Старая нищенка (СИ), стр. 81
На бога надейся, а сам не плошай – принялась трясти Анит приевшейся истиной. Кто её знает – эту Мару – что у неё на уме. И как, простите, понимать это её туманное заявление, что мы, дескать, ещё свидимся? Тем более подружимся. Что она о себе возомнила – кукла мультяшная.
Фу, как некрасиво – поморщилась Тина. Грубо и несправедливо. Мара явилась очень даже вовремя. И помогла – если старая ворчунья запамятовала. А кое-кто только и умеет, что злословить. Поэтому Тина ложится спать, а кое-кто пускай остаётся скучать в одиночестве.
Лучше бы не грозила, ибо сглазила. Скучали в бессоннице обе. Лишь под утро ненадолго сомкнули глаза.
Вояжировать отправились вдвоём: чародейка и старая нищенка. Ребята остались в крепости. Качаться, качаться и ещё раз качаться – провозгласил Зорг, когда они с Сяхоу и Мошкой проводили дам к Оку Триглава. И пожелали им, как следует отдохнуть.
Столица Крутоземья Гранитный град ничуть не походила на традиционный «гномий город» в недрах горы. Нет, горы присутствовали – куда ж без них? Город располагался уступами на склонах трёх подпирающих друг друга крутобоких гор. Некоторые дома были вырублены прямо в склонах – Тина видела подобные древние города в интернете. Но подобных по красоте и мастерству, конечно же, никогда. Каменные терема поражали не только резьбой по камню, но и богатством цвета. Для неё стало открытием, что гранит – это не просто что-то крепкое и уныло серое. У камня множество цветов и оттенков.
Вырубленные в скале дома смотрели окнами на широкие улицы. И на сложенные из гранита терема-крепости, буквально висящие над пропастью по другую сторону улиц. Но больше всего радовало глаз изобилие зелени. Везде, где можно было воткнуть хотя бы одно растение, оно было посажено. И окружено заботой: трудно поверить, что раскидистые кусты, усыпанные цветами, или ухоженные деревья предоставлены сами себе. Уж больно неподходящие условия для произрастания райских садов.
В целом Гранитный город чем-то напоминал гигантский Колизей. На дне которого раскинулся целый комплекс площадей, садов и парков. В самом центре возвышалась крепость Государя Крутоземья. Именно возвышалась, а не торчала чем-то прямоугольно-бастионно-складским. С высоты одной из верхних улиц – куда бабушку окнули нарочно для пущего эффекта – Государева крепость казалась чуть ли не ажурной конструкцией из-за какого-то лёгкого светлого материала. Ан нет: всё тот же гранит. Но какая лёгкость, воздушная непринуждённость – дух захватывает.
– Нравится? – хитренько улыбаясь, поинтересовалась Атта, поддерживая бабушку под локоток.
Они стояли на самом краю бездны меж громадами двух теремов. Верней, меж густыми аллеями, что их окружали.
– Это восхитительно, – задумчиво пробормотала Тина. – Неподражаемо. Это сама красота.
– А то ж, – пробасили за спиной со сдержанной гордостью. – Иного такого поди сыщи. Сроду не отыщется. Да рази ж, кто исхитрится так-то?
Обернувшись, Тина узрела непися-гмура – Деда Мороза, самого себя шире. Белоснежная борода круглого, как шар, коротышки закрывала его до колен. Длинные седые волосы покрывали плечи. Нос-картошка забавно торчал над усищами, заплетёнными в толстые косы.
– Благослови тебя бог, почтенный, – пожелала ему старая нищенка. – Вам есть, чем гордиться. Величественней вашего города я в жизни не видала.
Благосклонно кивающий гмур замер. Вытаращился на маленькую старушку и брякнул:
– Ну, ты даёшь!
– И с удовольствием, – не сдержала смешка Тина. – Ничего не жалко для такого трудолюбивого и добропорядочного народа, как гмуры.
– Погодь, – деловито крякнул дедок, развернулся и смылся со скоростью торпеды.
– Вот и реклама, – удовлетворённо констатировала Атта. – Нам ведь нужно добраться до сотого уровня?
– Нужно, – подтвердила Тина её догадку.
– А как насчёт меры и благоразумия? – уточнила девушка.
– Да, брось ты, – с деланной беспечностью отмахнулась Тина и выдала фразу, которую всю жизнь терпеть не могла: – Один раз живём.
– Да, что вы говорите? – так же деланно удивилась Атта.
– Не нужно кусать бабушку, – дурашливо попрекнула её Тина. – Лучше подыщи мне тёплое местечко для благих дел. И желательно сидеть на чём-то мягком. А то тут сплошные камни, – притопнула она катастрофически поношенным чёботом, жить которому оставалось всего-ничего.
Они выбрались из тихого закутка меж теремами на улицу. Но дальше им уйти не дали. К старой нищей благодетельнице отовсюду стекались гмуры-неписи. Но весть о явлении дармовщины народу разнесётся быстрей ветра. Вскоре подтянутся и сами игроки. В Крутоземье полно кланов – тут есть, чем зарабатывать и процветать. Крутышка в этот смысле, полностью оправдывает своё обиходное прозвание.
– Мне бы присесть, – попросила Тина никого и всех, доброжелательно оглядывая гмуров, что мялись в первых рядах. – Нынче ноги уже плохо держат.
– Эт мы мигом! – заверили её.
И кто-то куда-то унёсся. Между тем степенные деловитые гмураны выталкивали вперёд своих карапузов. Хватит ли удачи на всех – поди знай. А детишкам оно точно нужнее. Не дожидаясь обещанного облегчения заранее жалобно пищащей шкале бодрости, Тина приступила к работе. Паломничество на ничем не примечательную улицу верхнего городского яруса обещало быть полноводным. Атта приклеилась к бабушке, бдительно следя за её здоровьем.
Надо признать, в отличие от человеческого Велийграда, столпотворения гмуры не устраивали. Всё было чинно-благородно. Неписи подходили по очереди, сообразуясь с местным уставом и традициями её устанавливать. Подавали бабушке милостыньку, получали в подарок удачу и отдаривались всякой всячиной.
Первые появившиеся игроки и вовсе отирались в сторонке. Видать, им здесь не особо дают нахальничать. И репутацию у здешних неписей гораздо легче потерять, нежели заработать. А достижение «Редкая птица» всё ещё требовало прокачки.
Тина поначалу стеснялась, а потом махнула рукой и принялась нарочно зазывать игроков. Попутно взялась расспрашивать местных о бедах-заботах. Мало-помалу дело наладилось. Получив в придачу к удаче подарок или задание, игроки тотчас испарялись. Дважды не подошёл ни один. То ли не хотели позориться перед местными, то ли информация о тщетности повторных попыток уже распространилась на форуме.
Старая нищенка продержалась до полудня. На характере, благих намерениях и зельях. Затем Атта уволокла бабушку отдыхать на постоялый двор. Она даже немного придремала. Но после – с прискорбием отметив, что не подняла даже двух уровней – снова взялась за свой каторжный труд. Вновь на постоялый двор дала себя увести лишь на закате. До девяносто седьмого уровня ей не хватало трёх с половиной тысяч очков. Результат не вдохновлял.
На что Атта заявила, что Митенька бушует. И требует прекратить измывательства ба над своим здоровьем и его психикой. Сюда разгневанный правнук не явился лишь потому, что на него дружно насели все, к кому он хоть чуток прислушивался. Да и на друзей бы наплевал, если бы не бабулин вредный характер. Зная, что они непременно поругаются – ещё один удар по её здоровью – Митенька «сидел дома». И постоянно доставал Атту своим нытьём с невыполнимыми требованиями «образумить ба».
– Образумиться я уже не успею, – пошутила Тина, утонув в перинах на широкой лежанке. – Слишком поздно учиться этому нелёгкому делу. Кстати, не подскажешь, отчего так мало игроков было? – заглянув в интерфейс и проверив дебет с кредитом, многозначительно вопросила она у своей уже окончательно невестки.
– Не нужно меня пугать сверлящим взглядом, – хмыкнула Атта, подавая ей чай с мёдом. – Не запугаете. Мы ещё утром списались со всеми кланлидами Крутышки, – безмятежно призналась она. – И заключили договор. Ни один из их сокланов не станет вам докучать. А завтра, раз уж вам так приспичило, благословите их оптом. Они будут ждать сигнала. И явятся, подозреваю, в полном составе. То же касается и альвов. Так что больше никаких заседаний на улицах.
– А как же неписи? – нахмурилась Тина.