовым. Раз в десять дней даже один выходной дается! Платят больше, чем в гурдюшне. Да еще квартиру в мрадишовке выдали! Конунг наш — золотой человек! — рассказывал ей рабочий из цеха.