Мой лифт - Моя крепость 2 (СИ), стр. 7
Я посмотрел на всё это богатство.
Потом на душ.
Снова на интерфейс.
И окончательно определился с приоритетами.
— Всё нахуй.
Я снял куртку и бросил ту на сундук. Следом стянул с себя футболку.
— Прокачка подождёт. — сказал я в пустоту комнаты, расстёгивая ремень. — Оружие подождёт.
Посмотрел на ноутбук.
— Даже ты, старый друг, потерпишь.
Открыл дверь нового сантехнического модуля.
Внутри загорелся мягкий свет. И я увидел…
На стене висела душевая лейка. Самая обычная. Но от этого не менее прекрасная и почти что родная.
Я шагнул внутрь и уже собирался закрыть дверь, когда перед глазами в очередной раз всплыло системное сообщение.
Даже читать не стал и раздраженно его смахнул.
— Я. Иду. Мыться. И пусть весь мир подождет.
Глава 3
— Эврика, сука! — торжественно объявил я на всю комнату и осторожно раскрыл металлическую формочку, разглядывая результат своих трудов сквозь стекла противогаза.
И, если сказать честно, результат выглядел не очень впечатляюще. На старой разделочной доске лежало несколько свежих свинцовых шариков, два из которых получились вполне приличными, один напоминал картофелину, а ещё пара срослась между собой так, словно решила начать новую жизнь в качестве гантели для очень маленького человечка.
Я сидел на сундуке в одних трусах, с ещё влажными после душа волосами и полотенцем на плечах. Чистая одежда лежала рядом, но надевать её пока не хотелось. После нескольких дней, проведённых в крови, пыли, поту и, как вишенка на торте, в едком химическом аэрозоле, сама возможность просто сидеть с голым пузом на свежем воздухе собственной комнаты казалась отдельной системной наградой за пережитое.
Передо мной на куске фанеры был разложен весь набор начинающего оружейника: найденный когда-то буклет, несколько инструментов, коробка с оборудованием для переснаряжения патронов, баночка с мелкой дробью и детали единственного оставшегося патрона к помповому дробовику.
Именно из-за последнего я вместо заслуженного отдыха занимался всем этим безобразием.
Ещё недавно я собирался вывалиться из душа и как есть завалиться в пастель, закрыть глаза и несколько часов косплеить человека, который в рот шатал все важные дела, наподобие немедленного изучения строчек собственного интерфейса на предмет плюшек, перемен и очередных подлянок от системы.
А потом взгляд упал на изменившийся оружейный стенд и понеслось…
Панель действительно выросла после повышения уровня Комнаты. Старое место под револьвер никуда не делось, зато сверху вдоль стены появилась длинная секция с двумя креплениями. По форме даже мне было понятно, для чего именно она предназначена. Рядом сформировалась небольшая отдельная ячейка, похожая на держатель для одного патрона.
И я не выдержал.
Помповик Сергея лежал среди вещей возле стены. Я поднял его, проверил и осторожно уложил на новое крепление. Оружие подошло так идеально, словно стенд изначально делали именно под него.
~Обнаружено совместимое оружие.
Помповый дробовик.
Интеграция завершена.
Оружие получило системный статус.~
Тогда я уже начал радостно потирать ручки в ожидании знакомого таймера производства боеприпасов. А вместо него получил облом по всей морде.
~Воспроизводство боеприпасов недоступно.
Образец совместимого боеприпаса отсутствует.
Для запуска функции поместите один совместимый боеприпас в ячейку образца.~
Вот тут-то и выяснилось, что та войнушка с гоблинами закончилась более растратно, чем мне бы того хотелось. Я совершенно точно помнил, как опустошил трубчатый магазин и потом перешёл на револьвер. Но Сергей передавал мне патроны в спешке, а я распихивал их куда придётся, поэтому следующие минут десять Комната наблюдала картину отчаянного обыска собственной грязной одежды.
Пакет со старым спортивным костюмом я вывернул практически наизнанку. Из карманов выпали две стреляные гильзы, какая-то бумажка, кусочек изоленты, несколько монет и столько мусора, что возникал закономерный вопрос, не жил ли там всё это время отдельный маленький бомж.
И всё-таки в боковом кармане штанов пальцы нащупали заветный цилиндрик.
Патрон.
Один.
— Есть!
Радовался я секунд пять, а потом рассмотрел маркировку и содержимое прозрачной части гильзы внимательнее, и меня пробило на «ха-ха».
Дробь была мелкая. Самый обычный охотничий боеприпас, который где-то в нормальном мире прекрасно подошёл бы для стрельбы по уткам или ещё какой-нибудь пернатой живности.
У меня пернатая живность начиналась примерно с размеров микроавтобуса.
Против гоблина на нескольких метрах мелкая дробь, конечно, тоже была далеко не лажей, но если уж Система предлагала бесконечно копировать один-единственный образец, хотелось выбрать что-нибудь по убедительней.
Тем более стенд совершенно не обещал, что заявленный образец потом можно будет поменять.
В новом мире я быстро усвоил главное правило системных предметов: если не знаешь ограничения, считай, что самое неприятное обязательно существует.
Поэтому вставлять найденный патрон в стенд я не стал.
Вместо этого вспомнил мешок с различными охотничьими приблудами, что я прихватизировал из квартиры девочки Даши. Это богатство когда-то принадлежало ее отцу, и там как раз и было всё необходимое для самостоятельного переснаряжения охотничьих боеприпасов. Пулелейки, гильзы, инструмент и даже подробный бумажный буклет с инструкциями. Пороха и капсюлей там не было, но мне сейчас требовалось не изготовить новый патрон с нуля, а аккуратно изменить уже существующий.
Так я и оказался спустя некоторое время в одних трусах перед небольшой кучкой расплавленного свинца, пытаясь не угробить последний дробовой патрон во всём моём распоряжении.
Экспериментировать я не собирался. Всё делал исключительно в той последовательности, которая была нарисована в буклете, и несколько раз перепроверял каждый шаг. Любое устройство, смысл работы которого заключался в том, чтобы контролируемо взорваться рядом с моим лицом, заслуживало уважительного отношения.
Старую мелкую дробь я аккуратно ссыпал в пластиковую баночку.
Выкинуть её даже мысль не возникла.
«Может, когда-нибудь утки действительно станут главной угрозой человечеству», — без доли шутки подумал тогда я.
После увиденного за последние дни я уже не считал подобное совершенно невозможным.
Для изготовления нового заряда использовал свинцовые грузила из запасов, которые притащил ещё во время первых вылазок. На мое счастье, подходящая многоместная форма нашлась среди оборудования, а то пришлось бы на манер Данилы Багрова из старого фильма рубить гвозди, а этого мне очень не хотелось.
Первую партию можно было смело отправлять в музей современного искусства как пример абстракционизма в новом мире. Вторая вышла уже получше. Несколько шариков пришлось отложить из-за очевидных дефектов, зато остальные выглядели достаточно одинаково, чтобы я наконец перестал опасаться за сохранность собственной морды.
На сборку единственного патрона ушло намного больше времени, чем предполагалось по инструкции.
Когда закончил, ещё раз сравнил его с фотографиями в буклете и только после этого позволил себе выдохнуть.
В ладони лежал один патрон.
Всего один.
Но теперь именно такой, какой мне был нужен.
— Ну что, малыш, — проговорил я, поднимаясь с сундука. — Сделай папе много таких же как ты.
Системный оружейный стенд выглядел теперь значительно солиднее. Револьвер занимал своё привычное место, над ним лежала помпа, а пустая ячейка образца боеприпаса всем своим сиротливым видом буквально кричала, что ждет она только меня.